window.yaContextCb = window.yaContextCb || []
Последние новости
window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: 264443, containerId: id, params: params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
18 февраля 2022, 13:10

Откуда взялся золотой запас МОК и при чем тут проблема допинга

Следите за нашими новостями
в удобном формате
Коммерциализация олимпийского движения стала главным препятствием в борьбе с использованием спортсменами запрещенных препаратов.
Фото: © depositphotos

На протяжении нескольких лет олимпийское движение сотрясают допинговые скандалы и то и дело звучат обвинения в адрес российских спортсменов. Некоторые члены МОК, в частности экс-глава WADA Ричард Паунд, пытаются представить, что россияне чуть ли не больше всего употребляют допинг. На этом основании требуют вообще не допускать российских спортсменов к участию в Олимпиадах. Но чаще всего злоупотребления допускают те, кто затем действуют в точном соответствии с поговоркой: «Вот кричит: держите вора!».

Частная лавочка с красивой вывеской

 Фото: depositphotos

Олимпийское движение возникло в 1894 году, прежде всего благодаря поддержке двух стран – Французской Республики и Российской империи. Подчеркнем: без активной поддержки российского правительства в лице его представителя генерала Алексея Бутовского инициатива Пьера де Кубертена не была бы реализована. В решении Парижского конгресса, учредившего Международный олимпийский комитет, было прямо сказано, что МОК создается для пропаганды мира и спорта. Таким образом, олимпийское движение изначально задумывалось как движение борьбы за мир, а также пропаганды честного и здорового спорта.

Однако затем сам Кубертен нарушил им же провозглашенные принципы. Он отказался от поддержки Российской империи и обратился к англо-американским спонсорам. Под влиянием последних олимпийское движение преобразовалось из движения по борьбе за мир, честный и здоровый спорт в обычное коммерческое предприятие.

Тогда же, с подачи англосакских спонсоров МОК, в олимпийском движении и появилось такое явление как «допинг».

Легальный допинг

 Фото: depositphotos

Английское doping переводится как «применять наркотики». Во время первых Олимпиад применение наркотических средств не только не запрещалось, наоборот, поощрялось. Обычной практикой являлось употребление спортсменами в качестве стимуляторов стрихнина, нитроглицерина, опиумных настоек (лауданум), средств на основе кокаина, алкоголя. Всё это делалось открыто, прямо в ходе соревнований, на глазах у многочисленных зрителей. Как следствие, Олимпиады из мероприятий по пропаганде здорового образа жизни превращались в мероприятия по пропаганде наркотиков и алкоголя. И на всё это МОК закрывал глаза.

Олимпийский допинг пресек СССР

Ситуация изменилась после того, как к Международному олимпийскому комитету присоединился Советский Союз. В СССР наркотики находились под запретом, а борьба с наркоманией велась по линии сразу двух ведомств: МВД и Минздрава, тесно взаимодействовавших между собой.  Поэтому советский Олимпийский комитет выступил за возврат к изначально заявленным спортивным принципам, т.е. честному и здоровому спорту.

Под давлением СССР Международный олимпийский комитет был вынужден официально запретить использование наркотических средств. В 1967 году для борьбы с допингом, т.е. наркотиками, МОК создал Медицинскую комиссию. Сегодня эта комиссия функционирует под вывеской «Всемирное антидопинговое агентство» (англ. World Anti-Doping Agency, WADA). В ее функции входит регулярное проведение специальных мероприятий по допинг-контролю.

Допинг в США

 Фото: depositphotos

Однако далее возникли противоречия на уровне законодательств отдельных стран. Если в СССР, а сегодня в России развитие спорта находится в компетенции государства и охраняется им, то на Западе эта сфера всецело передана в руки частного капитала.

К чему это приводит на практике, можно увидеть на следующих примерах.

В 2003 году директор Управления по контролю за наркотиками Олимпийского комитета США Уэйд Экзам опубликовал копии документов, подтверждавших, что в период 1988-2000 гг. около 100 американских спортсменов не прошли тесты на наркотики. Несмотря на это они были допущены к участию в Олимпийских играх, и некоторые из них стали призерами.

Поскольку в США вопросы применения допинга отнесены к сфере частного, а не публичного права, правоохранительные органы Штатов проигнорировали заявление Экзама. Он подал иск против Олимпийского комитета США в Федеральный суд Денвера, но в итоге получил отказ. В вердикте суда говорилось, что подобные вопросы «не урегулированы» американским законодательством.

Полуборьба с допингом в Европе

В 2011 году полиция Норвегии закрыла ряд сайтов, пропагандировавших анаболические стероиды. Однако впоследствии с некоторых из них, а именно – связанных с олимпийской тематикой, блокировки были сняты. Суды, принявшие соответствующие решения, ссылались на то, что вопросы олимпийского движения «не регламентируются государством».

Аналогичная ситуация возникла и в Германии в 2013 году, когда исследователи из Берлинского университета имени Гумбольдта представили доклад «Допинг в Германии с 1950 года по сегодняшний день». Все факты применения допинга в германском спорте, особенно в легкой атлетике, футболе, были подтверждены документально. Этот отчет стал предметом рассмотрения на специальном заседании спортивного комитета Бундестага, но никаких решений не было принято. Ведь в Германии, как и в других странах Запада, вопросы, связанные с олимпийским движением, относятся к частному праву и не связаны с государством.

Гонка за фармацевтами

 Фото: depositphotos

Добавим, что большинство случаев применения допинга на Западе вообще не фиксируется. Проблемы, связанные с допингом, здесь не принято замечать, поэтому они и не оказываются в фокусе мировых масс-медиа.

Ситуацию могло бы исправить вмешательство Международного олимпийского комитета, но он, оставаясь сугубо коммерческой организацией, нацелен на извлечение максимальной прибыли. Поэтому предпочитает закрывать глаза на ту практику, которая сложилась с начала 1960-х годов. Эта практика была предложена врачом сборной США по тяжелой атлетике Джоном Зиглером. Ее суть заключалась в следующем: сначала поменять кокаин в качестве стимулятора на анаболические стероиды, а когда те запретят – прибегнуть к новым разработкам американских фармакологов.

С тех пор, пока WADA запрещает одни стимуляторы, американцы внедряют другие. Пока антидопинговое агентство внесет и их в список запрещенных средств, фармакологические компании Запада успевают обогатиться. И так до бесконечности (похожая ситуация наблюдалась в России в борьбе с т.н. спайсами в середине 2010-х, когда ФСИН не успевала запрещать все новые формулы наркотиков. - Прим. ред.).

Золото МОК

 Фото: depositphotos

При этом без внимания явно не остается и МОК. Так, недавно руководство Международного олимпийского комитета признало существование в швейцарских банках не только валютных, но и золотых вкладов. Откуда у МОК взялись собственные запасы золота?

Жертвой этой порочной практики и является современное олимпийское движение. И если в России и Китае хоть как-то борются с допингом, то на Западе и этого нет.

И здесь есть только два выхода. Либо Международный олимпийский комитет раз и навсегда откажется от установки на коммерциализацию олимпийского спорта. Либо тем странам, которые выступают за честный и здоровый спорт, придется создавать новый Международный олимпийский комитет.

Подпишитесь и получайте новости первыми
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//jsn.24smi.net/smi.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//jsn.24smi.net/smi.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var init_adfox_151870620891737873_940872 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', extid: (function(){var a='',b='custom_id_user';if(!localStorage.getItem(b)){var c='ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZabcdefghijklmnopqrstuvwxyz0123456789';for(var i=0;i<47;i++){a+=c.charAt(Math.floor(Math.random()*c.length));}a=encodeURIComponent(a);localStorage.setItem(b,a);}else{a=localStorage.getItem(b);}return a;})(), extid_tag: 'rentv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes('adfox_151870620891737873_940872')) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": 'adfox_151870620891737873_940872', "bids": [ { "bidder": "adriver", "params": { "placementId": "30:rentv_970x250_mid" } }, { "bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836081" } }, { "bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" } }, { "bidder": "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09" } } ], "sizes": [ [970,250], [728,250], [728,90], [990,90], [990,250] ] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: 264443, containerId: 'adfox_151870620891737873_940872', params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_151870620891737873_940872(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_151870620891737873_940872(); }); }
(window.smiq = window.smiq || []).push({});
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window.msCounterExampleCom.hit(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })