window.yaContextCb = window.yaContextCb || []

Последние
новости РЕН ТВ

var checkIsTestPage1 = false; window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: checkIsTestPage1 ? 241452 : 264443, containerId: id, params: checkIsTestPage1 ? { p1: 'ddomt', p2: 'fjgb' } : params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
21 сентября 2018, 11:32

Технологии украинского террора

Руководитель проекта WarGonzo Семен Пегов о том, что общего между военными технологиями боевиков на Ближнем Востоке и ВСУ, а также почему режим Порошенко впору приравнять к террористической организации.

Новые киевские власти регулярно обвиняют в терроризме. Правда, все эти рассуждения носят скорее риторический характер и больше похожи на фигуру речи, необходимую для создания подходящего пропагандистского фона. Ораторские изыски и громкие обвинения, что называется, ради красного словца лично у меня, как у военкора, вызывают инстинктивное отторжение. У фронтовых репортеров есть негласное, внутреннее правило — громкие заявления подтверждать реальной картинкой или, на крайний случай, фактами, добытыми хотя бы из двух-трех источников.

Так вот, когда мы обвиняем украинский истеблишмент, то есть ведущих силовиков и правительственную верхушку, в терроризме, то мы должны это абсолютно четко, а не абстрактно аргументировать. У меня есть несколько железных и технологических аргументов, позволяющих уличить ВСУ в террористических методах ведения войны не в теории, а на практике.

Начнем с самого свежего. В четверг украинские военные запустили дрон в тыл позиций армии ДНР, к которому кустарным образом приделан механизм, сбрасывающий взрывные устройства. Кумулятивный снаряд (опасная при точечном использовании штука, а беспилотник позволяет использовать ее именно таким образом) был сброшен на здание прямо в центре города Ясиноватая. Лично я располагаю фотоподтверждением этой украинской акции, а также информацией с места от нескольких очевидцев, подтверждающей, что атака произошла именно тем способом, который описан выше.

По моим данным, по счастливой случайности, жертв в результате этой мини-бомбардировки не было. Однако любопытен не сам факт обстрела, а то, каким конкретно способом он был осуществлен. Использованием ровно аналогичных полукустарных технологий прославились в первую очередь террористы из ИГИЛ (запрещенной в России организации). Подтвердить это достаточно легко: в Сети полным-полно видео, на которых эти террористические акции зафиксированы собственно самими беспилотниками боевиков (сбить их без наличия в секторе атаки хотя бы элементарных ПВО достаточно проблематично).

Технологии украинского террора. Фото: © скриншот сводки ополчения / Youtube
Фото: © скриншот сводки ополчения / Youtube

Не имея полноценной авиации и по-настоящему продвинутых систем наведения для артиллерии, игиловцы охотно и широко использовали обычные гражданские дроны со сконструированными специально под их задачи подвесами, на которые закреплялись либо самодельные взрывные устройства, либо штатные снаряды. Это позволяло наносить точечные удары в достаточно глубоком тылу противника, как говорится, исподтишка. В Сирии до сих хорошо помнят атаку неизвестных дронов на российскую военную базу в Хмеймиме буквально в разгар празднования Нового года. Минобороны России даже пришлось официально признать: такого налета в глубоком тылу никто не ждал.

Однако коварство террористов вполне объяснимо, от них никто и не ждет соблюдения цивилизованных правил игры. Казалось бы, другое дело — Украина. Петр Порошенко подписался под минскими соглашениями, в которых в том числе было прописано и закрытое наглухо небо для всех сторон конфликта. Там даже полет гражданских дронов запрещен, то есть элементарных фантомов для любительской съемки, не говоря уже о дронах со взрывными устройствами. То есть локальные бомбардировки с воздуха, пускай и кустарными методами, — это грубейшее нарушение пресловутого минского процесса.

К слову, я достаточно плотно общаюсь с людьми, которые занимаются разработкой различного рода дронов в России, так вот: технологически реализовать даже кустарный проект не так-то просто. Такие технологии мало у кого есть. Из тех, про кого точно известно, — только ИГИЛ и другие ближневосточные формирования.

Технологии украинского террора. Фото: © Дрон, Сирия (фото: mil.ru)
Фото: © Дрон, Сирия (фото: mil.ru)

На фоне последних данных о том, что "списанное" ВСУ оружие из зоны АТО нелегально переправляется на Ближний Восток, а также подтвержденного наличия украинских граждан в радикальных группировках в Сирии (речь идет и о представителях крымско-татарской диаспоры, а также этнических чеченцах, бежавших на Украину после поражения Масхадова) передача игиловских технологий определенным людям в украинских силовых структурах не выглядит чем-то космически невозможным.

Учитывая также нашумевшее расследование, проведенное российским Минобороны по факту атаки на малайзийский Boeing в небе над Донбассом (напомню, позиция нашего военного ведомства заключается в возложении полной ответственности за трагедию на Киев), перспектива признания нынешнего украинского правительства и конкретно администрации Петра Порошенко террористической организацией может оказаться вполне логичным шагом.

Думаю, не стоит напоминать, что к власти действующая политическая верхушка Киева пришла именно в результате действий боевиков из "Правого сектора", который в России уже давно приравняли к террористической группировке и запретили. Цепочка последних событий лишь подтверждает, что киевский режим как таковой мало чем отличается от националистов-радикалов и ближневосточных маньяков. По крайней мере, технологии они используют одинаковые.

Ссылка скопирована
Подпишитесь и получайте новости первыми
СМИ2
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var checkIsTestPage = false; var isTest = checkIsTestPage; var init_adfox_under_article_desktop_343125 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = isTest ? { p1: 'ddomg', p2: 'ffnu' } : { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] var elementId = isTest ? 'adfox_172319719459163455_343125' : 'adfox_151870620891737873_343125' if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(elementId)) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": elementId, "bids": [ {"bidder": "adriver", "params": {"placementId": "30:rentv_970x250_mid"}}, {"bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226"}}, {"bidder": "sape", "params": {"placementId": "836081"}}, {"bidder": "hybrid", "params": {"placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09"}}, {"bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" }} ], "sizes": [[970,250],[728,250],[728,90],[990,90],[990,250]] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: checkIsTestPage ? 241452 : 264443, containerId: elementId, params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_under_article_desktop_343125(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_under_article_desktop_343125(); }); }
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window?.msCounterExampleCom?.hit?.(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })