window.yaContextCb = window.yaContextCb || []

Последние
новости РЕН ТВ

var checkIsTestPage1 = false; window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: checkIsTestPage1 ? 241452 : 264443, containerId: id, params: checkIsTestPage1 ? { p1: 'ddomt', p2: 'fjgb' } : params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
15 января 2018, 03:00

Воздушная тревога: за атакой дронов на аэродром Хмеймим могут стоять американские военные

09:31

"Обнаружил цель. Наземная. Есть цель уничтожить. Дальность 1800. Огонь. Есть огонь", — подобные слова практически одновременно прозвучали на авиабазе Хмеймим и в порту Тартуса в ночь на 6 января. И с них же началась новая эра для беспилотников, которые в одночасье превратились из летающих видеокамер ближнего радиуса действия в высокоточный и дальнобойный управляемый снаряд.

На первый взгляд эти самолетики из дерева и алюминия, обтянутые обычным скотчем и с моторчиком от бензопилы, выглядят как очень ненадежная поделка кружка авиамоделирования. Если бы не несколько нюансов. Первый: все дроны практически полные копии друг друга, а значит, где-то существуют чертежи и это, по сути, серийное изделие. Второй — вооружение. Абсолютно идентичные бомбочки с радиусом поражения 50 метров. И третий — буквально фантастическая дальность полета.

Конечно, 600 км — это только теоретическая дальность, без груза и в идеальных условиях. Но 100 километров такие самолетики вполне способны преодолеть.

Всего за полтора-два года террористы сделали огромный шаг в развитии собственной беспилотной авиации. Если первое время дроны использовались исключительно для разведки и съемки пропагандистских материалов, то в 2016-м с квадрокоптера боевики впервые сбросили бомбу — из гранаты и куриных перьев. Потом появились аппараты мощнее, а значит, и боеприпасы — больше. Следующий этап — дроны-камикадзе самолетного типа. По сути, корректируемый снаряд, пусть и маломощный. Дальность уже больше 10 км, но управление осуществляется только через пульт. И как вершина инженерной мысли — беспилотники, подобные тем, что атаковали Хмеймим. Радиус больше 100 км, полностью автономен, внушительный боезапас: 10 бомб и система их сброса в нужной точке.

Вот письмо на арабском — техзадание на создание ударного беспилотника. Автор — уроженец Туниса. 47 лет. Один из многих разработчиков БПЛА. Его проект воплотили в жизнь и использовали в Сирии. Как в разведывательном варианте, так и в атакующем. Вот результат.

Вложений в беспилотник минимум, а вот ущерб только от этой атаки десятки и сотни тысяч долларов и несколько жизней. Среди террористов действуют уже целые университеты, в которых учатся будущие авиаконструкторы и операторы. Обучение длится не один месяц.

Борьба с обычными квадрокоптерами уже давно поставлена на поток. Есть десятки готовых решений для защиты любых объектов. От загородного дома до аэропорта или нефтезавода.

Система очень компактная: антенна, которая обнаруживает радиоканал управления коптером, камера для оптического обнаружения и постановщик помех, как радио, так и GPS. Принудительная посадка предусмотрена зачастую только в дорогих и сложных дронах. Те, что попроще, после включения подавления просто упадут.

Радиус действия подобной установки — около полутора километров на открытой местности. То есть вокруг объекта создается купол, внутри которого ни один дрон летать не сможет.

Самое страшное, если такие технологии, как и сами дроны, террористы решат использовать против гражданских объектов. Вооружившись, к примеру, тысячей подобных беспилотников, тихих, незаметных и смертоносных, террористы способны парализовать практически все человечество, не выходя за пределы Ближнего Востока. Именно здесь крупнейшие залежи нефти, заводы по сжижению газа и переработке черного золота. Огромные порты, в которых ожидают погрузки миллионы тонн топлива. По паре десятков маленьких самолетиков на один объект — и энергетический рынок ожидает коллапс, по всей планете дефицит топлива. Замирают самолеты, корабли, автомобили и электростанции. А вот атакующие почти наверняка даже не увидят воочию результат своей атаки: радиус действия беспилотника — сотни километров.

Атаку на Хмеймим и Тартус отразили. Часть беспилотников сбили, часть перехватили и посадили. Именно для того, чтобы внимательно изучить. Подобная атака, тем более с помощью сразу 10 дронов, вообще произошла впервые. И уже нет сомнений: создать такие самолеты террористам помогли.

Во время атаки на российские объекты в Сирии в море кружил американский разведчик — "Посейдон". Его основная задача — поиск подводных лодок, но сканировать активность радиопередач, в том числе и работу военных радаров, самолет вполне способен. Значит, "Посейдон" мог увидеть, как действует российская система ПВО при атаке — уникальный случай. А вот откуда американцы узнали о готовящемся нападении, неизвестно.

Отдельно нужно отметить эффективность российских систем ПВО и радиоэлектронной борьбы. Обнаружить такие малозаметные цели — а в этих беспилотниках металла практически нет — могут только несколько стран в мире.

Отечественные установки, способные подавить любые сигналы, в том числе и сотовых сетей и даже спутниковых телефонов, на вооружении Российской армии стоят уже давно. Чего стоит один только комплекс Р-330Ж — "Житель" — или "Борисоглебск-2". Последний способен заглушить даже УКВ-связь. И все это на расстоянии больше 20 км.

Главное: разведке удалось и выяснить точное место старта беспилотников, и обнаружить склад, где они хранятся. Наши военные уничтожили и его, и тех, кто в новогоднюю ночь обстрелял Хмеймим. Возможно, именно поэтому ответственность за атаку дронов ни одна группировка на себя не взяла. За время присутствия России в Сирии террористы уже прочно усвоили: ни одна атака не останется без ответа.

Подпишитесь и получайте новости первыми
СМИ2
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var checkIsTestPage = false; var isTest = checkIsTestPage; var init_adfox_under_article_desktop_264899 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = isTest ? { p1: 'ddomg', p2: 'ffnu' } : { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] var elementId = isTest ? 'adfox_172319719459163455_264899' : 'adfox_151870620891737873_264899' if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(elementId)) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": elementId, "bids": [ {"bidder": "adriver", "params": {"placementId": "30:rentv_970x250_mid"}}, {"bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226"}}, {"bidder": "sape", "params": {"placementId": "836081"}}, {"bidder": "hybrid", "params": {"placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09"}}, {"bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" }} ], "sizes": [[970,250],[728,250],[728,90],[990,90],[990,250]] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: checkIsTestPage ? 241452 : 264443, containerId: elementId, params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_under_article_desktop_264899(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_under_article_desktop_264899(); }); }
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window?.msCounterExampleCom?.hit?.(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })