window.yaContextCb = window.yaContextCb || []
Последние новости
window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: 264443, containerId: id, params: params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
05 июля 2022, 07:22

Как военные штурмуют города-крепости и ведут уличные бои

Следите за нашими новостями
в удобном формате
Чем противостояние в городе отличается от сражения в поле, нужны ли в этих боях танки, и какие ловушки готовит противнику воюющий город.
Фото: © РИА Новости/Виктор Антонюк

Страшные схватки в лабиринтах улиц, когда сложно определить, где свои, где чужие, когда каждое окно плюется огнем, а за поворотом скрываются смертельные ловушки. Это мало похоже на войну с четко очерченной линией фронта, окопами и танковыми прорывами. Солдаты отправляются в мясорубку уличных боев, чтобы освободить города, захваченные противником, войти в них и встретиться с врагом лицом к лицу. При этом зачастую между молотом и наковальней двух противоборствующих армий оказывается мирное население. Но иногда другого способа спасения людей просто не существует. Чем противостояние в городе отличается от сражения в поле? Нужны ли в городе танки? Какие ловушки готовит противнику воюющий город? Рассказываем в программе "Как устроен мир?" с ведущим Тимофеем Баженовым на РЕН ТВ.

Особенности городских боев

Во время Второй Мировой войны отступающие немецко-фашистские войска применяли жестокую тактику, превращая города в так называемые фестунги или города-крепости. Суть этой концепции – удерживать транспортные узлы и мешать снабжению войск противника. При этом жители городов, по сути, приносились в жертву. Руководство армии Украины переняло эту тактику. Поэтому в ходе спецоперации российская армия предпочитала обходить стороной крупные населенные пункты Украины, просто блокируя находящиеся в них военные гарнизоны. Только так можно было сохранить жизни людей.

В городе не существует классического "поля боя" с четко очерченными фронтом, тылом, флангами. Ведь бои идут не на плоскости, а во всех трех измерениях. Стреляют с крыш, из подвалов, из окон зданий.

"И в этом же здании на пятом этаже противники могут вести активные боевые действия, и друг о друге даже не знать. Получается, столкновения на небольших дистанциях, то есть накоротке, сложность маневрирования, очень много укрытий для противника в том числе. И из каждого укрытия, из каждой дырки его приходится долго и нудно выколупывать", – рассказал командир отделения Государственной противопожарной службы, спасатель 1-го класса Юрий Скорик.

Почему боев в городе стараются избегать

Масштабные карты с широкими стрелами ударов и четкими линиями фронтов здесь неактуальны. Городской бой – это смертельный хаос, при котором потери с обеих сторон катастрофические.

"Городские бои, пожалуй, самый сложный вид боевых действий. И конечно, в любом столкновении, в любой операции военной стараются избегать боев в городе, потому что они связаны с большими потерями при штурме домов, при штурме объектов", – объяснил капитан первого ранга, член общественной организации "Офицеры России" Василий Дандыкин.

"Если мы возьмем статистику, то для более-менее успешного штурма населенного пункта, имеется в виду город с высотными зданиями, то превышение сил атакующих должно быть, ну, не менее чем один к семи. То есть на одного обороняющегося – семь человек атакующих. Чуть-чуть меньше соотношение будет для частного сектора, там попроще", – рассказал Скорик.

Фото: © Скриншот видео

Освобождение Мариуполя

В ходе городских боев десятками, а то и сотнями гибнет мирное население, уничтожаются инфраструктура, жилые дома и коммуникации. Подобные проблемы, однако, никогда не смущали войска НАТО. Для сохранения своих военнослужащих американцы наносят удары дистанционно.

Такой подход неприемлем для российских войск, которые проводят специальную военную операцию на территории Украины. Ведь ее главная цель – спасение людей, которых националисты удерживают в городах в качестве заложников. Освобождать захваченные города приходится аккуратно – хирургическими методами.

"В нашей армии и соответственно союзными формированиями ДНР и ЛНР это применяется в крайнем случае, когда мы штурмуем такие вот города или поселки, которые имеют крайне стратегическое значение. В частности, такое значение имеет город Мариуполь. Город-порт, который, в общем-то, находится на логистическом пути вдоль Азовского моря. И он производился небольшими силами с нашей стороны, если брать силы противника, которые находились в нем", – рассказал Дандыкин.

Даже относительно слабые силы обороны в условиях городского боя получают массу преимуществ перед более подготовленным, многочисленным и технически продвинутым противником. С военной точки зрения, любой город – это целая система укреплений.

В населенных пунктах Украины под объекты военной инфраструктуры переоборудуют жилые дома, школы, детские сады, это удобно военным. А еще в таких декорациях можно сделать зрелищные картинки. Мол, смотрите, что творят – бьют по мирным объектам. Но если в этих зданиях и есть гражданское население, то только в качестве заложников.

"Это возможность использовать в качестве укрепрайонов здания, подвалы. И если и наступает, наступающая сторона находится, по сути дела, в открытой местности, и приходится каждый дом брать штурмом. И когда наступаешь, даже с учетом бронежилетов, средств защиты на открытой местности, то это вызывает со стороны наступающих большие потери", – сказал военный эксперт.

Фото: © РИА Новости/Виктор Антонюк

Современные технологии на поле боя

В современных городских боях все стороны успешно используют не только штатные средства, вроде разведывательных и ударных беспилотников, но и обычные гражданские квадрокоптеры. Гражданские аппараты дешевле и доступнее, при этом их встроенные видеокамеры могут вмещать огромное количество информации. С ее помощью составляются карты предполагаемых позиций противника, после чего обстреливаются по разведанным координатам.

Современная электроника серьезно повлияла на характер городского боя. Проводить разведку теперь можно без риска для жизни бойцов. Тепловизоры позволяют ориентироваться в темноте и обнаруживать противника за дымовой завесой. И даже обыкновенный смартфон в условиях городского боя способен стать оружием.

"Средства связи перешли на ту стадию, когда можно единовременно переслать, допустим, большие сообщения с фотографиями, с указанием координат, фотографиями целей", – пояснил Филатов.

В городских боях основная сила – это не авиация, не артиллерия и даже не крупные соединения пехоты. Здесь на исход боя может повлиять каждый отдельный боец.

"Разумеется, сейчас, во-первых, улучшилось оснащение конкретного бойца. Это касательно средств защиты, начиная от шлема, заканчивая снаряжением, бронежилетами. Это улучшенные характеристики снайперского оружия. На вооружении сейчас крупнокалиберные винтовки, которые позволяют стрелять на два с лишним километра прицельно, чего раньше не было. Разумеется, используется активно робототехника и в части инженерных разграждений, и в части боевого применения. И она будет использоваться все больше и больше для избежания потерь", – сказал Дандыкин.

Но при прямом огневом контакте высокие технологии отходят на второй план. В городских условиях огонь ведется практически в упор: дальность стрельбы здесь не превышает 500 метров.

"На мой взгляд, в городском бою оружие – это, разумеется, снайперские винтовки, пулеметы, в том числе крупнокалиберные, гранатометы, огнеметы разового применения – обязательно", – сказал военный эксперт.

Фото: © РИА Новости

Танки в уличных боях

Есть мнение, что бронетехника в городе слишком уязвима. Впрочем, российские танки показали, что способны выдерживать даже прямое попадание из западных противотанковых комплексов.

"Одиночный танк является легкой мишенью, то есть группа противника просто выдвигается, просто с верхних этажей его расстреливает. Да и просто самодельным взрывным устройством можно забросать. И он станет легкой мишенью", – сказал Филатов.

У бронетехники в городском бою есть и свои ограничения. Например, скорострельность или скорость поворота башни. У противника остается больше времени, чтобы скрыться за ближайшим углом. Ограничены и углы возвышения, на которые может подняться или опуститься ствол пушки, чтобы выстрелить по крыше или подвалу. А иногда использование крупного калибра и вовсе оказывается невозможным.

С другой стороны, танк может в буквальном смысле проломить оборону противника. Например, одним выстрелом уничтожить стену здания, проложив путь штурмовой группе. В этом случае бойцы смогут обойти участки, которые уже изучены противником и хорошо простреливаются.

Но какова бы ни была огневая мощь той или иной стороны, в условиях городских боев она может оказаться бесполезной. И более того, обернуться против своих же. Дело в том, что в городских условиях бывает трудно понять, где свои, а где чужие. 

"И в чем здесь тяжел именно городской бой – не очень понятно, кто в кого стреляет. Очень может быть братский огонь так называемый. То есть будут долго и нудно два подразделения воевать с собой полдня вообще, пока боекомплект не кончится", – рассказал Скорик.

Фото: © РИА Новости/Илья Питалев

Ловушки противников

Говорят, что в бою даже стены стреляют. Улицы, дома и дымящиеся руины кишат смертельными ловушками, оставленными противником при отступлении. Мина может быть заложена даже в детской игрушке. Расчет простой: противник либо машинально возьмет ее в руки, либо пнет ногой.

"Минируют в основном предметы, интересные для подразделений противника. То есть, если солдат наш заходит на территорию, условно говоря, противника, трогать, опять же повторюсь, ничего нельзя. Заминировать можно практически все что угодно. То есть, книжка, стоящая на полке, из которой торчит пятитысячная купюра, это, скорее всего, ловушка", – рассказал Филатов.

Опытные бойцы советуют использовать как укрытие от осколков то, что есть в каждой квартире – металлическую ванну. Куда бы ни упала граната, осколки будут проходить под острым углом к ней. Стандартная отечественная ванна сделана из железа приличной толщины, поэтому легкие осколки ее не пробьют.

"Если мы заходим в какой-то квартал, то есть не ранее занятый нами, а он был занят противником до нас, и мы начинаем в нем работу, то это из области шахмат, головоломки. Потому что всегда создается такая сеть, которая пытается заманить в ловушку", – говорит Филатов.

Хитрости ведения боя

Главная проблема для наступающих в том, что они действуют в незнакомой для себя обстановке. Обороняющиеся гораздо лучше знакомы с местностью, знают все входы и выходы. Эти знания бывают куда важней мощной техники. Тактика городского боя складывается из правил, написанных кровью. Одно из них – постоянный поиск "мертвых секторов", в которых может скрываться противник.

Хитрость обороняющихся может быть усилена технологиями. Противопехотная мина ПОМ-3 "Медальон" ведет селекцию цели: на фоне бронетехники она выделяет бойца, приближающегося к мине. Такой боеприпас может отличить человека от животного и выбирать заранее заданную цель. А еще самоликвидироваться в установленное время. При этом разминировать такое устройство противник не может.

Профессионалы знают: для того чтобы выполнить боевую задачу, необязательно уничтожать противника. Достаточно нанести ему урон, который не позволит врагу сопротивляться новым ударам.

"То есть достаточно из группы 12 человек ранить двоих – это плохая ситуация. Но, по большинству, если в группе ранены несколько человек, группа уже недействительна ", – рассказал Филатов.

Подпишитесь и получайте новости первыми
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//jsn.24smi.net/smi.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//jsn.24smi.net/smi.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var init_adfox_151870620891737873_995983 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', extid: (function(){var a='',b='custom_id_user';if(!localStorage.getItem(b)){var c='ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZabcdefghijklmnopqrstuvwxyz0123456789';for(var i=0;i<47;i++){a+=c.charAt(Math.floor(Math.random()*c.length));}a=encodeURIComponent(a);localStorage.setItem(b,a);}else{a=localStorage.getItem(b);}return a;})(), extid_tag: 'rentv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes('adfox_151870620891737873_995983')) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": 'adfox_151870620891737873_995983', "bids": [ { "bidder": "adriver", "params": { "placementId": "30:rentv_970x250_mid" } }, { "bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836081" } }, { "bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" } }, { "bidder": "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09" } } ], "sizes": [ [970,250], [728,250], [728,90], [990,90], [990,250] ] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: 264443, containerId: 'adfox_151870620891737873_995983', params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_151870620891737873_995983(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_151870620891737873_995983(); }); }
(window.smiq = window.smiq || []).push({});
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window.msCounterExampleCom.hit(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })