19544

Утро новой Евразии

Москва — Анкара — Тегеран: возможен ли стратегический альянс?

Москва — Анкара — Тегеран: возможен ли стратегический альянс?

Вторая неделя августа стала неделей знаковых встреч. В понедельник в Баку встречались президенты России, Ирана и Азербайджана. Стоит отметить, что иранские дипломаты в тот день говорили о необходимости присоединения к переговорам Турции. С турецким лидером президент России встречался уже на следующий день на своей территории. Не знаю, договорились ли они о присоединении Турции к новому формату, но о необходимости этого шага говорит сама логика исторического процесса.

Показательно, как западные СМИ отреагировали на встречу Путина и Эрдогана. Реакция от настороженной до откровенно панической.

Американская Washington Post считает "вероятным, что переговоры приведут к росту опасений на Западе в отношении политического направления в Турции, где на волне попытки переворота все больше применяются авторитарные методы". Издание ссылается на слова руководителя турецкой программы в вашингтонском Институте ближневосточной политики Сонера Чагаптая, который уверен, что внешняя политика Анкары "находится на распутье", и что "впервые за последнее время ведутся серьезные дискуссии по поводу членства Турции в НАТО", и многие официальные лица в стране "задаются вопросом о том, сделает ли страна шаг на сближение с Россией". По мнению Чагаптая, Эрдоган "может легко пойти на такой разворот". Издание также полагает, что шаг Эрдогана навстречу России "может закрепить отчуждение Турции от ее традиционных союзников".

Собеседник немецкой газеты Handelsblatt уверен, что "встреча Путина и Эрдогана — тревожный сигнал, а намечающееся партнерство может навредить Западу". "Европе следует не отталкивать Турцию, а перетягивать ее на свою сторону", — считает издание.

"Турция еще менее, чем когда-либо, считает себя частью Запада. Европейцам и американцам станет еще труднее общаться с Эрдоганом", -— пишет немецкая Tagesspiegel. 

"Визитом в Санкт-Петербург Эрдоган дает понять, что Турция ищет партнеров за пределами ЕС и НАТО. Это не означает, что Турция выходит из НАТО, но говорит о том, что она больше не придает особого значения совместной с альянсом линии", — утверждает издание.

Не остались в стороне и политики. Очень многих насторожил тот факт, что Эрдоган совершил первый после попытки переворота визит именно в Россию (визит и так бы состоялся, но месяцем позже на полях саммита G20), а не к своим союзникам по НАТО. Впрочем, западные политики тут же бросились успокаивать сами себя. Например, глава МИД Германии Франк-Вальтер Штайнмайер заявил, он не верит в то, что отношения между странами станут настолько близкими, что Россия и Турция создадут альтернативу партнерству НАТО. Днем ранее официальный представитель МИД Германии Савсан Чебли также сказала: Германия не считает, что потепление в отношениях Турции и России каким-то образом скажется на роли Турции в НАТО


фото: kremlin.ru

Кто-то скажет, что это странно, что Германию будущее НАТО беспокоит больше, чем США, но они будут неправы, ибо представители Америки уже столько высказали по этому поводу и прямо, и косвенно, что добавить тут нечего.

Возникает другой вопрос: если они не опасаются за будущее НАТО, почему они об этом говорят? Ведь если бы опасности не существовало, никто бы и тему эту не поднимал. Когда-то давно я писал о том, что референдум о сохранении СССР 17 марта 1991 года был одним из важнейших шагов по уничтожению Союза по одной простой причине — сама постановка вопроса, само подвергание сомнению незыблемости Союза — это огромный шаг к его развалу. Снятие сакральности, обсуждение перспектив того, что несколько лет назад было не то что бы табу, а просто не могло прийти здравомыслящему человеку в голову — это всегда начало конца. НАТО дало очень серьезную трещину, имя этой трещины — Турция.

Ни для кого не секрет, что Турция в западных интеграционных проектах всегда была белой вороной. В Евросоюз ее не пускают уже почти полвека, придумывая издевательские отговорки. С самого начала было ясно, что Европа просто не сможет переварить 80-миллионную мусульманскую страну, которая станет инородным элементом в теле европейской государственности. Последние годы стремление к сближению с обеих сторон было не более чем игрой. Все всё прекрасно понимали, а тем более понимал Эрдоган, для которого неоосманизм стал основным вектором внешней политики, а евроинтеграция осталась лишь на словах как некий сакральный символ, как собственно и все заветы Ататюрка, которые Эрдоганом планомерно подвергались забвению. Думаю, Эрдоган вздохнул с облегчением, когда европейцы прямым текстом указали ему, что возврат смертной казни закроет для Анкары двери в ЕС. "Ну и слава Аллаху! Не очень-то и хотелось!" — наверняка подумал он. Теперь он может со спокойной совестью подписать решение парламента (а то, то оно будет принято, можно не сомневаться), заявив, что это была не его инициатива — так хочет народ, а европейцы-бяки никак не хотят понять, что для него чаяния народа важнее "европейских ценностей", которые он безусловно разделяет, но лишь до того момента, как они входят в противоречия с интересами Турции.

С Америкой и через нее с НАТО отношения еще более напряжены. Первым звонком было нежелание НАТО реагировать на просьбы Эрдогана о поддержке, когда тот сбил российский самолет. Думаю, именно тогда Эрдоган ощутил, что такое геополитическое одиночество, когда его предали союзники, а Россия из друга вдруг превратилась во врага. Думаю, именно тогда он осознал, что альтернативы примирению с Россией не существует.


фото: globallookpress

Вторым звонком стало нежелание американцев слушать доводы Анкары по курдскому вопросу. Весь последний год Эрдоган отчаянно от непрозрачных намеков до прямых угроз давал Вашингтону понять, что тот сильно перегибает палку в курдском вопросе. Но Вашингтон демонстративно пропускал это мимо ушей. Тут любой, даже самый уравновешенный человек в мире рано или поздно просто взбесится.

Последним звонком была неудачная попытка переворота. Я не очень доверяю информации турецких властей о том, что США чуть ли не организовывали переворот. Но не сомневаюсь в том, что они о нем как минимум знали. И не предупредили. В отличие от российских спецслужб. И тот факт, что Эрдоган прямым текстом обвинил США, говорит о том, что между союзниками пробежала толстая такая черная кошка. Ситуацию могла бы сгладить выдача Вашингтоном Гюлена. Но ведь, как известно, "с Дону выдачи нет" — это американцы могут требовать у всех выдачи не только своих граждан, но и граждан третьих стран (как например, россиян у Таиланда или Либерии), но сами они — ни-ни, никогда, ибо это разрушит американский миф о всемирном оплоте свободы и защиты прав человека.

Ну, и наконец, еще одна причина, по которой Эрдоган не может доверять НАТО, это то, что армия в Турции — инструмент не только взаимодействия с Западом (через НАТО), но и инструмент влияния США. И как следствие — постоянный источник дестабилизации политической власти. Угроза армейского переворота висит дамокловым мечом над всеми турецкими правителями, и тот факт, что чистками в армии Эрдоган обрывает канал вашингтонского влияния на ситуацию в Турции, Америку, безусловно, очень расстроит.

При этом хочется осадить тех "упоротых" оптимистов, которые из всего этого тут же делают выводы, что Эрдоган в качестве жеста благодарности России за помощь в подавлении переворота должен признать Крым, а Турция должна выйти из НАТО и едва ли не присоединиться к евразийским интеграционным проектам.

Крым Турция не признает. Это станет необратимым шагом к полноценной конфронтации с Западом, а Эрдоган пока не готов рушить все мосты, тем более что у него у самого есть уязвимое место, за которое Запад крепко держит Турцию — Северный Кипр. К тому же Крым остается удобным рычагом давления и весомым аргументом в переговорах с Россией, терять который хитрому султану явно не хочется.

Что касается выхода из НАТО, то это также невозможно, т.к. обе стороны понесут недопустимые потери. Запад лишится своего главного плацдарма на Ближнем Востоке и возможности грозить России на южном фланге (при всех разногласиях, напомню, в Турции до сих пор находится большая часть натовского ядерного арсенала). Турция окончательно лишится иммунитета как для политической власти (т.е. Америке уже никто не будет мешать открыто устраивать перевороты против Эрдогана), так и для государственности (кто знает, как далеко американцы смогут зайти в заигрывании с курдами, если Турция окончательно перестанет быть их союзником, даже формально).


фото: globallookpress

Присоединение к российским интеграционным проектам, во всяком случае официально, также невозможно — там Армения, да и, как я уже говорил, Анкара не готова пока к полному разрыву с Западом, который будет означать не просто разрыв, но и фактически включение Турции в холодную войну против вчерашних союзников.

Тем не менее, очевидно, что "западный проект" для Анкары дает одну трещину за другой. В этих условиях Турция неизбежно будет искать союзников из числа стран, для которых противоречия с Западом также стали причиной выработки отдельного от США и ЕС внешнеполитического вектора — евразийского. Это, как бы ни показалось странно еще пару месяцев назад, Россия, и что еще более немыслимо — Иран и, возможно, даже… Сирия.

Стоит отметить важность тех решений, которые на встрече в Баку приняли лидеры трех ключевых прикаспийских стран. Это, в первую очередь, проект коридора Север — Юг, который свяжет Западную Европу с Азией и может стать со временем альтернативой морскому маршруту через Суэцкий канал и "Шелковому пути", это проекты в области энергетики, которые положат конец попыткам Запада лишить Россию статуса ключевого продавца и транзитера углеводородов.

Казалось бы, речь идет о чисто экономическом сотрудничестве, ни слова о сотрудничестве военном или тем более — политическом. Тем более что для Турции и Азербайджана с одной стороны, и для России — с другой камнем преткновения является союзница России Армения и карабахский вопрос, решить который в ближайшие годы совершенно невозможно. Но можно противостоять попыткам американцев разморозить конфликт и научиться общаться, несмотря на противоречия и назло тем же американцам — что и демонстрирует тот же Алиев, которому, конечно, нельзя доверять в полной мере, как и Эрдогану — достаточно вспомнить участие Баку в антирооссийских политических проектах типа ГУАМ, а также в многочисленных проектах энергетических, которые создавались исключительно для диверсификации потоков углеводорода из Средней Азии в обход России. Отмечу, что в этих проектах всегда важную роль играли та же Турция и Грузия — как важнейший транзитный коридор. Характерно, что не только Алиев начал сближение с Россией, но и грузинские лидеры на днях заявили о том, что ищут повод для встречи с российскими коллегами и хотели бы попытаться восстановить отношения, испорченные их предшественником — американской марионеткой Саакашвили.

Все эти страны объединяет понимание того, что дружба с Западом — это не только инвестиции, технологии и т.п., но это еще и источник дестабилизации, экспорт "демократии" и, наконец, "цветные" революции, госперевороты и гражданские войны. Если история Ирака, Ливии и Сирии только насторожила, то история с попыткой переворота в Турции должна была кому-то окончательно прочистить мозги и заставить отказаться от "розовых очков". Тем более на фоне уже неприкрытых попыток дестабилизации Армении и Казахстана, тут уже даже самым лояльным друзьям Америки впору забеспокоиться. Единственный способ как-то обезопасить себя от попыток дестабилизации — это дружить с тем, кому эти дестабилизации у соседей менее всего выгодны, т.е. с Россией. Тем более, что судьба Януковича (который чисто по-человечески очень легко отделался) послужит хорошим уроком всем тем, кто до последнего момента был уверен, что Запад не трогает "своих", которые против России. У Запада нет "своих", у него есть только свои интересы.


фото: depositphotos

Да, еще раз хочу вернуться к встречам в Баку и в Санкт-Петербурге. Все те решения об экономическом сотрудничестве, что были приняты, играют важнейшую роль в формировании нового экономического и торгово-инвестиционного пространства — евразийского, к которому в будущем могли бы присоединиться страны Ближнего Востока и Китай. Именно угроза формирования такого пространства в свое время стала смертным приговором Хусейну и Каддафи. Америка просто никак не могла этого допустить, ведь, как учит нас "классик американского мира" с "нобелевкой" мира в кармане, "правила мировой торговли должна определять только Америка".

Иными словами, не стоит недооценивать значение таких мощных геоэкономических проектов как "Турецкий поток" и "Север — Юг". То-то же европейцы сразу переполошились, а болгары тут же начали заверять Путина, что хотят восстановления проекта "Южный поток". Евразийский интеграционный пока чисто экономический проект способен не просто бросить вызов американским проектам, но и в перспективе вовсе вытеснить американцев с континента с последующим превращением их из сверхдержавы, пишущей условия мировой экономики, в державу региональную, игрока пусть мощного, но лишь одного из. Хотя, учитывая долг Америки, который не обеспечивается ничем, кроме тонн напечатанной зеленой бумаги и рек крови в развязанных Америкой по всему миру войнах, можно предположить, что, лишившись статуса мирового арбитра, США могут потерпеть полный крах как экономический, так и, возможно, политический. Кстати, об этом сегодня фактически предупреждает Дональд Трамп, но его не слушают, выставляют его слова за популизм и исполнение "секретного задания Путина".

Теперь еще один важный момент, о котором, несомненно, говорили и в Баку, и в Санкт-Петербурге. Это Сирия.

Ситуация в Сирии, может, близка к коренному перелому, и всем игрокам необходимо еще раз определиться и, если надо, скорректировать свои позиции. Нет, разумеется, о завершении войны в обозримом будущем речи быть не может. Но расклад сил может серьезно измениться, может измениться сам вектор развития ситуации, который господствовал последние годы. Он уже меняется.

Сегодня, когда российская гуманитарная операция в Алеппо под очень серьезной угрозой, и, как утверждают некоторые СМИ, практически сорвана, у Москвы может к некоторым игрокам возникнуть ряд вопросов, главный из которых: "С кем вы?" Безусловно об этом говорили Путин и Роухани в Баку. Иран в последнее время, напомню, сильно самоустранился от активного участия в сирийской кампании, фактически переложив все на плечи России. Характерно, что накануне встречи в Баку стало известно о готовности Тегерана поддержать гуманитарную операцию в сирийском Алеппо.


фото: twitter

Еще больше вопросов к Эрдогану, от которого во многом зависит исход битвы за Алеппо. Если турки перекроют границу с Сирией, это отрежет боевиков от всяческого снабжения и ускорит их разгром. С другой стороны, туда, откуда уйдут боевики, тут же придут ИГИЛ и, что гораздо хуже для Анкары — курды. Другой вопрос, что это все равно неизбежно, учитывая, что курдов поддерживают США и они готовы пожертвовать своими союзниками из числа "умеренных" ради показушной победы над ИГИЛ.

Эрдоган меж двух огней. Если он будет продолжать прежнюю политику в Сирии, он нивелирует процесс восстановления дружбы с Россией и лишится шанса заручиться поддержкой Москвы и Дамаска в борьбе с пока гипотетическим курдским государством. Пока гипотетическим. Американцы могут запросто сделать его реальным. И это то, что больше всего пугает Эрдогана и удерживает его от сотрудничества с Москвой, а вовсе не перспективы испорченной репутации после предательства своих боевиков. Американцы тоже как бы исподлобья поглядывают на Эрдогана, спрашивая его: "Ну, так с кем ты?"

Уверен, что именно это стало одной из главных тем переговоров российского и турецкого лидера. Думаю, это был серьезный торг с тщательным взвешиванием всех "за" и "против", неслучайно на встрече присутствовали ведущие эксперты по сирийской проблеме, отмечу — не военные, не министры обороны, а именно эксперты. Эрдоган думает, и времени на размышление все меньше.

Собственно, эти два вопроса (прекращение поддержки боевиков и отказ от требования отставки Асада) являются ключевыми для Москвы, готовность выполнить эти условия будет главным свидетельством готовности Анкары восстанавливать отношения с Москвой как минимум в прежнем объеме. А как максимум — на уровне чего-то нового, возможно, и какого-то нового альянса. Без решения этих вопросов ничего не будет — они гарантия того, что султан не просто пытается заручиться поддержкой Москвы и получить рычаг давления и шантажа НАТО, но готов к реальному кардинальному переформатированию расклада сил в регионе. Именно это, а вовсе не извинения и выплаты компенсаций, которые являются лишь ширмой и костью ура-патриотически настроенному обывателю.

Корректировка позиции Анкары по Сирии будет не просто прорывом. Это будет началом выхода из сирийского тупика. Выход Турции из антиасадовской коалиции перемешает карты всем, а в первую очередь —Америке, которую Турция собственноручно и втянула в эту войну когда-то, уверяя, что вопрос отстранения Асада от власти — вопрос исключительно технический. Для Америки это будет не просто имиджевый удар, это будет провал всей ближневосточной политики и вообще первое со времен окончания холодной войны (еще той, прежней) геополитическое поражение. А для России это будет первая крупнейшая геополитическая победа, я уж молчу о последствиях разрешения сирийского кризиса как политических, так и экономических, опять-таки в деле формирования нового экономического пространства.


фото: kremlin.ru

Вот мы и посмотрим, на кого в итоге поставит султан. Как я уже говорил не раз, сильно доверять ему после инцидента с Су-24 не стоит. Но история предоставляет ему шанс принять участие в создании нового мира. Не только ему — всем! Сегодня многие страны (это касается не только бывших республик, но и даже Европы) начинают осознавать, что кардинальные перемены неизбежны. Вопрос стоит лишь в том, кто выйдет победителем из этого противостояния. Никто не хочет оказаться на стороне проигравших — это понятно. Потому пока никто не спешит прямо уж открыто выражать поддержку России и выступать против гегемонии США. Но с изменением баланса сил эта ситуация будет, несомненно, меняться. Формат Баку — Москва — Тегеран пока что еще не более чем формат, но это серьезнейший шаг на пути нащупывания точек соприкосновения у тех, кто хочет и готов к переменам. Если к нему присоединится Анкара (присоединится делом, а не на уровне встреч, теплых улыбок, рукопожатий и называния коллег "лучшими друзьями"), это будет серьезным прорывом. Пока чисто экономическим, а там, как знать, что-то обязательно будет…

Политолог
LentaInform
Mediametrics
NNN
Вверх