window.yaContextCb = window.yaContextCb || []

Последние
новости РЕН ТВ

var checkIsTestPage1 = false; window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: checkIsTestPage1 ? 241452 : 264443, containerId: id, params: checkIsTestPage1 ? { p1: 'ddomt', p2: 'fjgb' } : params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
18 августа 2023, 13:53

Один из крупных автодилеров РФ попал в скандал, дважды продав краденое авто

Один из крупных автодилеров РФ попал в скандал, дважды продав краденое авто
Фото: © ТАСС/DPA/Axel Heimken

Один из крупнейших российских автодилеров попал в громкий скандал. Его уличили на торговле крадеными машинами. Ответ компании о том, как такое стало возможным, – в сюжете РЕН ТВ.

04:53
Фото / Видео: ©

Февраль 2017 года, пермский городок Березняки. На дворовой стоянке угонщикам приглянулся Lexus RX-350: хорошая комплектация с нужной им уязвимостью – кнопкой автозапуска. 

С тех пор законный владелец автомобиля с функцией бесключевого доступа покупать зарекся. Свой любимый угнанный джип он все-таки найдет – спустя пять лет, просматривая казахстанский сайт объявлений о продаже.

"Мой автомобиль уехал из Березняков, доехал до Санкт-Петербурга, продался, потом снова продался в Екатеринбург, потом из Екатеринбурга вернулся в Санкт-Петербург. Причем в Екатеринбурге выяснили, что он "кривой", в Санкт-Петербурге знали о том, что он "кривой". Его снова продали, потом продали в Казахстан. Но если это не мошенничество, то что?" – возмущается пострадавший Александр Ульских.

Сейчас Александр пытается вернуть машину с помощью полиции – это возможно. Но важнее для него справедливость. И претензию о мошенничестве он адресует не ворам – их давно посадили за другой угон. Вопросы – к одному из крупнейших автопродавцов страны – компании "Рольф".

После того, как переписка с петербуржским филиалом "Рольф-Лахта" не дала результатов, несем бумажное письмо прямо в салон под видеосъемку. Главный вопрос: как такая серьезная компания могла выкупить у частного продавца краденую машину? Ответ получили.

"Мы не экспертная организация, и невозможно исключить приобретение автомобиля с измененными маркировочными обозначениями", – говорится в ответе. 

То есть фирма, козыряющая своими профессиональными экспертами, серьезной службой безопасности, не смогла выявить то, что номера на кузове и двигателе были перебиты. Соответственно, продала машину снова. Того покупателя нашли.

"Был уверен, что если обращаюсь к официальному дилеру, у меня есть юридическая безопасность. Что машина будет честная, она встанет на учет и так далее. Что это дает какую-то гарантию", – говорит Владислав Жук, перекупивший автомобиль.

Тогда интернет-сервисы проверки по вин-коду еще не набрали популярность. И Владислав покупал Lexus намеренно не из частных рук, наивно полагая, что репутации столь крупного дилера, как "Рольф", можно верить.

В Москве или в Петербурге достаточно прогуляться по любой стоянке, обращая внимание на номерные рамки. Вот "Рольф", вот еще одна, и снова "Рольф". В обеих столицах купленных там машин – десятки тысяч. Потому что "Рольф" – это 5 тысяч сотрудников, 17 филиалов, госконтракты, многомиллиардный оборот. И логично считать, что это профессионалы, которые не подсунут тебе краденую машину.

Владислав, не подозревая, что Lexus криминальный, продаст его следующему владельцу – из Екатеринбурга. И вот там уже, спустя три года, машина будет проверена полицией. Криминалисты выяснят, что номера-идентификаторы были переварены. Их "донором" стал сильно разбитый Lexus RX-350. Разумеется, краденую машину привезли обратно в "Рольф".

"Если недовольные клиенты приходят к нам, мы разбираемся. Если есть какая-то проблема, мы ее решаем. Если не можем решить, возвращаем деньги, меняем авто на другой", – говорит гендиректор "Рольфа".

На проводе гендиректор "Рольфа". Лекция о корпоративной политике упрется в вопрос: а как же вышло, что машину, факт кражи которой установлен, "Рольф-Лахта" реализовал повторно? Аннулировали регистрацию, и вроде как на запчасти, но с ПТС продали в Казахстан. Законный владелец Александр Ульских вот это считает мошенничеством.

"А почему вы вообще продали его? Вы не имели права продавать его", – спрашивал у представителей "Рольфа" Александр.

Но служба безопасности "Рольфа" "отшила" его. И, с точки зрения закона, там ошибаются. 

"Собственником является пострадавшее лицо, владелец транспортного средства. Поэтому он вправе истребовать его", – заявил адвокат Владислав Ватаманюк.

Случай не единичный. Также по фото в объявлении, но прямо в салоне "Рольфа", свой Hyundai нашел Евгений Мельников. Поехал туда с полицией, и отдельным впечатлением стало множество сильно разбитых машин на стоянке салона.

"Очень подозрительно было – если от машины остается ровно половина. Вот нет "морды", нет – как ты ее будешь восстанавливать? Это тотал. А зачем она там стоит? Очевидно, потому что у нее есть вин-номер кузова, номер двигателя и документы", – рассказывает пострадавший Евгений Мельников.

С автосалонами и раньше были проблемы – как новую могли продать битую машину, могли обмануть с конечной ценой, хитро составляя договоры купли-продажи. Но торговля заведомо ворованным – что-то новое. Впрочем, криминал "Рольфу" не чужд. Управляется он кипрским трастом в интересах семьи Петровых, давно проживающих в Британии и США. Глава семьи, Сергей Петров, в розыске за финансовые махинации, а его сыновья открыто поддерживают Киев и ВСУ.

Подпишитесь и получайте новости первыми
СМИ2
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var checkIsTestPage = false; var isTest = checkIsTestPage; var init_adfox_under_article_desktop_1133836 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = isTest ? { p1: 'ddomg', p2: 'ffnu' } : { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] var elementId = isTest ? 'adfox_172319719459163455_1133836' : 'adfox_151870620891737873_1133836' if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(elementId)) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": elementId, "bids": [ {"bidder": "adriver", "params": {"placementId": "30:rentv_970x250_mid"}}, {"bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226"}}, {"bidder": "sape", "params": {"placementId": "836081"}}, {"bidder": "hybrid", "params": {"placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09"}}, {"bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" }} ], "sizes": [[970,250],[728,250],[728,90],[990,90],[990,250]] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: checkIsTestPage ? 241452 : 264443, containerId: elementId, params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_under_article_desktop_1133836(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_under_article_desktop_1133836(); }); }
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window?.msCounterExampleCom?.hit?.(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })