window.yaContextCb = window.yaContextCb || []

Последние
новости РЕН ТВ

var checkIsTestPage1 = false; window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: checkIsTestPage1 ? 241452 : 264443, containerId: id, params: checkIsTestPage1 ? { p1: 'ddomt', p2: 'fjgb' } : params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
04 декабря 2017, 01:01

Лежит и не портится: в России внедряют новую технологию обработки продуктов

04:10
Фото / Видео: ©

А на полках российских магазинов в пока еще свежих рыбных пресервах нашли смертельно опасные для человека химикаты. И добавили их сами производители, чтобы рыбка подольше лежала. Ужасающие результаты проверки заставили экспертов вновь задуматься над тем, как же безопасно увеличить срок годности. Оказалось, в России давно есть такая технология — на грани фантастики, — которая позволяет делать так, чтобы продукт вообще не портился. Вот только никто этим методом не пользуется.

Оборудование в этом кемеровском цеху нехитрое: ванна с рыбьими тушками, ведро с маслом, весы, стол, нож. Именно так здесь готовят самую народную закуску — рыбные пресервы. Несмотря на аскетичный антураж, рыба, по словам самих работников, выходит отсюда вполне съедобно. Чтобы она такой и оставалась, ее щедро приправляют консервантами.

"Консервант мы используем бензонат натрия, то есть е211, который удобен в производстве. Как правило, у нас установленные сроки годности — это 45–60 суток", — рассказывает главный технолог предприятия Ольга Цулявер.

Тем не менее на полках магазинов все чаще оказываются пресервы не просто некачественные, а по-настоящему опасные. Рыба в этих банках не подвергается термической обработке, поэтому испортиться может не дойдя до прилавков. Специалисты Роскачества провели свое исследование, и страшные опасения подтвердились.

"Исследование проходило по более чем 25 показателям качества и безопасности. Безусловно, одно из главных направлений, которые оно затрагивало, — это микробиологическая безопасность. Массовой проблемой стало превышение по количеству дрожжей. Это действительно риск, который есть на рынке", — говорит представитель Роскачества Марта Галичева.

По словам экспертов, в том, что в продуктах образуются грибки и бактерии, часто даже нет вины производителя. Все происходит на этапе логистики. Пресервы нужно хранить и перевозить при температуре не выше 2–4 градусов, а лучше вообще — при минусе. Но по факту, пока продукт везут в магазин, он может оттаивать и замерзать по несколько раз. В такой ситуации не спасает никакая химия. Поэтому обратить внимание стоит на физику. Ученые из ВНИИ радиологии и агроэкологии давно практикуют облучение продуктов радиацией — говорят, это начисто убивает все бактерии и рыба может храниться месяцами.

"Рыбные пресервы мы облучаем в целях микробиологической безопасности и продления сроков хранения. Эта продукция у нас хранится восемь месяцев. 250 суток. Это гораздо больше, чем срок хранения для данной продукции", — говорит младший научный сотрудник НИИ радиологии и агроэкологии Ирина Полякова.

В коридорах института мешки с зерном, ящики с консервами, приправы.

"Это у нас петрушка, сушеная петрушка. Она пришла из Китая, и микробиологические показатели этой петрушки не соответствуют внутренним нашим нормативам. Поэтому ее сейчас нельзя ни продавать, ни использовать", — рассказывает руководитель гамма-установки ВНИИ радиологии и агроэкологии Александр Павлов.

Но после облучения петрушка обязательно попадет на столы россиян. В виде, например, приправы к той же лапше быстрого приготовления. Гамма-излучение убьет в ней все живое.

Зал облучения отделяет от внешнего мира восьмитонная дверь и двухметровые стены. Сейчас здесь безопасно, но, если включить эти облучатели, тараканы, которые могут пережить ядерную зиму, погибнут за 10 минут. Человеку будет достаточно 2–3 секунд, ну, а чтобы избавить продукты от грибков и плесени, их нужно оставить здесь не меньше чем на сутки.

Но значит ли это, что мы обречены есть радиоактивные продукты? Сотрудники института заверяют: дальше этих стен радиация не выходит.

"Если вы помещаете продукт в микроволновую печь и вынимаете его после секундной обработки, то продукт остается таким же безопасным, как и до сих пор. То же самое происходит с продуктом, который подвергается воздействию ионизирующего излучения", — говорит заведующий лаборатории радиологии Владимир Кобялко.

Этой методике не один десяток лет. В СССР она применялась повсеместно, даже существовал специальный ГОСТ. Но в 90-е технология была утрачена. За границей же облучают все и всегда. В США, например, вообще некоторые продукты без такой обработки ввозить запрещено. Возродить технологию в России решили выпускники МФТИ. Они обеззараживают продукты с помощью ускорителя частиц.

"Это ускоритель электронов, это сердце нашего центра обработки. Здесь формируется сам пучок электронов, который при попадании на продукцию убивает микроорганизмы", — рассказывает руководитель центра обработки Олег Шилов.

Когда этот конвейер запустят на полную мощность, по нему поедут ящики с фруктами, коробки с мясной нарезкой, полуфабрикаты и, конечно, рыбные пресервы. Ведь, по мнению физиков, именно пучок заряженных частиц должен сделать так, чтобы покупатель мог и рыбку съесть, и не отравиться.

Ссылка скопирована
Подпишитесь и получайте новости первыми
СМИ2
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var checkIsTestPage = false; var isTest = checkIsTestPage; var init_adfox_under_article_desktop_252523 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = isTest ? { p1: 'ddomg', p2: 'ffnu' } : { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] var elementId = isTest ? 'adfox_172319719459163455_252523' : 'adfox_151870620891737873_252523' if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(elementId)) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": elementId, "bids": [ {"bidder": "adriver", "params": {"placementId": "30:rentv_970x250_mid"}}, {"bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226"}}, {"bidder": "sape", "params": {"placementId": "836081"}}, {"bidder": "hybrid", "params": {"placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09"}}, {"bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" }} ], "sizes": [[970,250],[728,250],[728,90],[990,90],[990,250]] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: checkIsTestPage ? 241452 : 264443, containerId: elementId, params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_under_article_desktop_252523(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_under_article_desktop_252523(); }); }
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window?.msCounterExampleCom?.hit?.(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })