window.yaContextCb = window.yaContextCb || []

Последние
новости РЕН ТВ

var checkIsTestPage1 = false; window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: checkIsTestPage1 ? 241452 : 264443, containerId: id, params: checkIsTestPage1 ? { p1: 'ddomt', p2: 'fjgb' } : params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
10 сентября 2025, 18:45

Филиал ада на Земле: где дышат ядом и выкапывают родных из могил

Культуролог Мокрушева: Виттенум закрыт для посещения из-за асбеста в воздухе

07:18
Фото / Видео: © paul mayall/DPA/TASS / РЕН ТВ

В выжженной солнцем полупустыне Западной Австралии есть заброшенный город Виттенум.

На въезде таблички с предупреждением: опасная территория. Всему виной витающий в воздухе асбест.

А в каких еще местах нашей планеты можно своими глазами увидеть настоящий филиал ада на земле? Все подробно рассказали в программе "Как устроен мир" с Тимофеем Баженовым на РЕН ТВ.

В австралийском городе-призраке Виттенуме опасно дышать из-за ядовитой асбестовой пыли

В нашей стране добывают хризотиловый асбест. Он не представляет опасности для здоровья.

Чего не скажешь о крокидолите – синем асбесте, который добывали в Виттенуме.

Тончайшие волокна этого минерала попадают в дыхательные пути и вызывают смертельное поражение легких.

За 15 лет в австралийском городе от воздействия асбеста скончалось 6 000 человек.
В австралийском городе-призраке Виттенуме опасно дышать из-за ядовитой асбестовой пыли. Фото: © paul mayall/DPA/TASS
Фото: © paul mayall/DPA/TASS

"Власти приняли решение в 1966 году этот город закрыть и выселить жителей. Там до сих пор стоят магазины с товарами, брошенные велосипеды, автомобили. Там нельзя не только жить – туда нельзя даже приезжать", – рассказала культуролог, преподаватель "ЦКИ "Меридиан" Екатерина Мокрушева.

Правительства многих западных стран, узнав об опасности синего асбеста, пытались скрыть этот факт. Люди десятилетиями жили в отравленных городах.

А кое-где продолжают жить до сих пор.

Толкиен сильно приукрасил быт Англии времен промышленной революции

Британский писатель Руэл Толкиен задумал обитель хоббитов – Хоббитон как старую добрую Англию.

В его представлении англичане должны были жить вот в таких уютных домиках-норках. Пить там вкусные напитки, есть вкусные пироги.

Но на самом деле добрая старая Англия выглядит совершенно иначе. В одном из городов Англии был цементный завод. Да не просто цементный, а там делали асбест.

Этот асбестовый завод выбрасывал в атмосферу такое количество асбестовой пыли, что она как снег укрывала город даже летом.

Дети из этой асбестовой пыли лепили снежки и кидались друг в друга. Пыль въедалась в стены домов, в крыши, в землю. Люди болели и умирали.

Толкиен сильно приукрасил быт Англии времен промышленной революции. Фото: © Кадр из программы "Как устроен мир", РЕН ТВ
Фото: © Кадр из программы "Как устроен мир", РЕН ТВ
Предприятие перестало работать в середине XX века. А закрылось окончательно только шесть лет назад.

Естественно, предприятие признали банкротом, никто никаких денег не получил, а люди до сих пор живут в этом добром английском городке и до сих пор болеют. Но только работать им теперь негде.

Жители Пакистана рискуют жизнью в попытках добыть газ для бытовых нужд

Еще один незаметный убийца – это газ. Он не имеет ни цвета, ни запаха. На самом деле мы ощущаем запах примесей.

Например, вещества этилмеркаптан. Его аромат похож на тухлые яйца или сгнившую капусту. Его добавляют в газовую смесь, чтобы проще было выявить утечку.

Многие жители Пакистана не могут позволить себе проложить к дому газопровод. Но на чем тогда готовить пищу?

Предприимчивые люди нашли выход из ситуации – они заполняют газом огромные полиэтиленовые пакеты. Пакистанцу достаточно подъехать с пакетом к специально отведенному шлангу и открыть вентиль.

Жители Пакистана рискуют жизнью в попытках добыть газ для бытовых нужд. Фото: © Кадр из программы "Как устроен мир", РЕН ТВ
Фото: © Кадр из программы "Как устроен мир", РЕН ТВ
В пятиметровом полиэтиленовом пузыре помещается до десяти литров газа. Этого семье хватает на одну неделю.

Главное – транспортировать пакет с максимальной осторожностью. Любое его повреждение или неумелое подсоединение к плите может привести к утечке или взрыву.

"Насколько это опасно? Пока мы не проткнули этот самый газ, и не зажгли рядом спичку – ничего страшного. Но если проткнули, то спичку не зажигаем, значит, ждем, пока все это выветрится. Но если проткнем этот баллон, и рядом будет открытое пламя, то есть два варианта. Если нам повезет, пламя просто задует струю этого метана. Но если вокруг пламени образуется смесь метана с воздухом, в том соотношении, в котором они горят, то вся эта смесь полыхнет", – пояснил кандидат химических наук, преподаватель химии в школе Жилин Денис.

В каждой стране мира, подобно Пакистану, есть свои причудливые житейские обычаи.

На фестивале Манене индонезийцы выкапывают родных из могил ради селфи

На одном из индонезийских островов раз в несколько лет проходит фестиваль Манене. Его можно спутать со съемками фильма про зомби.

Дело в том, что представители местного народа достают из могил своих родственников, наряжают их в новую одежду и делают фото на память.

Для русского человека это выглядит, как глумление. Но у аборигенов к смерти особое отношение.

Тело покойника мумифицируют. Во время фестиваля достают и чинят гроб почившего родственника.

На фестивале Манене индонезийцы выкапывают родных из могил ради селфи. Фото: © Кадр из программы "Как устроен мир", РЕН ТВ
Фото: © Кадр из программы "Как устроен мир", РЕН ТВ
Вся суть этого ритуала в том, чтобы показать: смерть – это еще не конец, поэтому нужно заботиться об усопшем.

"Само слово "манене" в переводе с языка тораджи означает "церемония очистки трупов". Нужно понимать, что для местных племен похороны и переход в иной мир – это главнейшее событие в жизни. Это событие, которое для всей семьи в отношении каждого следующего родственника является ключевым и наиважнейшим", – рассказала специалист по межкультурной коммуникации и переговорам Мария Суворова.

В Индии практикуется сомнительный ритуал с пожеланием младенцу удачи

Индия – страна с многовековой историей и культурой. Впрочем, некоторые индийские традиции могут вызвать у неподготовленного человека изумление.

В некоторых регионах до сих пор практикуют странный ритуал – бросание младенцев с высоты*.

В Индии практикуется сомнительный ритуал с пожеланием младенцу удачи. Фото: © Sebastian Gollnow/dpa/picture-alliance/TASS
Фото: © Sebastian Gollnow/dpa/picture-alliance/TASS
Старейшина общины или священник поднимается на крышу храма и кидает ребенка вниз. Младенца ловят на растянутую ткань. Считается, что все это приносит ребенку здоровье и удачу.

Китайские бурлаки несколько веков тащили лодки раздетыми

Необычная национальная традиция Китая – это катание по реке на лодке, которую тянут бурлаки. Выдержать темп им помогают народные песни.

Интересная особенность китайских бурлаков в том, что на протяжении веков они работали раздетыми.
На горе есть небольшая тропа – 130 метров узкого деревянного настила на высоте в два километра.

Много столетий назад даосские монахи пользовались этим маршрутом, чтобы попасть к удаленным местам для медитации. Теперь же это опасный туристический аттракцион под названием "тропа смерти".

Ширина тропы в некоторых местах не превышает 30 сантиметров. Туристам приходится спускаться и подниматься по вбитым в расщелины перекладинам.

* – Не повторять! Опасно для жизни!

Подпишитесь и получайте новости первыми
СМИ2
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var checkIsTestPage = false; var isTest = checkIsTestPage; var init_adfox_under_article_desktop_1358626 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = isTest ? { p1: 'ddomg', p2: 'ffnu' } : { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] var elementId = isTest ? 'adfox_172319719459163455_1358626' : 'adfox_151870620891737873_1358626' if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(elementId)) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": elementId, "bids": [ {"bidder": "adriver", "params": {"placementId": "30:rentv_970x250_mid"}}, {"bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226"}}, {"bidder": "sape", "params": {"placementId": "836081"}}, {"bidder": "hybrid", "params": {"placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09"}}, {"bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" }} ], "sizes": [[970,250],[728,250],[728,90],[990,90],[990,250]] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: checkIsTestPage ? 241452 : 264443, containerId: elementId, params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_under_article_desktop_1358626(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_under_article_desktop_1358626(); }); }
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window?.msCounterExampleCom?.hit?.(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })