4379

Децл рассказал о драке за свой рэп: Бью его с правой в челюсть!

Известный рэпер дал РЕН ТВ эксклюзивное интервью, в котором рассказал о своем прошлом, настоящем, будущем и вечном.
Эксклюзив
Известный рэпер дал РЕН ТВ эксклюзивное интервью, в котором рассказал о своем прошлом, настоящем, будущем и вечном.
фото: mitrofanova-m.livejournal.com

Кирилл Толмацкий назначил встречу в одном из московских парков. Несмотря на тропический ливень, Децл не перенес интервью на другой день. Уверенной походкой самый главный растаман страны в буквальном смысле вышел сухим из воды. И это благодаря самурайскому мечу — нетривиальному зонтику, у которого вместо обычной ручки — рукоятка японского клинка. Мы расположились в одном из кафе и начали беседу. Сразу же бросился в глаза решительный настрой Кирилла. С первых же секунд общения он показался человеком серьезным, очень принципиальным, вдумчивым и рассудительным.

Сложилось впечатление, что у него была непростая жизнь. Еще бы: популярность обрушилась на него в подростковом возрасте, а вместе с ней — и трудности первооткрывателя рэпа в России, многолетняя ссора с отцом-продюсером, переосмысление жизни, тернистый путь самостоятельного артиста в условиях тотальной медиаизоляции, громкие конфликты с коллегами по рэп-цеху, в том числе с Тимати и Бастой. В эксклюзивном интервью РЕН ТВ Кириллу пришлось ответить на ключевой вопрос, который лейтмотивом пронзает его творчество: Децл, кто ты?  

Беседовал Евгений Денежкин

"Кто ты? Человек города в тумане? 
Кто ты? Раскрой свои мозговые грани. 
Что ты сделал для хип-хопа в свои годы? Кто ты? Кто ты? Кто ты?"

(Децл "Кто ты?", 2000 год) 


Фото: РЕН ТВ

— Кирилл, я вырос на твоих песнях. Как часто ты слышишь эту фразу от людей?  

— В последнее время я все чаще слышу хорошие отзывы о новом материале. Но многие люди до сих пор с удовольствием слушают мои ранние песни, и если вдруг встречают меня на улице, то самые смелые обязательно просят сфотографироваться, реже — берут автограф. Я не знаю, с чем это связано, но это происходит уже 17 лет подряд. Выходя из дома, я слышу эту фразу достаточно часто.  

— Я впервые твои песни услышал в 5-м классе. Помню, что в голове произошел разрыв шаблона: такую музыку на русском языке я еще не слышал. А что почувствовал ты, когда впервые услышал свою песню в записи?  

— Когда я впервые услышал свой голос в записи, то он, естественно, мне не понравился. Я думаю, такое чувство возникает у многих. Слышать свой голос в записи для самокритичного человека — это серьезное испытание. Как только ты справляешься с отвращением к собственному голосу, наступает следующий этап — тебе приходится привыкать к своему двойнику в голубом экране. У меня долгое время был особый мандраж, когда я видел себя по телевизору. Я всегда очень самокритично относился к своему творчеству, и чаще недоволен результатом, так как вижу все недочёты и понимаю, что можно сделать лучше. Когда записали первый трек под названием "Пятница", то мне это показалось скорее баловством, нежели чем-то серьезным. Несмотря на это, было принято коллективное решение снять на этот трек клип. Впоследствии он внезапно оказался в эфире на MTV. Его, если я не ошибаюсь, впервые показывали в программе "12 злобных зрителей". Когда я смотрел передачу, у меня начинался тот самый мандраж, который впоследствии долгое время преследовал меня в любой ответственный момент, например, перед каждым выходом на сцену или перед съёмками прямых эфиров на телевидении. Мои детские нервы в такие моменты были натянуты как струны, наступал озноб, и часто меня подташнивало. Я думаю, это было связано с сильным потоком внутренней энергии, с которым сложно было справиться. В психологическом плане это серьезнейший стресс. Сейчас уже в этих ситуациях я чувствую себя привычно и уже не испытываю таких неоднозначных эмоций, как раньше, я научился распознавать сигналы, контролировать эмоции, я научился вовремя переключаться. Сейчас работать гораздо комфортнее, чем раньше.  


Фото: ТАСС 

— Сейчас у тебя более назидательная музыка. Но кумиром молодежи ты стал с подростковыми песнями. Как ты считаешь, чему научил молодежь нулевых годов Децл-подросток?  

— Мы повзрослели. Может быть, я ничему их не научил, но мы прошли этот путь вместе. У людей моего поколения он, наверное, схож. Я москвич, я здесь родился, вырос и остаюсь здесь жить, несмотря на то, что у меня было много возможностей уехать на ПМЖ в другую страну. Здесь я знаю почти всех, все знают меня. Я варился в уличной среде, несмотря на то, что многие стереотипно считали меня мажором, так как у меня якобы был богатый папа-продюсер. Никто не принимал во внимание тот факт, что в шоу-бизнесе, как и во многих других сферах бизнеса в нашей стране, действует принцип: понты дороже денег. Ты можешь ничего из себя не представлять, не иметь никакой морально-интеллектуальной ценности, ты можешь быть невоспитанным грубияном, но если у тебя есть дорогая машина и не менее дорогие часы, хорошая одежда, и даже не важно, что все куплено в кредит, другие не заметят, все будут думать, что ты на волне, главное — уметь грамотно вешать лапшу на уши. За счёт этого легче сращивать договоренности, заводить новые знакомства и связи. Люди будут думать, что у тебя есть деньги, что ты талантлив, даже если на самом деле это не так. Мой отец был и остаётся одним из таких людей, уверен, большинство и по сей день руководствуется схожими принципами. Дурной пример заразителен. 

В какой-то момент Кирилл был вынужден остановить интервью. Это произошло из-за человека, который слишком торопился выйти из кафе: он поскользнулся и упал на лестнице. Мы с Кириллом вышли из заведения и, убедившись, что с человеком все в порядке, продолжили беседу.  

— Жизнь – опасная штука…  

— Всё, что связано с ногами, имеет отношение к тому, куда идешь. Может быть, стоит задуматься о том, правильный ли путь ты сейчас выбрал. Может, стоит что-то переосмыслить, притормозить и двигаться чуть помедленней. Когда мы взрослеем, то вместо родителей нас начинает воспитывать мир, в том числе с помощью таких ситуаций.  

— У тебя такие ситуации были?  

— Безусловно. Они постоянно происходят у всех. Вся жизнь связана с определенным выбором. Не важно, каким будет твой выбор, важно, какой вывод ты сделаешь после получения определенного опыта.  

— А если не реагировать на подобные ситуации?  

— Это, скорее, подход дзен-буддиста — не реагировать на ситуации. Но если они происходят, значит, мир с тобой разговаривает, пытается заставить тебя думать. Поэтому, наверное, надо в первую очередь попробовать посмотреть внутрь себя, оценить, насколько правильно ты живёшь и куда идешь. Возможно, найти ответ вовне. Но с гораздо большей вероятностью ты найдёшь все ответы внутри себя. Все ответы — внутри нас. Возвращаясь к твоему вопросу о том, чему научил молодежь Децл-подросток, я повторюсь: путь мы проходили вместе, учились всему вместе. Люди, которые слушали моё творчество и продолжают его слушать — и тогда, и сейчас, — как мне кажется, очень вменяемые люди. У них есть семейные и духовные ценности. Они не сильно углубляются в религию, финансовую зависимость. Они живут сегодняшним днем, думают о глобальном, стараются двигаться вперёд, понимая все плюсы и минусы повседневной жизни. Культивируют в себе морально-этические ценности и учатся быть максимально воспитанными, стараются уважать друг друга независимо от расовой принадлежности и социального статуса. Это основные постулаты, которые я сейчас внедряю в музыкальное творчество. Раньше у молодежи были другие ценности. Сегодня в этом плане многое поменялось. Хотя, с другой стороны, в глобальном плане ничего не изменилось. В современном обществе сильно трансформировались способы взаимодействия с миром, духовные и семейные ценности. Я стараюсь сам адаптироваться к современным реалиям и помогаю адаптироваться своему слушателю.  

— Правда, что тебя на рэп подсадил сын президента Замбии, когда ты учился в Швейцарии?  

— Не то чтобы подсадил. Все в детстве слушали разную музыку, старались выделяться по-своему. Когда я уехал из России на несколько лет учиться за границу, я столкнулся с тем, что есть такие конъюнктурщики, которые слушают только рэп. В России был ограниченный музыкально-информационный поток, в основном MTV и МУЗ ТВ. Хотя на тот момент я могу сказать, что поток был очень открытым, раскрепощенным, где-то, возможно, даже немного революционным. Каналы были такими, какими они должны быть по своей сути: интересные, разные, открывающие зрителям окно в Париж. В те места, куда доступ не то чтобы ограничен, но в силу определенных обстоятельств пока недоступен, недосягаем. В то время мы очень много информации получали из эфирной сетки телеканалов и радиостанций. Сейчас время поменялось. Музыкальные и информационные источники перебираются в Cеть. В колледже я продолжал слушать то, что я слушал у себя дома: Prodigy, MC Hammer, Thunderdome (Hardcore), Onyx, Naughty By Nature. В общем, я слушал очень разнообразную музыку. Что нельзя сказать, например, о сыне президента Замбии. Он каждый день, каждое утро, просыпаясь, перед школой ставил 2Pac'а. Человек просто не воспринимал никакую другую музыку. Я бы сказал, что это достаточно агрессивное навязывание своей культуры. Но человеческие нейроны так своеобразно работают, что, услышав или увидев что-то один раз, это навсегда остаётся в твоей памяти. Когда ты видишь или слышишь что-то повторно, информация воспринимается с большей скоростью, чем в первый раз. Нейроны в этот момент срастаются вновь, в этот раз они прочнее, таким образом сознание через какое-то время воспринимает устаревшую информацию через призму ностальгии, так как старые нейроны спустя время все равно продолжают хранить яркий отпечаток воспоминаний. На самом деле вся история с популярностью известных людей связана с психологией воздействия на сознание масс. По Фрейду. И, да, видимо, именно то время сильно повлияло на мои дальнейшие вкусы в музыке. 


Фото: соцсети

— А как изменилась твоя жизнь, когда ты стал популярным?  

— Моя жизнь постоянно менялась. Сейчас я больше склоняюсь к тому, что у популярности больше минусов, чем плюсов. Это огромная ответственность перед теми, кто тебе поверил, и в первую очередь — перед самим собой. Были беззаботные времена, были и тяжелые: с 2000-го по 2004-й — четыре года марафона по стране со всеми вытекающими последствиями. С 2004 по 2008 год настало время стать самостоятельным, мне надо было без какой-либо поддержки восстановить репутацию, я начал делать некоммерческий продукт, что-то интересное, не похожее ни на что другое, то, что нравилось мне. С 2008 по 2010 год настал период духовного осознания, сублимации того, что я условно познал за последние 10 лет. С 2010-го по 2017-й — спокойное время, осознанное, взрослое, период, когда я начал намного больше времени уделять семье, творчеству, философскому обогащению. У меня полностью поменялся круг общения. Он сейчас сильно сократился, максимально сократился.  

— У тебя есть друзья?  

— Безусловно, у меня есть друзья. Но дружба бывает четырех типов.  

— Каких?  

— Лучший вид дружбы представляет собой совместный самоотверженный труд ради духовного блага человечества. Друзья, используя свои знания и преданность делу, идут к общей высокой цели. Такой тип дружбы раскрывает родство душ, и люди становятся очень близки и дороги друг другу. Нет никакого стыда не иметь друзей. Намного постыднее создавать и поддерживать отношения с людьми, с которыми вы чувствуете себя скованно и неуютно. Совместное движение к высокой цели создает глубокую связь и в то же время оставляет независимость друг от друга. Второй тип дружбы — это забота о семье, роде, организации или стране. Такая дружба может быть достаточно сильной, но она ограничена понятиями об обществе. Сильной стороной этого типа дружбы является взрывная мотивация и честность. В таких отношениях друзья сильно подстегивают друг друга к свершениям. А слабостью является сильная зависимость от социальных движений, поскольку обоим друзьям важна социальная оценка их деятельности. Третий вид — бизнес-отношения. Зарабатывание денег является довольно хорошим фундаментом для дружбы. Совместное процветание укрепляет отношения и создает привязанность. Такой вид дружбы — довольно распространенный. Четвертый вид дружбы — самый бесполезный, на этом уровне людей связывают лишь материальные желания. Думаю, даже не стоит объяснять, как часто меняются у человека желания. Как правило, в таком типе отношений друзья меняются достаточно часто. Если рассматривать в таком концепте, то у меня есть разные виды дружб, наименьшее количество друзей — из второй группы (дружба ради благополучия семей). На мой взгляд, это самый сложный вид дружбы, когда у друга есть доступ в самую сакральную часть твоей жизни. Часто люди путают этот тип дружбы с другими, бывает и так, что даже 20 лет спустя такая дружба может выйти боком — и это серьёзнейший удар по внутреннему миру. Самый ответственный вид дружбы. Таких друзей у меня меньше всего. Наверное, с такими людьми мы общаемся намного реже, чем с людьми из первой и третьей групп. Но они самые надежные.  


Фото: ТАСС 

— А было в твоей жизни, чтобы люди переходили из одной группы в другую?  

— Безусловно. И наоборот. Жизнь такая сложная штука... Я предпочитаю все-таки, наверное, дружить с людьми для всеобщего благополучия и благополучия мира либо ради бизнеса. Второй тип — очень сакральный вид дружбы, а дружба ради веселья уже бесполезна. Она отошла на второй план, давным-давно, в момент, когда у меня появилась семья.  

— Ты стал популярным, будучи подростком. В этом возрасте очень много соблазнов: алкоголь, наркотики, вечеринки, секс. У тебя был период юношеского трэша?  

— Безусловно, он бывает у всех. Это опыт. Конечно, человек, который учится на чужом опыте, вызывает намного больше уважения, чем тот, который старается познать очевидные вещи на собственном опыте, потому что это то же самое, что наступить на грабли в тот момент, когда тебя о них уже предупредили. Условно продолжать наступать на те же грабли, на которые до тебя наступали миллионы человек, это неумно. Поэтому лучше учиться на чужих ошибках, а если что-то не изучено, то, конечно, можно попробовать изучить вопрос самостоятельно. Миллионы лет человечество эволюционирует. И мы развиваемся в физическом, моральном и духовном плане, не говоря уже о науке и технологиях. Нужно уметь находить во всем плюсы и понимать, что все гармонично. Хотя, безусловно, плюсы не без минусов (смеется).  

— Рэперам нулевых приходилось сталкиваться со скинхедами. На твоем пути встречались скины? 

— Безусловно.  

— Можешь вспомнить какие-нибудь истории?  

— Да, разные были истории. Раньше я жил около Чапаевского парка на "Соколе". Когда меня стали показывать по телевизору, каким-то образом многим поклонникам удавалось узнать, где я живу. У меня в подъезде постоянно сидели фанатки. Они часто приставали к маме, пытаясь выведать хоть какую-нибудь информацию об их кумире: "Когда придет Кирилл? Когда можно будет сфотографироваться?" Иногда просто пели. Да и некоторые скинхеды знали, где я живу. Несколько раз мы не могли выйти из квартиры: после очередной вечеринки нужно было расходиться, а нас во дворе ждала целая толпа. Суперкровавых стычек не было. Был один серьёзный инцидент на большом концерте, который назывался "Бит Битва". Одна организация устраивала антиполитический концерт двух враждующих на тот момент культур (рок и рэп), чтобы показать, что музыка объединяет молодёжь. Ну, а некоторых представителей другой структуры это, мягко говоря, бесило. Вот на этом концерте было побоище: была зима, сугробы, стояла очередь за билетами. Вдруг приезжают грузовики с бойцами, они выпрыгивают из машин с цепями и арматурами и начинают жёстко избивать всех подростков, которые стояли в очереди, чтобы попасть на концерт. Начинается кипиш, люди забегали, в помещении, где проходил концерт, царила тихая паника. В то время было такое уличное объединение под названием White Smoke Clan, вот эти ребята сразу, быстро и организованно вышли на улицу отбиваться от идиотов, пока не подъехали правоохранительные органы. Интересно то, что представители этой уличной группировки в повседневной жизни могли кидать малолеток, устраивать какие-то мелкие драки, заниматься мелким воровством. Но на серьезных мероприятиях они выступали защитной стенкой для неокрепшей молодежи, которая фанатела по хип-хоп-музыке. На самом деле это очень интересный для Москвы и России в целом исторический момент: никто не описывал события тех времен с точки зрения уличной философии. Тогда практически во всех городах к нам на концерт приезжала одна-две машины с бойцами. Мы всегда, приезжая в какой-либо город, предупреждали правоохранительные органы, что мы едем, что нужно уделить особое внимание безопасности, иначе могут быть стычки между представителями разных субкультур. Стычки были всегда. Сейчас рэперы не испытают того давления, что испытали мы в начале 2000-х. И никогда уже не переживут такого адреналина. Наверное, только "Каста" и Лигалайз застали этот период. Мы еще помним это, а остальные рэперы, я надеюсь, больше никогда с этим не столкнутся. Ну, и слава богу. Сейчас агрессия между субкультурами сошла на нет. Это было супераутентично, суперопасно, но было интересно. 

"Секты, коммунисты, фанатики, фашисты,
Сексуальные меньшинства, скинхеды, нацисты
Запугивают нас, свои диктуя манифесты,
Но они не знают, что мы из другого теста".

(Децл "Письмо", 2001 год)


Фото: скриншот YouTube 

— А тебе лично кулаками приходилось отстаивать свое творчество? 

— Да, но не часто. Были и смешные случаи. Например, однажды я участвовал в съёмках передачи на MTV, где у нас с DJ Грувом по сценарию намечался боксёрский поединок. Это было шоу наподобие американских. После моей драки с Грувом выскочил Мистер Малой. Он начал кричать: "Давай-давай, подерёмся со мной!" Я после боя с Грувом достаточно сильно выдохся, и тут с какого-то перепугу выскочил Мистер Малой, на свежачке такой. Говорит: "Давай со мной подерёмся!" (смеется). Я говорю: "Ок, сейчас я отдохну, и тогда, может быть, подерёмся". Я начал выходить с ринга, и когда я шел по коридору из отбойников, где-то по бокам стояли фанаты. Один из них крикнул: "Кирюха, иди сюда!" Я, будучи в полной уверенности, что он просто хочет пожать мне руку, подхожу. Немного растерянный был после боя, у меня перебинтованы руки, перчаток уже не было. Он мне: "Давай я тебе на ухо что-то скажу!" Я наклоняю ухо, и в этот момент он мне со всей дури кричит: "Ты лох!" Я ему, не отвечая, сразу бью его с правой в челюсть! И он всем весом с неподдельным удивлением падает на руки своих друзей. Я вижу в его взгляде полное недоумение. Я развернулся и ушел. К счастью, такие ситуации случаются не часто. Из последних, к примеру. Я обычно на концертах не сижу в гримерке, а частенько выхожу к публике пообщаться и пофотографироваться. Считаю, что люди должны иметь возможность получать личное общение с артистом. Им приятно. Мы стоим в толпе. Вдруг в момент, когда я давал кому-то автограф, какой-то мужик позволил себе похлопать ладошкой по моей щеке. Я на автомате со всего размаха даю ему сдачу — весомую пощечину. Через секунду ему прилетает вторая, тут же ему прилетает третья. Через 10 минут он уже с опущенным носом подходит и говорит: "Кирилл Александрович, извините, я попутал немного, набухался!" Но это была сразу тройная ответочка (смеется). Это было очень показательно. Глупость и нетактичность человека привели к тройному объёму оплеух. Супербрутального ничего не происходит. Я считаю, что это зависит от человека. Какой ты — такой и мир вокруг тебя. О чем думаешь, то и материализуется. Что ты притягиваешь, как магнит, то к тебе и прилипает.  

Как ты пишешь свои песни?  

— Нет идеального рецепта. Они просто появляются. Бывают очень долгие паузы, которые меня сильно парят. Начинается паранойя: "Что, все? Муза ушла навсегда? Я больше не смогу ничего написать?" Но потом меня снова прорывает, я опять начинаю писать. Я стараюсь себя не ограничивать: работаю с совершенно разными музыкальными стилями, индивидуальный подход к каждому треку для меня очень важен. В последнее время в моих треках все больше философии. Я просто включаю минус, начинаю первую фразу и, уже от нее отталкиваясь, работаю над архитектурой всего текста.  


Фото: rap.ru

— А много времени тратишь на песни?  

— По-разному. Песню "10:33" я написал за полчаса, "Пробки, стройка, грязь" — в течение часа. Через недельку выйдет инструментальный альбом. Он лежал в столе почти восемь лет. Таких работ у меня много, я люблю постоянно экспериментировать: когда записываю треки, то что-то сразу заливается в Сеть, а что-то ждёт своего часа, порой много лет. Материал всегда очень интересный, экспериментальный, не конъюнктурный. И не только хип-хоп.  

— А кто твой любимый поэт?  

— Я бы не сказал, что у меня есть любимый поэт. Я уважаю многих поэтов, но я стараюсь не зацикливаться. Не погружаюсь в фанатизм. Иначе можно неосознанно выдавать тот же стиль и эстетику, что и у любимого поэта, не говоря уже о фразеологических оборотах. Это, опять же, к разговору о нейронах. Лучше максимально пользоваться тем объемом информации, который ты загружал в себя с рождения в течение 21 года жизни, в дальнейшем дополняя эти знания новой актуальной информацией. Поэтому многим детям родители говорят: "Ты читай-читай, учись-учись, не откладывай на потом". Сейчас я понимаю, что мне не хватает того объема литературы, которую я прочитал в детстве. В более трезвом возрасте я начал добирать этот объем. Взялся уже не за школьную литературу, хотя в школьные годы у меня была возможность много читать, но я ленился. Соответственно, теперь об этом жалею.  

— А писатель у тебя есть любимый?  

— Ныне покойный Терри Пратчетт. Я мечтал с ним познакомиться, теперь это стало невозможным. Айзек Азимов интересный автор. Я бы этим и ограничился. 

— А сам ты не хотел написать что-нибудь?  

— Я постоянно об этом думаю. Но, наверное, еще не пришло время. Я пишу короткометражные сценарии. Но за книгу пока не садился. Я, возможно, найму со временем стенографа и поведаю ему свою биографическую историю. Скорее всего, это будет не раньше чем через 5—10 лет.  

— Как ты относишься к критике своего творчества?  

— Лояльно. Я могу подискутировать на этот счет. Я считаю, что сколько людей, столько и мнений. Угодить всем невозможно. В споре рождается истина. В жизни каждого талантливого человека должна присутствовать здоровая критика.  

— Если не музыка, то чем бы ты занимался?  

— Наверное, дипломатией. На мой взгляд, это одно из самых интересных занятий. Помимо того, что ты много путешествуешь, ты общаешься с представителями других культур, получаешь общую картинку о происходящем в мире. Я считаю, что самые образованные люди — это люди, которые много путешествуют, люди, которые изучают другие языки, находятся в процессе внутреннего образования, в процессе постоянного поглощения информации.  


Фото: 16tons.ru

Ты правда хочешь в космос?  

— На полном серьезе хочу. Я уверен, что в далеком будущем я стану командиром межгалактического крейсера, который будет бороздить просторы Вселенной.  

— Человеку всегда непросто выходить из зоны комфорта. Ты можешь вспомнить какой-нибудь момент, когда тебе было чертовски некомфортно?  

— В России растаману всегда чертовски некомфортно (смеется). А кому вообще комфортно? Только человеку, у которого нет ни чести, ни совести, ни доблести, ни любви. Ему, наверное, постоянно комфортно. Надо понимать, что в тот момент, когда тебе комфортно, кто-то обязательно испытывает дискомфорт. Так что не стоит сильно эмоционировать. Нужно просто принять это как есть и поблагодарить мир за то, что у тебя все так хорошо и комфортно. Думаю, что это, скорее, заслуга ваших предков. Как говорится, хорошая карма. 

— Ты выступал в Государственной думе. Как себя ты там чувствовал?  

— Честно говоря, я не помню, как себя чувствовал, но помню, что там обсуждали тему об иностранных словах, повседневно используемых в русском языке. Инициатором беседы был Владимир Вольфович. Он говорил, что телевизор должен называться "гляделкой". Политика — это чистый шоу-бизнес, только с другого ракурса. Любого политика делает его PR-отдел (смеется).  

— Ты снимался в программе "Последний герой". Там ты подружился с Николаем Дроздовым. С виду вы очень разные люди, какие точки соприкосновения нашлись?  

— Мы просто оба любим животных. У нас у обоих повседневная деятельность связана с постоянным общением и путешествиями. Путешествия, самообразование, общение с окружающим миром. Цветочки, животные, рыбки, птички гармонизируют человека. Такому человеку не только со мной комфортно, ему со всеми людьми комфортно.  

— Ты поддерживаешь общение с Николаем Дроздовым?  

— Это необязательно. Постоянно общение поддерживать необязательно. Мы просто знаем, что есть близкие по духу люди на этой планете. Мы друг друга чувствуем и так, без всяких лишних вербальных мелочей.  

— Какое у тебя отношение к Богу?  

— У меня свое отношение к высшему сознанию. Безусловно, верю, что есть некое высшее сознание, которое не то чтобы контролирует все происходящее, а создало все. Его присутствие есть во всем материальном и нематериальном. Все пронизано некой божественной сущностью. С другой стороны, это очень сложный вопрос: я изучил много литературы и не нашел нигде доказательств того, что это сознание существует. Есть некие физические процессы, которые мы еще не совсем понимаем, есть истории и рассказы о том, как все начиналось и куда все идет. Но конкретных доказательств божественного я пока для себя не встретил. Когда появятся доказательства, я с уверенностью скажу: "Да, я готов поверить на 100%, что это существует". Пока вера есть, но, как гласит главная магическая теория, магия есть до того момента, пока ты в нее веришь. Она не возникнет, если ты в нее не веришь. Бог — это, наверное, что-то связанное с волшебством.  

"Я перехожу из этого мира в иной.
И только Бог со мной, сопровождаемый верой.
И снова я черкаю чёрным по белому
Строки честные, чистые и смелые".

(Децл, Лигалайз "Бог есть" 2004 год)


— А что думаешь о смерти?  

— Это переход на следующий этап, подведение итогов твоего пребывания в физическом состоянии. Это огромные перспективы, поскольку пока находимся в физическом состоянии, единственное, что мы можем делать, это получать опыт. Мы ничего, кроме знаний, забрать с собой не сможем. Там дальше уже в зависимости от того, как ты жил, насколько часто ты созидал или разрушал, определяют твой дальнейший путь, вверх или вниз по ступеням эволюции души. Но это не единственная реальность, в которой мы существуем в течение 100 лет. Эти вопросы изучаются в научной сфере. Я думаю, что в ближайшие несколько десятков лет у нас будет намного больше информации о смерти и том, что происходит после. Вполне возможно, что цивилизация в том виде, который существует сейчас, уже существовала на разных планетах и не один раз. Но это известно только, как говорится, всевышнему сознанию. Тому, кто наблюдал. Наверняка мы не единственные разумные существа во Вселенной, хотя теория о том, что мы первые и единственные в своём роде разумные существа во Вселенной, тоже имеет место быть.  


Фото: ТАСС 

— Как ты предпочитаешь отдыхать?  

— Я предпочитаю не отдыхать: чем больше ты отдыхаешь, тем больше хочется. Я предпочитаю находиться все время в процессе создания чего-либо либо в процессе обучения. Движение и покой. Это и есть отдых.  

— А ты можешь рассказать, как познакомился со своей супругой?  

— Можно я не буду? Это очень интересная история. Но я ее могу рассказать только с разрешения жены. Или написать ее в биографической книге. Это, скорее, личное. Мы уже второй десяток лет вместе. Уже близится момент, когда наш ребенок уйдет в свободное плавание. Мы стараемся по минимуму распространяться о своей личной жизни.  

— А у тебя есть какие-нибудь особенные методы воспитания ребенка?  

— Нет особых методов, я же не гестапо. Евгеникой я тоже не интересуюсь. Я примерно понимаю, о чем идёт речь (смеется). Образование, книги. Мой ребёнок пятый класс окончил с тремя четверками, все остальные — пятерки. Русский — пятерка, литература — пятерка, история — пятерка. Английский — четверка. Ничего страшного, подтянем попозже. Меня радует его уровень образования. В его возрасте я был глупее.  

— А как сын относится к твоей музыке?  

— Ему очень нравится. Он вообще считает, что большинство русской музыки не стоит внимания. Он в основном слушает то, что слушаю я. Любит оценивать мое новое творчество. Постоянно дает критическую оценку. И жена тоже. Я сыну читаю новые тексты, он оценивает их. У нас в этом плане с ним дружеское общение.  

— А кем он хочет стать?  

— Да кем он только ни хочет стать. У него очень много планов (смеется).  

— А ты бы не хотел, чтобы он по твоим стопам пошел?  

— Нет. У него свои стопы. Зачем ему по моим ходить? (смеется).  


Фото: РЕН ТВ

— У твоего сына были дреды. Он сам решил их сделать? Или это выбор родителей?  

— Я ему предложил. Он сказал: "Да, давай". Я для него некий авторитет, наверное. Человек, которому он хочет подражать. Когда он был совсем мелким, у нас была возможность походить немного с дредами. Потом он пошел в школу, и вопрос встал ребром. Он сильно выделялся. Чтобы дреды негативно не отразились на его самоидентификации (это к вопросу об индивидуальности), мы решили, что пусть он лучше пока походит с обычной причёской. Захочет — сделает себе дреды повторно. Скрестим пальцы, что не захочет (смеется). Дреды — это тяжелый труд. Сразу перечёркиваешь многие аспекты социальной жизни. Сразу чувствуешь немного предвзятое отношение. Сейчас уже не так все грустно, поскольку для этого было проделано много работы. Не только мной, но и многими моими коллегами. Мы стараемся прилично одеваться, правильно разговаривать, вести нормальный, не маргинальный образ жизни. Сегодня отношение к дредлокам гораздо лояльнее, чем раньше. Но до сих пор у некоторых малообразованных персонажей это вызывает негативную реакцию.  

— А случаются с сыном конфликты?  

— Нет.  

— А в каких отношениях ты находишься со своим отцом? 

— Мы не общаемся. 

— У тебя есть фобии?  

— Безусловно, но самое главное — уметь с ними справляться. Таких сильных фобий, как, к примеру, боязнь летать самолетом или страх перед клоунами, у меня нет. Я очень уважительно отношусь к змеям. У меня перед ними трепет. Мне неприятно было бы оказаться в большом обществе змей, но я бы не позволил себе причинить вред змее. Дикие озера, омуты вызывают внутреннюю фобию. Я не люблю купаться в пресноводных водоемах. Наверное, это фобия как-то связана с прошлыми жизнями, я пока не разобрался в этом моменте. У многих людей присутствуют такие фобии. Наверное, это связано с доисторической сущностью.  

— Совершал ли ты поступки, за которые стыдно?  

— Безусловно, но я не буду о них рассказывать. С возрастом я стараюсь совершать как можно меньше таких поступков. Ближе к преклонному возрасту хочу вообще искоренить возможность совершения таких поступков.  


"Времени осталось мало — раскройте же глаза,

Времени осталось мало — поверьте в чудеса,

Времени осталось мало — ведь так больше нельзя,

Времени осталось мало — пустите свет в ваши сердца".

(Децл "Времени осталось мало", 2008 год)


 

— Ты часто критикуешь современный шоу-бизнес, а что тебе в нем не нравится?  

— В смысле, что не нравится? Всё! Да я часто и не критикую шоу-бизнес, мне кажется, это бесполезно.  

— Не часто?  

— Я, по-моему, вообще не критикую.  

— А как изменились правила шоу-бизнеса?  

— Сейчас встали к рулю те, кто считал, что на пике популярности мы зажимали и всячески не давали возможности развиваться другим артистам, цель которых была связана в основном с зарабатыванием денег. В общем, шоу-бизнес оставляет желать лучшего. Я стараюсь не сотрудничать с какими-либо лейблами, холдингами. Я человек, который против монополистического ведения бизнеса. Бизнес может развиваться только в условиях здоровой конкуренции и никак больше. Когда люди пытаются подмять под себя всё и вся, тем самым убивая конкуренцию, то это не вызывает уважения, это, скорее, вызывает отвращение.  

— А с какими трудностями сейчас сталкивается независимый артист?  

— Раньше трудностей было намного больше, чем сейчас. Сегодня артист имеет в руках все инструменты, чтобы самостоятельно управлять своим проектом, своим космическим кораблем. Открылись возможности по финансовому продвижению, без необходимости подписываться с лейблом. Гораздо легче показать хороший материал. Другой вопрос, готов ли артист заниматься своим проектом сам, или после того, как он "выстрелит", он захочет все отдать в руки тому, кто будет делать все за него? В таком случае 90% артистов — краткосрочные проекты, год-два. Потому что они не имеют концепции и духовной основы. Артист должен понимать, что его любое действие, связанное с продвижением его проекта, будет замечено, оно кладется в копилку. Рано или поздно оно даст определенный резонанс, а тем более в век новых технологий, когда все в ваших руках. Интернет — это военная технология. Он был создан, чтобы военные могли быстро передавать информацию по внутренним закрытым каналам. Он вышел из-под контроля и стал информационной сетью для всего мира, с возможностью со скоростью света передавать информацию в любую точку планеты. Это система, которая дала сбой и не стала работать на тех, кто ее создал. 


Фото: ТАСС 

— Как ты относишься к Versus  Battle? 

— Никак. Это очередная копия американского проекта. Не очень качественная копия, франшиза. На самом деле это уже было, ничего нового. Очень печалит то, что они показали молодым людям, как можно друг друга оскорблять и тебе за это ничего не будет. В мое время с первой же фразы был бы такой "закусон", что закрыли бы передачу. В наше время так баттлы не делали, переходы на личности — это неуважение личного пространства. От этого очень много проблем. Они культивируют бескультурье. Если оценивать как коммерческий проект — то да, может быть, он и успешен… Сложнее получить "лайки", исполняя композицию на фортепьяно. Гораздо легче получить "лайки", сожрав кусок жареного дерьма. Вот вся сущность нынешнего шоу-бизнеса. Фастфуд. 

— А как ты можешь оценить творчество Оксимирона, который на данный момент является одним из самых популярных хип-хоп-артистов в России? 

— Я его не знаю. Его творчеством не интересуюсь, хотя все его нахваливают. Честно говоря, мне кажется, что, если бы он появился в начале 2000-х, ему бы так же, как и мне в тот момент, досталось бы упрёков по поводу мажорства. 

— Почему? 

— Он из Лондона приехал, вырос в интеллигентной семье, очень образованный, а образование стоит дорого. Меня-то воспринимали как мажора. Я представляю, как бы восприняли Оксимирона тогда, 15 лет назад. Отмечу, что не зная человека, я о нем ничего сказать не могу. Я знаю почти всех рэперов. С кем-то я просто пересекался, кто-то у меня жил, кому-то я помогал, с кем-то я долго общался. Оксимирон нигде не мелькал. Он появился, когда я ограничил свой круг общения.

"Наши треки — это альтернативный выбор для вас,
Без страз и без гламура
Мы двигаем в этой стране часть субкультуры.
Нас уважают все регионы страны
Не за понты, а за реальные биты и тексты,
Не за фиесту, а за слова протеста,
За то, что знаем свое место и живем честно".


(Децл и Mezza Morta "Выстрел", 2014 год)

 

— В каких отношениях ты сейчас с бывшими участниками группы "Bad B. Альянс"? 

— Мы не общаемся. Нет общих точек соприкосновения. Более того, Владик Валов (Шеff) думает до сих пор, что успех — это только его заслуга. Мой папа думает, что это его заслуга. Я, конечно же, понимаю, что это общая заслуга. И не моя вовсе. Нельзя так на себя одеяло тянуть. Конечно, Владик очень много вложил в этот проект. Безусловно, и у отца моего немалая доля заслуги в этом есть. Может быть, если бы не я со своей жизненной позицией и характером, то там бы вообще ничего не получилось. 

— Никогда не было мыслей все-таки собраться, чтобы записать что-нибудь? 

— Нет. Они хотели что-то сделать, но я против. Я считаю, что нужно идти вперед. Помня о том, что мы делали раньше, делать что-то новое. 

— Какие творческие цели ставишь перед собой? 

— У меня готовятся к выходу по крайней мере три проекта. Буквально на днях выйдет инструментальная пластинка "Метемпсихоз". Она состоит из семи саундтреков к будущим фильмам. Песни были записаны 8 лет назад. Третья часть "Дециллиона" на подходе. В дальнейшем планируется запуск акустического проекта.

Нашли опечатку? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.
LentaInform
Mediametrics
Загрузка...
NNN

Читайте также:

Вверх