window.yaContextCb = window.yaContextCb || []
Последние новости
window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: 264443, containerId: id, params: params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
16 мая 2022, 14:42

Как СССР создал ракетный истребитель БИ-1 в годы ВОВ

Следите за нашими новостями
в удобном формате
История БИ-1. Чем закончились испытания истребителя-перехватчика?
Фото: © commons.wikimedia.org

15 мая 1942 года, 80 лет назад, был совершен дебютный полет первого советского истребителя-перехватчика с жидкостно-реактивным двигателем (ЖРД) БИ-1. Ракетоплан развивал скорость, в несколько раз превышающую скорость поршневых самолетов. Для взлета и атаки ему требовались считанные секунды. Каким был первый ракетный самолет и чего удалось достигнуть его создателям – в материале РЕН ТВ.

Подготовка к конструированию БИ-1

Конструкторами ракетного самолета БИ стали инженеры Александр Березняк и Алексей Исаев, которые на тот момент были сотрудниками ОКБ В.Ф. Болховитинова. Березняк являлся начальником бригады механизмов, Исаев – двигателей. Именно они были инициаторами проекта по разработке истребителя нового типа – с ЖРД, скорость которого должна была достигать до 800 километров в час.

Народный комиссариат авиационной промышленности одобрил официальную заявку на проектирование перехватчика, правда с одним условием: опытный образец нужно было произвести за 35 дней, так как СССР стоял на пороге Великой Отечественной войны.

В 1940 году Березняк и Исаев обратились за помощью в Реактивный научно-исследовательский институт (РНИИ), где работал один из лучших в стране конструкторов, специалист по ракетным двигателям Леонид Душкин. Дело в том, что Душкин создал ЖРД под шифром Д-1-А-1100 с тягой до 1100 килограммов для реактивного истребителя. Разработчики БИ-1 убедили коллегу поучаствовать в их проекте и чуть-чуть переделать двигатель, чтобы он подходил под ракетоплан.

В конце лета 1941 года команда конструкторов-инженеров получила отдельное помещение и определилась с официальным названием для истребителя – БИ-1 (Березняк – Исаев – первый). Изначально самолет представлял собой простой одноместный деревянный планер.

Деревянный истребитель БИ-1

Конструкция перехватчика была цельнодеревянная. Его строили без детальных чертежей. Основные элементы были начерчены в реальную величину на фанере по плазово-шаблонной технологии. В производстве самолета конструкторам помогали столяры с ближайшей фабрики, которые обходились лишь пожеланиями разработчиков.  

Фото: © Самолет БИ-1. ТАСС/Юрий Смитюк

В кабине летчика установили переднюю бронеплиту, 5-миллиметровую бронеспинку и бронированные стекла. Лафет, на котором располагались две пушки калибра 20 миллиметров с боезапасом по 45 снарядов в верхней части фюзеляжа, был также деревянным.

ЖРД находился в хвосте фюзеляжа. Его расход составлял 6 килограммов топлива в секунду. Тракторный керосин и окислитель (азотная кислота) выступали в качестве топлива для самолета. Сначала общий запас горючего был рассчитан на работу двигателя в течение 2 минут. Расчетная взлетная масса самолета – 1650 килограммов, однако с пустыми баками его вес составлял всего 805 килограммов.

Первый полет БИ-1

В итоге БИ-1 строили чуть больше месяца. Он был готов к испытаниям уже в сентябре 1941 года. Сначала его проверяли в аэродинамической трубе, потом поднимали в небо на буксире бомбардировщика Пе-2. По итогам 15 полетов БИ-1 показал хорошие характеристики устойчивости и управляемости. Поэтому в мае 1942 года планер мог совершить уже самостоятельный полет.

Испытателем первого советского ракетоплана стал Григорий Бахчиванджи. 15 мая 1942 года на свердловском аэродроме Кольцово истребитель оторвался от земли, сделал пару кругов на высоте около 1 тысячи метров, а потом у него кончилось топливо. Летчик смог посадить самолет, но у перехватчика подломилась стойка шасси. За 80 секунд истребитель потребил 700 литров топлива. Полет длился 3 минуты 9 секунд.

БИ-2, БИ-3 и БИ-ВС

Из-за воздействия паров азотной кислоты, разрушения деревянного покрытия и некоторых других повреждений истребитель был непригоден для дальнейших испытаний. Поэтому были построены второй и третий опытные самолеты, которые отличались от БИ-1 лыжным шасси. Также было решено создать серию ракетопланов для войсковых испытаний, их назвали БИ-ВС.

Фото: © Кадр youtube.com

От первоначальной версии самолета БИ-ВС отличался тем, что у него было дополнительное вооружение: кроме двух пушек ШВАК калибром 20 миллиметров, под фюзеляжем перед кабиной пилота размещалась бомбовая кассета, которая была закрыта обтекателем. В ней находились мелкие бомбы массой до 2,5 килограмма каждая.

Недостатки и проблемы БИ-2

Второй полет, который прошел лишь 10 января 1943 года, был успешным, однако, чтобы вывести самолет в серию, нужно было решить ряд проблем, среди них – большой расход топлива, которое заканчивалось прямо во время полета, и сложности в пилотировании при посадке. Времени было очень мало, шла Великая Отечественная война, поэтому число полетов решили увеличить. С января по март совершили еще четыре летных испытания.

Максимальная скорость, развитая ракетопланом, составляла 675 километров в час на высоте 4 тысячи метров. Однако время работы двигателя также было катастрофически малым: силовая установка могла проработать максимум 87 секунд, время полета ограничивалось 6 минутами 22 секундами.

Кроме того, не удавалось достичь изначально заявленную скорость 800 километров в час, то есть ее требовалось увеличить как минимум на 100 километров. Второй испытатель Константин Груздев сделал вывод о самолете метким высказыванием: "И быстро, и страшно, и очень позади. Как черт на метле".

Трагическое испытание первого ракетоплана

Государственная комиссия СССР торопила конструкторов к завершению испытаний БИ, чтобы как можно скорее отправить первые модели в войска. Зимой-весной 1943 года ракетоплан, управляемый Григорием Бахчиванджи, совершил еще несколько полетов.

Его максимальная скорость составляла 700 километров в час, скороподъемность – 82 метра в секунду, продолжительность работы двигателя – 84 секунды, высота полета – 4 тысячи метров, длительность полета – до 7 минут. Это вполне устраивало членов Госкомиссии.

Фото: © Кадр youtube.com

Седьмой и роковой вылет БИ-3 произошел 27 марта 1943 года. Завершающий этап испытаний предусматривал набор скорости до 800 километров в час на высоте 2 тысячи метров, и Бахчиванджи добился этого результата.

На 78-й секунде полета двигатель отключился. Самолет вошел в пике вместо планирования и спустя мгновение разбился о землю. Григорий Бахчиванджи был удостоен звания Героя Советского Союза посмертно.

Причины крушения перехватчика БИ-3

Причиной крушения и гибели испытателя назвали потерю управления самолетом из-за высокой скорости полета. Некоторые ссылались на ошибки в проектировании ракетоплана, отмечая особенности обтекания прямого крыла и оперения на околозвуковых скоростях.      

После аварии все испытания по проекту БИ-1 были прекращены, а 30–40 самолетов БИ-ВС уничтожены. Инженеров-конструкторов отправили обратно в Москву. Планы о серийном производстве ракетоплана пришлось оставить.

Однако опыт, который был получен при разработке истребителя, позволил Березняку и Исаеву поучаствовать в создании других моделей реактивных самолетов, что дошли до серийного производства.

Подпишитесь и получайте новости первыми
СМИ2
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var init_adfox_151870620891737873_974685 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', extid: (function(){var a='',b='custom_id_user';if(!localStorage.getItem(b)){var c='ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZabcdefghijklmnopqrstuvwxyz0123456789';for(var i=0;i<47;i++){a+=c.charAt(Math.floor(Math.random()*c.length));}a=encodeURIComponent(a);localStorage.setItem(b,a);}else{a=localStorage.getItem(b);}return a;})(), extid_tag: 'rentv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes('adfox_151870620891737873_974685')) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": 'adfox_151870620891737873_974685', "bids": [ { "bidder": "adriver", "params": { "placementId": "30:rentv_970x250_mid" } }, { "bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836081" } }, { "bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" } }, { "bidder": "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09" } } ], "sizes": [ [970,250], [728,250], [728,90], [990,90], [990,250] ] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: 264443, containerId: 'adfox_151870620891737873_974685', params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_151870620891737873_974685(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_151870620891737873_974685(); }); }
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window.msCounterExampleCom.hit(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })