window.yaContextCb = window.yaContextCb || []
Последние новости
window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: 264443, containerId: id, params: params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { bidder: "myTarget", params: { placementId: "237891" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } }, { bidder: "adfox_imho-video", params: { p1: "cqsds", p2: "hitz" } }, ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
09 сентября 2019, 19:46

Коррупционные метастазы: кто выживает врачей из онкоцентра им. Блохина

Читать ren.tv в

Коррупционные метастазы: кто выживает врачей из онкоцентра им. Блохина

В распоряжении РЕН ТВ оказались результаты проверки прокуратуры столичного онкоцентра имени Блохина, которая выявила множество грубейших нарушений. Следственный комитет также начал свою проверку. Как выяснилось, помещения больницы незаконно сдавали в аренду, данные о пациентах передавали компании, которая оказывает исключительно платные услуги, а врачей переводили на полставки, ну, или просто увольняли. Персонал давно подозревал, что новое руководство работает исключительно на собственное обогащение, поэтому и попросил разобраться.

Мы, как всегда, к врачам не по талону и без очереди. Нам только спросить. Скрыть то, чего не должны знать сотни и даже тысячи пациентов онкоцентра имени Блохина — задача не одного контролера. У нее приказ.

Но люди сами выходят на улицу, чтоб рассказать. И это пока без слез. Их горе несоизмеримо ни с чем. Но нашлось, кажется, большее зло. Уверены: их тяжелобольных детей хотят оставить без шансов на спасение и помощь.

"Не уделяется столько времени, сколько уделялось раньше детям. Врачи в нервном состоянии", — говорит мать пациента Наиля Тугунева.

Наиля заявляет: ее дочь спасла так называемая старая команда. Доктора во главе с замдиректора института Меткевичем вытащили девочку с того света. А сейчас им всем предложили самим туда уйти. Для врача с 45-летним стажем увольнение — это клиническая смерть.

"Я работаю в центре с 1982 года. А пришли люди, которые за 2 месяца попытались испортить все, что было сделано. Я не понимаю, почему я должен уходить?" — заявил замдиректора НИИ детской онкологии и гематологии НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина Георгий Менткевич.

Гонения, говорят, начались с момента смены руководства НИИ. Два месяца назад институт возглавила Светлана Варфоломеева. И тут же, по словам медиков, предложила уволиться более чем 40 специалистам.

"Да, наверное, штаты нужно оптимизировать. Но, наверное, это нужно делать не такими варварскими методами… Во всяком случае в России", — говорит заместитель директора НИИ детской онкологии и гематологии НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина Максим Рыков.

Еще одна проблема — от всех научных сотрудников требуют перейти на половину оклада. Тем самым сократить штат на 700 единиц.

"Это значит, что остается та же самая нагрузка, но платить им будут в 2 раза меньше", — говорит руководитель проекта "Альянс врачей" Ирина Кваско-Алясова.

Пациенты и врачи написали коллективное обращение к руководству страны. Просто хотят разобраться в ситуации.

Вот уже несколько месяцев в здании онкоцентра имени Блохина работает десант специалистов и генпрокуратуры. У меня в руках представление о выявленных нарушениях. Это достаточно интересный документ, и в нем говорится, что выявлены многочисленные проблемы и далеко не в медицинской части.

Согласно проверке, по всему онкоцентру образовались коррупционные метастазы. Их нужно вырезать — химиотерапия из предписаний уже бесполезна. Очаги воспалений, говорят, забрались на самую верхушку. Даже сам директор Иван Стилиди издал приказ отстранить и провести внутреннюю проверку в отношении своего зама Молостова. Он, кстати, скрывается, как и руководитель. Пообщаться напрямую с профессором не получилось.

Онкоцентр Блохина — как единое тело. Главный, Иван Стилиди, не зря получил звание "золотого скальпеля". Режет умело. Его ассистенты, новая команда, похоже, также отсекают лакомые куски. Например, заместитель Всеволод Матвеев. Его издательский дом "АБВ-пресс" обслуживает всю профильную печать медицины. Компаньон и соучредитель компании Баходур Камолов — замдиректора НИИ Клинической онкологии. Свои же фирмы чиновники размещали в помещениях, принадлежащих медцентру, где они управляют.

А теперь посчитайте масштаб коррупционных метастаз. Прокуроры заявляют: 11 тысяч квадратных метров клиники сдаются без согласования с Минздравом.

Впрочем, ничего нового, кроме руководства, конечно.

Эта женщина хотела открыть в онкоцентре магазин. Но ее грубо вытеснили. Судя по фотографиям, как минимум знакомые бывшего директора Михаила Давыдова. Зато там легко развернули цеха для фасовки чая или разделки мяса. Да, еще теннисный корт. Зарабатывает руководство не только на аренде помещений. В общежитии для аспирантов и вовсе распродали половину квартир.

Юлия Чеповетски, ныне Моркунайте — учредитель "Русского доктора". Компании-посредника, которая подыскивает больным врачей. Так вот, по данным следователей, сотрудники колл-центра онколечебницы, куда стекается вся информация, передавали персональные данные пациентов тому самому "Русскому доктору". По этому поводу проводится проверка. Ну, а сами посредники винят во всем сотрудников НИИ.

А по данным прокуратуры, "Русский доктор" предлагал пациентам платные услуги, хотя больные могли не платить. Для лечения есть медицинская страховка. Проверка показала: 350 человек передали посредникам около 17 миллионов рублей. Это то, что не заработала клиника.

Ну, и самое, пожалуй, серьезное научное открытие. Сотрудникам НИИ Блохина предложили подписать вот такое интересное заявление, что работник отказывается от обеспечения работодателем спецодеждой — не менее трех комплектов. Пописались медсестры, санитары, буфетчики. Представьте, какого этим людям почувствовать себя, считай, голыми.

Что говорит начальство? Мы попытались связаться, но, как вы заметили, нас не впустили. Тогда мы позвонили. Ответила Светлана Варфоломеева.

"Ну, вы знаете, у нас есть определенный порядок. У нас есть пресс-служба", — сказала она.

Ну, а в пресс-службе нам выдали очень ожидаемый но не обнадеживающий для онкоцентра ответ. Если убрать лишнее, то, цитата: "Никто из сотрудников не уволен и не подвергается давлению. Массовых увольнений нет".

Подпишитесь и получайте новости первыми
СМИ2
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var init_adfox_151870620891737873_456561 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', extid: (function(){var a='',b='custom_id_user';if(!localStorage.getItem(b)){var c='ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZabcdefghijklmnopqrstuvwxyz0123456789';for(var i=0;i<47;i++){a+=c.charAt(Math.floor(Math.random()*c.length));}a=encodeURIComponent(a);localStorage.setItem(b,a);}else{a=localStorage.getItem(b);}return a;})(), extid_tag: 'rentv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes('adfox_151870620891737873_456561')) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": 'adfox_151870620891737873_456561', "bids": [ { "bidder": "adriver", "params": { "placementId": "30:rentv_970x250_mid" } }, { "bidder": "myTarget", "params": { "placementId": "336252" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836081" } }, { "bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226" } }, { "bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" } }, { "bidder": "adfox_imho-video", "params": { "p1": "cxedf", "p2": "hity" } } ], "sizes": [ [970,250], [728,250], [728,90], [990,90], [990,250] ] } ]); } window.yaContextCb.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: 264443, containerId: 'adfox_151870620891737873_456561', params: params, lazyLoad: { fetchMargin: '200', mobileScaling: '2' } }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_151870620891737873_456561(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_151870620891737873_456561(); }); }
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window.msCounterExampleCom.hit(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })