После того как Всемирное антидопинговое агентство (WADA) постаралось сначала лишить наших олимпийцев возможности участия в Олимпиаде в Рио-де-Жанейро, а потом все же добилось отстранения нашей паралимпийской сборной, появилось письмо глав 17 антидопинговых агентств разных стран, которые призывают к реформе WADA. Что это за страны? Белоруссия, Казахстан, Киргизия? Те, кто действительно переживал за наших спортсменов? Нет.
Это Австралия, Канада, Германия, Великобритания, США и другие, которые во время скандала с так называемым "русским допингом" поддерживали действия WADA по отстранению российской сборной. И реформа должна сделать WADА еще более влиятельным. Но при этом зависящим от денег тех, кто его спонсирует.
Это может угрожать России? Да, может. Но только в том случае, если мы не учтем опыт судов, проигранных по делу о допинге.
31 августа федеральный трибунал Швейцарии окончательно "отцепил" российских паралимпийцев. Не помогли апелляции, иски и даже команда опытных юристов.
Высококвалифицированная помощь адвокатов стоит в Лондоне от тысячи фунтов в час. Это примерно 1200 евро. В той же Лозанне, куда этим летом обращались наши спортсмены, от 400–500 евро за 60 минут. Легкоатлеты все иски против своей международной федерации должны подавать в Монако, услуги адвокатов там стоят 500–700 евро за сеанс.
Но и раньше в международной юридической хронике часто встречались сообщения о том, что Россия как государство проиграло соперникам по судебным спорам. Особняком стоит так называемое "дело акционеров ЮКОСа", когда миноритарии уже не существовавшей к тому времени компании в 2014 году добились в Третейском суде в Гааге решения о выплате им 50 миллиардов долларов.
Известный адвокат Александр Добровинский, имеющий практику и в Москве, и в Лондоне, добавляет еще один штрих к портрету малоизвестной нам западной судебной системы. Она за последние годы "торжества толерантности" изменилась до неузнаваемости: до прямого запрета адвокатам советовать своим клиентам, как обойти закон. В России с защитником куда более доверительные отношения. И эту разницу в ментальности наши люди не учитывают.
Сегодня адвокаты-французы в шелковых мантиях или их коллеги в париках в Лондоне – это безучастные люди на спектакле юстиции. И их задача, которая наверное должна быть задачей юстиции, – выявить правду. Может быть, даже за счет того, чтобы похоронить своего клиента. Потому что так он не рискует своей профессией и у него не отнимут лицензию.
Но еще одна частая претензия наших истцов и ответчиков к западному судебному миру – его предвзятость к "гостям из России". Все тот же доклад Макларена, между прочим практикующего адвоката из Канады, был подвергнут натуральной обструкции.
"У меня есть тут доклад Макларена, я его прочитал и думаю, что он не стоит бумаги, на которой напечатан. Он не был беспристрастен, он оперирует показаниями от анонимных свидетелей. Как можно защитить себя от таких показаний? У таких информаторов могут быть свои мотивы, и он не берет в расчет все доказательства", – отмечает профессор Юридической школы Стэндфордского университета, бывший член Олимпийского комитета США Рональд Катц.
Впрочем, у России есть достаточно и своих "родимых пятен", мешающих достойно выступить в международных судах. Да, услуги классных адвокатов требуют большого бюджета, а у нас бюджет "особенно государственный" – всегда ведь можно совсем по-другому освоить.
"Вот я приду к человеку, который располагает бюджетом. В Минфин, или куда я должен прийти, и скажу: вы знаете, вот эта группа будет стоить столько-то. Эти люди будут стоить столько-то. Потому что поездки будут такие-то и т. д. Набежит какой-то бюджет. Маленький, большой. Он на меня посмотрит и скажет: А ты сколько с этого имеешь?" – заметил Александр Добровинский.
России нужно набраться грамотных адвокатов, терпения и крупной суммы денег. Если все это есть, то за победу в международном суде вполне можно побороться.
Нападение США на Венесуэлу: взрывы в Каракасе, реакция всего мира – что известно
Чудо без денег? Что ждет «Рубин» и Рахимова. Колонка Казакова