window.yaContextCb = window.yaContextCb || []
Последние новости
window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: 264443, containerId: id, params: params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
07 июля 2023, 15:31

"Страдать Володе полезно": жизнь, любимые женщины и дочь Маяковского

Почему у Маяковского не вышло долгой связи с Лилей Брик и кто мать его дочери
Поэт Владимир Маяковский
Фото: © РИА Новости/Абрам Штеренберг
Читать ren.tv в

Романтик, хулиган, революционер, футурист и главный бунтарь русской литературы – Владимир Маяковский отвечал всем этим эпитетам в полной мере. Он мог стать неплохим художником – имел несомненный талант, а стал выдающимся поэтом-трибуном, за которым не сразу можно разглядеть тонкого лирика, ранимого и сентиментального.

О жизни и творчестве Владимира Маяковского, интересных фактах его биографии и о его любимых женщинах – в материале РЕН ТВ.

Детство и юность Маяковского

Будущий поэт родился 19 июля 1893 года в Грузии – в селе Багдади, неподалеку от Кутаиси. Его отец, лесничий Владимир Константинович Маяковский, происходил из запорожских казаков. Мать, Александра Алексеевна, была кубанская казачка. В семье росли еще две дочери – Люда и Оля.

С четырех лет Володя любил, чтобы ему читали, особенно стихи. И мать читала ему Крылова, Пушкина, Лермонтова, Некрасова. А когда она не могла откликнуться на его просьбу, плакал. То, что ему нравилось, легко запоминал и потом выразительно декламировал наизусть.

Фото: © Колыбель поэта Владимира Маяковского в доме-музее Маяковского в Грузии. РИА Новости

Когда подрос, стал залезать в пустые чури – большие глиняные кувшины для вина – и читал стихи оттуда. Кувшины резонировали, и голос звучал громко, гулко.

В 1898 году к своему дню рождения, который совпадал с днем рождения отца, Володя выучил стихотворение Лермонтова "Спор" и выступил перед многочисленными гостями. К этому времени относится и его первый экспромт, связанный с приобретением фотоаппарата: 

"Мама рада, папа рад, 

Что купили аппарат".

"Первый дом, воспоминаемый отчетливо. Два этажа. Верхний – наш. Нижний – винный заводик. Раз в году – арбы винограда. Давили. Я ел. Они пили. Все это территория стариннейшей грузинской крепости под Багдадами. Крепость очетыреугольнивается крепостным валом. В углах валов – накаты для пушек. В валах бойницы. За валами рвы. За рвами леса и шакалы. Над лесами горы. Подрос. Бегал на самую высокую. Снижаются горы к северу. На севере разрыв. Мечталось – это Россия. Тянуло туда невероятнейше", – писал Маяковский в своей автобиографии "Я сам".

Позже семья перебралась в Кутаиси, здесь будущий поэт учился в гимназии и брал уроки рисования: с ним бесплатно занимался единственный кутаисский художник Сергей Краснуха. Когда волна первой российской революции докатилась и до Грузии, Маяковский – еще ребенком – впервые участвовал в митингах. 

Фото: © Владимир Маяковский - гимназист 2-го класса, 1904 год. РИА Новости

"Володя только бегает на сходки, сейчас тоже побежал в гимназию. Несмотря на то, что уже вечер, он присоединился к группе шестиклассников, к ним приходит студент и читает им новые книги, а Володя очень этим интересуется, он у нас большак, сильно идет вперед и удержать не могу", – писала Александра Алексеевна 12 ноября 1905 года Людмиле в Москву.

В 1906 году, когда Владимиру было 13 лет, от заражения крови умер его отец – поранил палец ржавой иглой, сшивая бумаги. До конца жизни поэт страдал бактериофобией: всегда носил с собой маленькую мыльницу с мылом, брал в путешествия складной таз, возил с собой одеколон для обтираний и тщательно следил за гигиеной.

После смерти Владимира Константиновича семья оказалась в тяжелом положении. Маяковский вспоминал: 

"После похорон отца – у нас 3 рубля. Инстинктивно, лихорадочно мы распродали столы и стулья. Двинулись в Москву. Зачем? Даже знакомых не было"

Начало революционной борьбы

В московской гимназии юный поэт написал свое первое "невероятно революционное и в такой же степени безобразное" стихотворение и опубликовал его в нелегальном школьном журнале. 

Фото: © РИА Новости

В 1909–1910 годах Маяковского несколько раз арестовывали: он вступил в партию большевиков, работал в подпольной типографии. Сначала юного революционера отдавали "на поруки" матери, а в третий раз посадили в тюрьму. Это произошло после дерзкого побега 13 политкаторжанок из Новинской тюрьмы в 1909 году. 

Среди тех, кто помогал им, была и семья Владимира Маяковского. Его мать и сестры шили мужскую одежду для заключенных. В нее беглянки должны были переодеться перед тем, как покинуть тюрьму. В ночь побега 16-летний Владимир из колокольни соседнего храма предварительно подал им знак, что все в порядке.

На следующий день в квартире Исидора Морчадзе, организатора побега, куда Владимир пришел узнать, как все прошло, его задержали жандармы. 

С собой у него были кисти, краски и карандаши (он занимался на курсах при Строгановском училище), поэтому юный художник не растерялся и заявил, что не знает ничего о побеге и вообще у него заказ – он пришел в дом расписывать тарелочки и прочую посуду для жены Морчадзе. 

Но жандармы не поверили Маяковскому – в том числе и потому, что при себе у него оказалось несколько революционных листовок. Понимая, что ареста не избежать, Владимир расслабился и даже помог составить полицейскому протокол о своем задержании. 

Фото: © Вид Бутырской тюрьмы, 1902 год. ТАСС

Протокол содержал следующий текст: 

"Я, Владимир Маяковский, пришел сюда по рисовальной части, отчего я, пристав Мещанской части, считаю, что он виноват отчасти, а потому надо его разорвать на части".

В одиночной камере №103 Бутырской тюрьмы Маяковский проведет одиннадцать месяцев.

Знакомство с Давидом Бурлюком

В заключении Маяковский прочитал множество книг. Он мечтал о новом искусстве, новой эстетике, которая будет в корне отличаться от классической. Маяковский решил учиться живописи – сменил нескольких преподавателей и в 1911 году поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества – единственное место, куда его приняли без свидетельства о благонадежности. 

Здесь молодой художник познакомился с Давидом Бурлюком, а позже – с Велимиром Хлебниковым и Алексеем Крученых. Маяковский начал писать стихи, от которых его новые товарищи были в восторге. Свой творческий дебют Маяковский описывал так: 

Днем у меня вышло стихотворение. Вернее – куски. Плохие. Нигде не напечатаны. Ночь. Сретенский бульвар. Читаю строки Бурлюку. Прибавляю – это один мой знакомый. Давид остановился. Осмотрел меня. Рявкнул: "Да это же вы сами написали! Да вы же гениальный поэт!" Применение ко мне такого грандиозного и незаслуженного эпитета обрадовало меня. Я весь ушел в стихи. В этот вечер совершенно неожиданно я стал поэтом. Владимир Маяковский
Фото: © Давид Бурлюк, Владимир Маяковский. РИА Новости

Появление русского футуризма

Авангардные авторы решили объединиться против "эстетики старья", так в декабре 1912 года появился манифест новой творческой группы – "Пощечина общественному вкусу":

"Только мы – лицо нашего Времени. Рог времени трубит нами в словесном искусстве. Прошлое тесно. Академия и Пушкин непонятнее гиероглифов. Бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и проч. и проч. с парохода Современности.<...> Всем этим Максимам Горьким, Куприным, Блокам, Сологубам, Ремизовым, Аверченкам, Черным, Кузминым, Буниным и проч. и проч. – нужна лишь дача на реке. Такую награду дает судьба портным. 

С высоты небоскребов мы взираем на их ничтожество!"

Позже в своей автобиографии Маяковский резюмировал: 

У Давида гнев обогнавшего современников мастера, у меня – пафос социалиста, знающего неизбежность крушения старья. Родился российский футуризм. Владимир Маяковский

Впрочем, само название "футуристы" Маяковский и его товарищи по группе (Велимир Хлебников, Алексей Крученых, Давид Бурлюк, Бенедикт Лившиц и другие) приняли только в конце 1913 года во многом из-за того, что их называли так по аналогии с итальянскими футуристами.

Сами же члены группы, желая избежать такого сопоставления, предпочитали называть себя "будетлянами". Это слово, придуманное Хлебниковым, было калькой со слова "футуристы" и обозначало буквально "обитатели будущего".

Фото: © РИА Новости

"Я сразу смазал карту будня,

плеснувши краску из стакана;

я показал на блюде студня

косые скулы океана.

На чешуе жестяной рыбы

прочел я зовы новых губ.

А вы

ноктюрн сыграть

могли бы

на флейте водосточных труб?"

("А вы могли бы?", 1913)

Футуристы выступали на собраниях — читали стихи и лекции о новой поэзии. За публичные выступления Владимира Маяковского и Давида Бурлюка отчислили из училища. В 1913–1914 годах прошло известное турне футуристов: творческая группа с выступлениями проехала с гастролями по российским городам. Успех был огромный, несмотря на эпатаж:

"Через час отсюда в чистый переулок

вытечет по человеку ваш обрюзгший жир,

а я вам открыл столько стихов шкатулок,

я — бесценных слов мот и транжир..."

("Нате!", 1913)

Первый сборник Маяковского "Я" (цикл из четырех стихотворений) вышел в 1913 году. Он был написан от руки, снабжен рисунками Василия Чекрыгина и Льва Жегина и размножен литографическим способом в количестве трехсот экземпляров. 

В качестве первого раздела этот сборник вошел в книгу стихов поэта "Простое как мычание" (1916). Также его стихи появлялись на страницах футуристских альманахов "Молоко кобылиц", "Дохлая луна", "Рыкающий Парнас" и печатались в периодических изданиях.

Фото: © РИА Новости/Евгений Одиноков

Маяковский и Октябрьская революция

Революционные потрясения 1917 года Маяковский, как и следовало ожидать, встретил восторженно: организовал группы "Комфут" (коммунистический футуризм) и ЛЕФ (Левый фронт искусств), сотрудничал с агитационными "Окнами РОСТА" (серия агитационных плакатов Российского телеграфного агентства в период Гражданской войны), написал поэмы "150 000 000" и "Владимир Ильич Ленин" и множество программных стихотворений вроде "Левого марша".

"Принять или не принимать? Такого вопроса для меня (и для других москвичей-футуристов) не было. Моя революция", –  утверждал поэт.

"Довольно грошовых истин.

Из сердца старое вытри.

Улицы – наши кисти.

Площади – наши палитры.

Книгой времени

тысячелистой

революции дни не воспеты.

На улицы, футуристы,

барабанщики и поэты!"

("Приказ по армии искусства", 1918)

Вообще, представить Маяковского вне исторического контекста невозможно. Не просто Серебряный век, не только авангард и модерн, но и в первую очередь ломка старых устоев. Город, технический прогресс, заводы, индустриализация – все это есть в каждом агитационном стихотворении поэта. 

Фото: © Репродукция картины художника Бориса Пророкова "Маяковский в Октябре", 1965. РИА Новости/Владимир Вяткин

Вместо образов и "поэтичностей" – лозунги и жаркий плакатный язык, вместо лирики и "высокого штиля" – лающие звуки, рубленые слоги и знаменитая "лесенка" – прием, необходимый, чтобы точно передать на письме устные акценты.

"Глаз ли померкнет орлий?

В старое ль станем пялиться?

Крепи

у мира на горле

пролетариата пальцы!

Грудью вперед бравой!

Флагами небо оклеивай!

Кто там шагает правой?

Левой!

Левой!

Левой!"

("Левый марш", 1918)

Маяковский и театр

Маяковский много работал для театра. Так, в ноябре 1918 года прошла премьера его пьесы "Мистерия-буфф". Ее поставил в Театре музыкальной драмы Всеволод Мейерхольд, а оформил в лучших традициях авангарда Казимир Малевич. 

Мейерхольд вспоминал о работе с поэтом: 

"Маяковский был сведущ в очень тонких театральных, технологических вещах, которые знаем мы, режиссеры, которым обучаются обычно весьма длительно в разных школах, практически на театре и т.д. Маяковский всегда угадывал всякое верное и неверное сценическое решение именно как режиссер". 

Фото: © Сцена из спектакля "Клоп" по пьесе Владимира Маяковского, 1929 год. РИА Новости/Валентин Шияновский

В 1928–1929 годах Маяковский написал сатирические пьесы "Клоп" и "Баня". Обе премьеры прошли в Театре Мейерхольда. Поэт был вторым режиссером, он следил за оформлением спектакля и работал с актерами: начитывал фрагменты пьесы, создавая нужные интонации и расставляя смысловые акценты.

Обе пьесы вызвали ажиотаж. Одни зрители и критики видели в произведениях сатиру на бюрократию, а другие – критику советского строя. "Баню" поставили лишь несколько раз, а после запретили – до 1953 года.

"Лучший поэт советской эпохи"

Лояльное отношение властей к "главному советскому поэту" постепенно сменилось прохладой. В 1930 году ему впервые не одобрили выезд за границу. На поэта стала яростно нападать официальная критика. Его упрекали за сатиру по отношению к явлениям, якобы побежденным, например, той же бюрократии и чиновничьим проволочкам. 

Маяковский решил провести выставку "20 лет работы" и представить на ней результаты своего многолетнего труда. Он сам отбирал газетные статьи и рисунки, расставлял книги, развешивал по стенам плакаты. 

Фото: © На выставке "20 лет работы" в феврале 1930 года. РИА Новости

В день открытия зал для гостей был переполнен. Однако на открытие не пришел никто из представителей литературных организаций. Да и официальных поздравлений поэта с двадцатилетием работы тоже не было.

Никогда не забуду, как в Доме печати на выставке Владимира Владимировича "Двадцать лет работы", которую почему-то почти бойкотировали "большие" писатели, мы, несколько человек-сменовцев, буквально сутками дежурили около стендов, физически страдая от того, с каким грустным и строгим лицом ходил по пустующим залам большой, высокий человек, заложив руки за спину, ходил взад и вперед, словно ожидая кого-то очень дорогого и все более убеждаясь, что этот дорогой человек не придет. Ольга Берггольц, поэтесса

В начале апреля 1930 года из сверстанного журнала "Печать и революция" изъяли приветствие "великому пролетарскому поэту по случаю 20-летия работы и общественной деятельности". В литературных кругах пошли разговоры о том, что Маяковский "исписался".

14 апреля 1930 года Владимир Маяковский покончил с собой. Весь архив поэта отошел Осипу и Лиле Брик, с которыми Маяковский познакомился в 1915 году. Лиля Брик пыталась сохранить память о его творчестве, хотела создать мемориальную комнату, но постоянно натыкалась на бюрократические препоны. Поэта почти не издавали. 

Тогда Брик написала письмо Сталину. В своей резолюции Сталин назвал Маяковского "лучшим и талантливейшим поэтом советской эпохи". Резолюцию напечатали в "Правде", произведения Маяковского стали издавать огромными тиражами, а его именем называть улицы и площади Советского Союза.

Фото: © Посмертная маска поэта. РИА Новости

Поэт Николай Асеев нашел очень точные слова на смерть Маяковского, которая глубоко потрясла его: скорбь о гибели друга соединилась у него с осознанием потери величайшего поэта современности.

"Пошлость, не оспаривая его у жизни, оспаривала у смерти. Но живая, взволнованная Москва, чуждая мелким литературным спорам, стала в очередь к его гробу, никем не организованная в эту очередь, стихийно, сама собой признав необычность этой жизни и этой смерти. И живая, взволнованная Москва заполняла улицы по пути к крематорию. И живая, взволнованная Москва не поверила его смерти. Не верит и до сих пор". 

Женщины в жизни Владимира Маяковского

"Будет любовь или нет? Какая – большая или крошечная?" — этот вопрос Владимир Маяковский задавал себе в жизни несколько раз. Его романы развивались стремительно, одни длились несколько месяцев, другие – больше десяти лет, но ни один из них не привел к браку. 

Софья Шамардина

Софья Шамардина, "первая артистка-футуристка", была знаменитостью в литературных кругах Петербурга. Она водила на цепи ручного волка и выступала в футуристических концертах под именем Эсклармонды Орлеанской. 

Маяковский и Шамардина познакомились в 1913-м благодаря Корнею Чуковскому – тот, кстати, называл Софью "девушкой просто неописуемой красоты". Бурный роман вспыхнул моментально и продолжался около года – с публичными признаниями в любви и милыми скандалами. Тогда же появились всем известные строки.

Софья Шамардина вспоминала:

"Ехали на извозчике. Небо было хмурое. Только изредка вдруг блеснет звезда. И вот тут же, в извозчичьей пролетке, стало слагаться стихотворение: "Послушайте, ведь если звезды зажигают, значит, это кому-нибудь нужно?.. Значит, это необходимо, чтобы каждый вечер над крышами загоралась хоть одна звезда?"

…Держал мою руку в своем кармане и наговаривал о звездах. Потом говорит: "Получаются стихи. Только непохоже это на меня. О звездах! Это не очень сентиментально? А все-таки напишу. А печатать, может быть, не буду".

Фото: ©  muzeimayakovskogo.ru

После разрыва с Маяковским Софья уехала в Минск и вскоре вышла замуж за председателя Совнаркома БССР Иосифа Адамовича. Позднее пара переехала в Москву. Софья Адамович поддерживала поэта до самого конца. Муж Сони в 1937-м покончил с собой, чтобы избежать ареста и пыток. Бывшая возлюбленная Маяковского в том же году была арестована. Она провела в сталинских лагерях и на поселении долгие 17 лет.

Мария Денисова

С Марией Денисовой Маяковский встретился в Одессе в 1914 году – во время турне футуристов. В первый же день знакомства они гуляли до самой ночи. Поэт Василий Каменский вспоминал, что Маяковский вернулся "улыбающийся, рассеянный необычайно, совсем на себя непохожий". 

На предложение руки и сердца Денисова ответила отказом. Зато родилась поэма "Облако в штанах", а Мария стала ее лирической героиней:

"Мама!

Ваш сын прекрасно болен!

Мама!

У него пожар сердца.

Скажите сестрам, Люде и Оле, – 

ему уже некуда деться".

Маяковский сравнивал красоту Марии с красотой Моны Лизы:

"Вы говорили:

"Джек Лондон,

  деньги,

  любовь,

  страсть", – 

   а я одно видел:

   вы – Джиоконда,

  которую надо украсть!"

Влюбленность была очень стремительной и яркой. Душевным состоянием поэта были обеспокоены даже друзья-футуристы, опасаясь, что он сорвет турне.

Тем не менее отношения между молодыми людьми не сложились, хотя Марии Маяковский нравился. Скорее всего, поэт был слишком напорист и импульсивен в выражении своих чувств. Пылкому поэту она предпочла талантливого инженера Василия Строева. Выйдя за него замуж, Мария переехала в Швейцарию, где прожила несколько лет в неудачном браке.

После Гражданской войны Мария стала скульптором, ее работы выставлялись на биеннале в Женеве, Венеции, Берне, Копенгагене. В середине 1920-х годов Денисова изваяла гипсовый бюст своего "остроугольного друга", как она называла Маяковского. В 1944-м она покончила с собой. Обстоятельства ее гибели туманны до сих пор.

Лиля Брик

"Июль 915-го года. Знакомлюсь с Л.Ю. и О.М. Бриками" – так внес Владимир Маяковский в свою автобиографию "радостнейшую дату". Их познакомила младшая сестра Лили, Эльза. Маяковского переполняли абсолютно лихорадочные чувства по отношению к Лиле. Он не переносил долгой разлуки и хотел постоянно быть возле нее.

Все свои произведения, созданные после знакомства с Лилей, он будет посвящать ей лаконичным "Л.Ю.Б.".

Начавшийся роман они скрывать не стали. Осип был не против их отношений. Очень скоро Брики и Маяковский начали жить втроем.

Фото: © Владимир Маяковский и Лиля Брик на отдыхе в Крыму. РИА Новости

О Лиле поэт написал в своих произведениях 1916 года — в поэме "Флейта-позвоночник", а также в ставшем надрывным признанием в любви стихотворении "Лиличка!". 

"Кроме любви твоей,

мне

нету моря,

а у любви твоей и плачем не вымолишь отдых.

Захочет покоя уставший слон –

царственный ляжет в опожаренном песке.

Кроме любви твоей,

мне

нету солнца,

а я и не знаю, где ты и с кем".

Брик имела колоссальное влияние на поэта, но их отношения были очень тяжелыми. Она даже жаловалась знакомым, что он скучен и предсказуем. А затем начала заводить интрижки на стороне. Но при этом держала Маяковского возле себя, заставляя его страдать. Говорила: 

Страдать Володе полезно, он помучается и напишет хорошие стихи. Лиля Брик

В конце 1922 года они прервали общение на два месяца, чтобы пережить наступивший в отношениях кризис. В этот период Маяковский создал поэму "Про это".

Спустя два года произошел окончательный разрыв, о чем Владимир Маяковский сказал: 

"Я теперь свободен от любви и от плакатов". 

Он уехал на гастроли во Францию, потом – в Мексику и США.

Фото: © РИА Новости

Элли Джонс (Елизавета Зиберт)

В 1925 году во время своего турне по Америке Маяковский встретил эмигрантку из России Элли Джонс (Елизавету Зиберт). Родители Елизаветы Петровны, зажиточные крестьяне, потомки немецких иммигрантов, сразу после революции уехали в Канаду, а сама Лиза ненадолго осталась в России и работала на благотворительную организацию.

Она была хорошо образована, знала несколько языков, в том числе английский. На работе она познакомилась с англичанином Джорджем Джонсом, за которого вышла замуж и уехала – сначала в Англию, потом в Америку. По-видимому, к моменту встречи с Маяковским с мужем Элли уже не жила, хотя официального развода оформлено не было.

Их познакомил Давид Бурлюк, обосновавшийся в Нью-Йорке. Элли стала переводчицей поэта, который не знал английского языка. И одновременно его возлюбленной.

Роман продлился всего три месяца, но имел последствия: в 1926 году Элли родила дочь — Хелен Патрисию (Елену Маяковскую). В семье ее звали так же, как и маму – Элли. Владимир Маяковский видел ее только один раз, в сентябре 1928 года, когда они встретились в Ницце.

Он провел с "двумя Элли" три дня, а 27 октября прислал из Парижа письмо: 

"Две милые, две родные Элли! Я по вас уже весь изсоскучился. Мечтаю приехать к вам еще хотя б на неделю. Примете? Обласкаете? <...> Целую вам все восемь лап. Ваш Вол".

Фото: © РИА Новости

Больше они никогда не виделись.

В своей книге о Маяковском шведский биограф Бенгт Янгфельдт пишет, что, по словам Софьи Шамардиной, одной из немногих, кто знал о существовании маленькой Элли, Маяковский признавался ей, что "никогда не думал, что к ребенку можно испытывать такие сильные чувства, <...> я думаю о ней постоянно". Фотография дочери хранилась в кабинете поэта – в его московской комнате на Лубянке.

Елена Владимировна Маяковская в 1954 году вышла замуж и стала Патрисией Томпсон. У нее родился сын Роджер Шерман Томпсон, внук поэта, который много лет работал адвокатом. В его семье все эти годы хранят память о великом русском поэте.

В эксклюзивном интервью РЕН ТВ Роджер Шерман Томпсон рассказал:

"Когда он уплыл на пароходе, моя бабушка вернулась домой, хотела броситься на кровать и рыдать. Но увидела, что Маяковский купил не-забывай-меня-цветы, по-русски – "незабудки". Ими была усыпана вся постель. Он сделал это, чтобы бабушка помнила о нем даже во время разлуки".

Таким Маяковского не знал никто: внук поэта эксклюзивно для РЕН ТВ раскрыл тайны его личной жизни

Татьяна Яковлева

Татьяна Яковлева эмигрировала в Париж в 1925 году. Она работала манекенщицей в доме моды Кристиана Диора и снималась для рекламы. Когда в 1928 году в Париж приехал Маяковский, то сестра Лили Брик, Эльза Триоле, познакомила его с Яковлевой.

В первый же вечер знакомства Маяковский провожал ее до дома. Когда в холодном такси она начала кашлять, поэт снял свое пальто и укрыл ее. Яковлева писала об этом

"С этого момента я почувствовала к себе такую нежность и бережность, не ответить на которую было невозможно".

Татьяна стала лирической героиней двух стихотворений – "Письмо товарищу Кострову из Парижа о сущности любви" и "Татьяне Яковлевой": 

"Ты одна мне

ростом вровень,

стань же рядом

с бровью брови,

дай

про этот

важный вечер

рассказать

по-человечьи".

Незадолго до возвращения в Москву Маяковский сделал девушке предложение – выйти за него замуж и вместе уехать в СССР. Но она не согласилась, поэт уехал один. Перед отъездом он заключил контракт с цветочной фирмой, и Татьяна Яковлева долгие годы получала по воскресеньям букеты от Владимира Маяковского. 

Фото: © Global Look Press

Вероника Полонская

Последней любовью Маяковского стала актриса МХАТ Вероника Полонская. Именно она оказалась и последним человеком, кто видел поэта живым.

Он был старше на 15 лет, она была замужем, но это не остановило их. И сама Полонская, и современники поэта описывали их роман как одновременно страстный и мучительный. 

Маяковский требовал, чтобы актриса развелась с мужем, но Вероника тянула: боялась, что связь с поэтом окажется мимолетной, и сопротивлялась его желанию.

14 апреля 1930 года Вероника была у Маяковского на Лубянке. Он снова заговорил о разводе и просил, чтобы она осталась с ним. Вероника не могла задерживаться – торопилась на репетицию и ушла. Дойдя до парадной лестницы, девушка услышала подозрительные звуки из квартиры… 

Фото: © kino-teatr.ru

В своей предсмертной записке Маяковский оставил такие слова: 

"Товарищ правительство, моя семья – это Лиля Брик, мама, сестры и Вероника Витольдовна Полонская. Если ты устроишь им сносную жизнь – спасибо".

Подпишитесь и получайте новости первыми
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//jsn.24smi.net/smi.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//jsn.24smi.net/smi.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var init_adfox_151870620891737873_1120576 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', extid: (function(){var a='',b='custom_id_user';if(!localStorage.getItem(b)){var c='ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZabcdefghijklmnopqrstuvwxyz0123456789';for(var i=0;i<47;i++){a+=c.charAt(Math.floor(Math.random()*c.length));}a=encodeURIComponent(a);localStorage.setItem(b,a);}else{a=localStorage.getItem(b);}return a;})(), extid_tag: 'rentv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes('adfox_151870620891737873_1120576')) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": 'adfox_151870620891737873_1120576', "bids": [ { "bidder": "adriver", "params": { "placementId": "30:rentv_970x250_mid" } }, { "bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836081" } }, { "bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" } }, { "bidder": "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09" } } ], "sizes": [ [970,250], [728,250], [728,90], [990,90], [990,250] ] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: 264443, containerId: 'adfox_151870620891737873_1120576', params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_151870620891737873_1120576(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_151870620891737873_1120576(); }); }
(window.smiq = window.smiq || []).push({});
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window.msCounterExampleCom.hit(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })