Военные преступления: чем занимались ВСУ в Курской области

В международном праве есть такое понятие, как геноцид. Это действия, направленные на полное или частичное уничтожение национальной, этнической, расовой или религиозной группы как таковой. В массовом восприятии геноцид воспринимается прежде всего как физическое истребление. Однако в документах ООН очень четко прописано, что под понятие геноцида подпадает, например, намеренное причинение серьезного физического и психического вреда, создание невыносимых условий для жизни. И с этой точки зрения действия ВСУ в Курской области вполне можно квалифицировать именно как геноцид. Репортаж военкора "Известий" Наталии Графчиковой.

Военные спасли пенсионерку из поселка Заолешеньки

Курское приграничье. Километры выжженной земли. Разрушенные поселки. Обугленные поля.

"26 километров до Суджи. Едем по трассе. Видим, что разминирование обочин здесь сейчас происходит", – рассказывает Графчикова.

И находится здесь все еще опасно. В таких условиях продолжается эвакуация мирных граждан.

Римму Миргородову близкие считали погибшей. Наши военнослужащие вывезли пенсионерку из поселка Заолешеньки. Его освободили совсем недавно.

Все это время в чудо не переставала верить сестра бабушки.

Женщине помогают перебраться в автомобиль, который отвезет к родным.

Галина – старшая сестра Риммы – пережила оккупацию в Судже. Вспоминает, как однажды украинские боевики пришли в ее дом.

"Вы знаете… Тогда мы и не знали, что еще убивают эти люди", – рассказывает Галина Грищенко.

"Сейчас заходим в спортзал. Тут расположился пункт временного размещения для тех, кого эвакуировали из опасных поселков", – сообщила корреспондент.

Мальчик Сережа вел видеодневник в оккупации

Светлану из Казачьей Локни привезли в пункт временного размещения. Те страшные дни под гнетом украинских военных ей вспоминать тяжело.

"Когда он шел, военный его остановил: "Куда идешь?" "В магазин". "Возвращайся, иначе будешь третьим". Эти двое уже расстрелянные были. Один сразу в голову, погиб. Один еще мучался, они его в живот. Люди просто шли за продуктами", – вспоминает Светлана.

Страшные кадры 10-летний Сережа Щеглов снял в Казачьей Локне. Семь месяцев он провел в оккупации вместе с папой и мамой.

Видеодневник, который мальчишка вел все эти дни, он показывает впервые.

"Мы жили в квартире, переехали в дом. Подняло крышу, выбило окно. Потом перешли в чужой дом, а там была печка и потом начали бомбить", – рассказал мальчик.

Родители старались, чтобы Сережа не видел тела расстрелянных односельчан.

– Сколько дней вы подвале просидели? - поинтересовалась Графчикова.

– Дня четыре точно. Слышу танк проехал, у мамы голова заболела. А папа говорит: "Русские зашли, не бойся".

А еще на его кадрах спрятанные в гаражах мирных жителей американские Humvee. Большинство из них остались в Казачьей Локне после панического бегства оккупантов.

Теперь эти материалы изучают следователи, которые детально фиксируют преступления киевского режима против мирных жителей. А мальчик передает привет российским военным, освободившим его родной поселок.