Больничные палаты в селах под Донецком переполнены после масштабных обстрелов

Третьего июня украинская артиллерия впервые за долгое время вела огонь по Донецку официально, не скрываясь и не перекладывая ответственность на ополченцев. Итог: сожжен рынок, выведены из строя несколько шахт, убиты десятки мирных людей.

В генштабе Украины заявили, что применение тяжелой артиллерии – это реакция на атаку ополченцев под Марьинкой. Но эта версия не выдерживает никакой критики и вот почему: 1 и 2 июня, еще до начала активных боев в Марьинке, артиллерия ВСУ уже била по населенным пунктам практически на всей линии соприкосновения.

Вот только те места, где побывала наша съемочная группа, список длинный.

- 1 июня обстрелян поселок Зайцево. Одна женщина погибла, ранен пастух.

- В тот же день в селе Гольма осколком ранены два человека. Алексей Дубовой – инвалид детства - и его тесть ловили рыбу в деревенском пруду, когда начался обстрел.

- 2 июня в селе Саханка разрушено несколько домов.

- Село Дзержинское обстреливали и 2 июня, и почти каждый день до этого.

Последствия обстрелов дежурно фиксировали наблюдатели ОБСЕ, но украинским властям претензий никто не предъявлял. Но стоило только ополченцам перейти в контратаку, и, не убив ни одного мирного жителя, войти в Марьинку, где стояли гаубичные батареи ВСУ, цивилизованный мир вдруг проснулся и едва не захлебнулся от возмущения.

В Марьинке стояли батареи, которые постоянно обстреливали Донецк, и ополченцы решили пресечь эти действия и отогнать силовиков, чтобы обстрелы прекратились. Ополченцы вышли несколькими группами со стрелковым оружием и прошли в глубь позиций ВСУ. В свою очередь украинские военачальники решили, что это полномасштабное наступление и начали стягивать к Марьинке огромные силы. Ополченцы были вынуждены отойти, но уже под прикрытием бронетехники.

Марьинка теперь самое опасное направление. Из локального военного поражения украинская сторона попыталась сделать локальную политическую победу и получила временную индульгенцию. Теперь украинские силовики стреляют здесь из чего хотят и когда хотят.

Самое опасное – это заезжать и выезжать с позиций ополчения под Марьинкой. Здесь с одной стороны бьют с украинских позиций из зенитной установки по дороге, а с другой – противотанковыми управляемыми ракетами, со стороны украинского блок-поста. Каждая поездка на передовую – как русская рулетка: повезет – не повезет.

На позициях ополченцев сейчас сплошное пепелище. Когда-то здесь были сельхозстроения. Они полностью разрушены, ополченцы говорят, обстрел здесь не прекращался почти сутки после атаки на Марьинку, да и сейчас повторяется регулярно.

"Какое может быть прекращение огня? Как стреляли, так и стреляют, - говорит ополченец с позывным "Рог". - Как подкрадывались, так и подкрадываются. Снайпер вон напротив в доме сидит. Есть желание посмотреть?"

"Бой был жесткий, но наши ребята зашли, прорвали это все и с боем вышли аккуратненько", - добавляет боец с позывным "Аббас".

4 июня, когда обстановка в Марьинке уже стабилизировалась, украинские артиллеристы вдруг нанесли удар по поселку Тельманово, который находится намного южнее Донецка. В результате артналета ранены три пожилые женщины, погиб маленький мальчик. Ване Нестеруку было всего 4 года. Пять должно было исполниться в августе. Мальчик играл рядом с домом, когда на улице начали взрываться снаряды. Осколок попал ребенку в грудь. До больницы тяжелораненого Ваню – прямо под обстрелом – отнесли на руках.

"Наши попытки помочь ему были безуспешны. Ребенок умер", - говорит хирург.

Смерть Вани стала шоком для его родных. Узнав о случившемся, скоропостижно скончалась тетя мальчика – сердце не выдержало.

"Тетя, когда узнала что убило племянника, пошла в больницу и от горя умерла", - рассказывает соседка семьи Нестерук Екатерина Погосян.

Больничные палаты в Тельманово переполнены. В основном здесь лежат бабушки с осколочными ранениями. Троих доставили в тот же вечер, что и умирающего Ваню.

"Я была возле кладовой. Когда снаряд упал, я упала. А если я была бы в кухне, я бы погибла", - вспоминает тот день раненная жительница Тельманово Мария Зверева.

И в палате пострадавшие не могут чувствовать себя в безопасности. Снаряды падают рядом с больницей. Местные точно знают, откуда стреляют. На территории подконтрольной ВСУ у многих родственники. Звонят, предупреждают: прячьтесь, сейчас по вам будут стрелять.

Активных боевых действий как прошлым летом на Донбассе сейчас нет. Но локальные стычки происходят постоянно. И также постоянно – от бесконтрольных обстрелов – гибнут люди. Привыкнуть к такому жители Марьинки, Широкино и Горловки никогда не смогут.