window.yaContextCb = window.yaContextCb || []
Последние новости
window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: 264443, containerId: id, params: params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
03 мая 2024, 13:30

"Лечили пытками": 29-летний мужчина умер в рехабе в Пятигорске

Мужчина умер от пыток в рехабе в Пятигорске
Следите за нашими новостями
в удобном формате

В Ставропольском крае разворачивается скандал вокруг местного реабилитационного центра. Один из молодых пациентов загадочно скончался во время исцеления от зависимости, но родственники не поверили версии, которую озвучили медики. И стоило начать разбираться в деятельности рехаба, как всплыли леденящие душу подробности о нестандартных методах лечения в учреждения. Корреспондент РЕН ТВ Тимур Солдатиков пообщался с бывшими постояльцами и попытался выяснить, что порой происходит за стенами закрытых специализированных медицинских центров.

"Лечили пытками": 29-летний мужчина умер в рехабе в Пятигорске

Вдова Артема Хоменко, умершего при очень странных обстоятельствах, показывает жуткие кадры. В таком состоянии она забрала тело супруга из реабилитационного центра. Повсюду гематомы, раны и кровь.

"У него был переломлен нос. У него было что-то с ногами. Все было в гематомах, ссадинах. На руках были следы того, как его связывали", – вспоминает вдова Артема Хоменко Мария.

Семья отправила 29-летнего Артема в рехаб, надеясь раз и навсегда вылечить его от наркозависимости. Поначалу претензий к работе центра не было, но со временем пациент клиники звонил все реже и реже, а неделю назад окончательно перестал выходить на связь.

"Набрала руководителю Светлане Александровне и спросила, будет ли звонок от Артема, на что она мне написала, что нет, якобы он проштрафился. Это было 28-го числа. А 29-го позвонила и сказала, что у них плохие новости, что Артем умер. У него оторвался тромб", – рассказала мать Артема Хоменко Ирина.

Официальная причина смерти другая – сердечная недостаточность, в которую родные умершего не верят.

То, что происходило за этими закрытыми дверями, долгое время оставалось в тайне. Бывшие клиенты рехаба лишь после смерти Артема Хоменко решились рассказать о систематических издевательствах сотрудников клиники.

"Человека могли по 2-3 часа держать в ледяной воде в ванне. Мог сидеть по 8-9 суток в углу и писать какое-то одно предложение 10-12 тысяч раз", – вспоминает один из бывших клиентов рехаба.

Якобы наказывали за любую провинность. Нередко лечили пытками. Клиенты рехаба, которые смогли выбраться из заключения, сравнили строгий режим реабилитационного центра с концлагерем.

"Одну девушку закатали, как Артема, в ковер. По истечении двух недель ее освободили из этого ковра. У нее были язвы в глубину", – рассказал другой пациент.

Так же наказали и Артема Хоменко. По крайней мере, так уверяют пациенты клиники. По одной из версий, за то, что он вместе с другими наркозависимыми планировал побег.

"Каждого заводили в наручниках и били. Всю ночь крики слышали. Артем был в ковре. Его каждый день били. По 3-4 часа обливали ледяной водой", – уточнила пациентка клиники.

Обычно в таких ситуациях напуганные пациенты остаются в стороне и избегают журналистов, но к нашему удивлению, они не побоялись рассказать о том, что творилось в рехабе в день, когда умер Артем Хоменко.

"Артема замотали в ковер. Три дня он находился в ковре. Я слышала, что его разматывали, избивали. Я увидела уже его серое лицо. Не знаю, в этот момент он умер или нет. В общем, задохнулся он в этом ковре", – сообщила очевидица произошедшего.

Родные Хоменко, узнав о жутких пытках, идут в реабилитационный центр, но ожидаемо утыкаются в закрытую калитку.

По документам клинику возглавляет Амин Батдыев, но фактически – предпринимательница Светлана Очкань. Рехаб существует тут давно. Как минимум дважды менял название. Судя по открытым данным, бизнес убыточный, хотя наркозависимые поступают сюда регулярно. Родные платят за реабилитацию от 40 до 60 тысяч рублей в месяц. За эти деньги обещают хорошие условия проживания и выздоровление. Хотя опять же, судя по официальному сайту, в центре нет ни одного дипломированного врача. Многие из консультантов – бывшие пациенты наркологических клиник. Даже руководители Амин Батдыев и Светлана Очкань в свое время не раз получали штрафы за распитие спиртных напитков в общественных местах и потребление психотропных веществ без рецепта.

"Практически не существует никаких требований к персоналу, программе. Излишне легкий доступ любым категориям граждан. Очень часто это люди с опытом личного выздоровления, очень непродолжительного, которые с охотой идут работать в такие реабилитационные центры. И вот мы получаем такие трагические результаты", – отметил президент Независимой наркологической гильдии Руслан Исаев.

После смерти Хоменко многих клиентов, в том числе тех, которые видели экзекуцию над молодым человеком, экстренно перевели в другие клиники, а руководители клиники куда-то уехали. Нам удалось дозвониться до начальницы центра, но она ушла от ответа. Впрочем, теперь вопросы будут задавать уже следователи и прокуроры. Они проводят проверку.

"Выполняется комплекс следственных действий, направленных на установление всех обстоятельств произошедшего", – сообщила старший помощник руководителя СУ СК РФ по Ставропольскому краю Яна Шерстобитова.

"Будет дана оценка исполнению требований федерального законодательства при организации деятельности реабилитационного центра, а также соблюдению прав лиц, находящихся в центре на лечении", – добавила старший помощник прокурора Ставропольского края Нина Маркиниди.

И если слова пациентов реабилитационного центра подтвердятся, то сотрудникам и хозяевам клиники самим грозит строгий режим.

Подпишитесь и получайте новости первыми
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//jsn.24smi.net/smi.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//jsn.24smi.net/smi.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var init_adfox_151870620891737873_1216326 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', extid: (function(){var a='',b='custom_id_user';if(!localStorage.getItem(b)){var c='ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZabcdefghijklmnopqrstuvwxyz0123456789';for(var i=0;i<47;i++){a+=c.charAt(Math.floor(Math.random()*c.length));}a=encodeURIComponent(a);localStorage.setItem(b,a);}else{a=localStorage.getItem(b);}return a;})(), extid_tag: 'rentv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes('adfox_151870620891737873_1216326')) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": 'adfox_151870620891737873_1216326', "bids": [ { "bidder": "adriver", "params": { "placementId": "30:rentv_970x250_mid" } }, { "bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836081" } }, { "bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" } }, { "bidder": "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09" } } ], "sizes": [ [970,250], [728,250], [728,90], [990,90], [990,250] ] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: 264443, containerId: 'adfox_151870620891737873_1216326', params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_151870620891737873_1216326(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_151870620891737873_1216326(); }); }
(window.smiq = window.smiq || []).push({});
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window.msCounterExampleCom.hit(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })