window.yaContextCb = window.yaContextCb || []
Последние новости
window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: 264443, containerId: id, params: params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
16 мая 2024, 14:42

"Мы не успели зайти домой": петербурженка умерла после пластики

Жительница Петербурга поехала домой после пластики и умерла
Следите за нашими новостями
в удобном формате
Хирурги во время операции
Фото: © Скриншот видео

Петербурженка в погоне за красотой и молодостью решилась на пластическую операцию, но скоропостижно скончалась через несколько часов.

Родственники и эксперты уверены – всему виной халатность и невнимательность хирурга. Но врач реагирует на обвинения с циничным спокойствием, словно знает, что ответственности за свои ошибки не понесет. В обстоятельствах трагедии разбиралась наш корреспондент Анастасия Репикова. Рассказываем в материале РЕН ТВ.

Петербурженка умерла после пластической операции

Как пациентка умерла после пластики

Стало плохо по дороге домой

Перебирая бумаги, выданные в клинике, Сурае пытается понять, что же произошло с ее сестрой. Та скончалась четыр месяца назад, но все обстоятельства сестра помнит как вчера.

В начале января 49-летняя Нигора отправилась к хирургу. Ей сделали подтяжку лица, пластику век и установили имплант в подбородок. Выписали уже на следующий день. По дороге домой пациентке резко стало плохо.

"Мы не успели зайти домой – она упала. Я начала звонить врачу,кричать в истерике, он говорит: "Не кричите на меня". Я бросила телефон и начала звонить в скорую, – рассказала Сурае. – Скорая приехала, и минут 30 стали ее реанимировать, но, к сожалению, смерть была быстрая".

Фото: © Скриншот видео

Причина смерти

В свидетельстве о смерти указано – причиной гибели стала острая респираторная недостаточность. Как следствие – анафилактический шок. Специалисты считают, что вызвать аллергическую реакцию мог, в том числе, наркоз.

До операции пациентка сдала все необходимые анализы и провела консультацию с анестезиологом. Противопоказаний он не обнаружил. Но судмедэксперт, к которому мы обратились, уверена – перепутать диагноз ни с чем нельзя.

"У пациентки в день операции произошел контакт с аллергеном. Когда происходит второй контакт с аллергеном, эти антитела активизируются, и они могут дать сильнейшую реакцию. У нее аллергическая реакция развивалась в течение суток. Другое дело – непонятно, почему на это не обратили внимание", – сообщила судмедэксперт Юлия Сиверцова.

За ответом на этот вопрос журналисты РЕН ТВ обратились к пластическому хирургу, который и проводил операцию. Погибшую клиентку он помнит. Но ответственность за последствия нести не собирается.

Фото: © Скриншот видео

"Пациентка ушла от меня своими ножками по собственному желанию, подписав все бумаги. Я не знаю, что могло случиться. Мне очень жаль, что так произошло, но я повлиять на это не мог никак. Я работал с поверхностными тканями лица", – заявил он.

Не исключено, что это могла быть индивидуальная реакция организма, о которой никто никогда не подозревал, считают эксперты.

"Симптомы анафилактического шока можно распознать прямо в сию секунду в медучреждении и оказать необходимую помощь", – прокомментировала пластический хирург Юлия Юнусова.

Фото: © Скриншот видео

Чем может закончиться эта история

Сурае написала заявление в полицию. Следствие уже идет. Но состав преступления в этой истории вряд ли обнаружат, считают юристы. Уголовной ответственности доктору, скорее всего, удастся избежать.

"Это статистика. Цифры, которые есть по нашей стране – на каждом 1000-м приеме может случиться анафилактический шок – исходя из той кратности, с который встречается эта патология. То есть, это достаточно часто", – уверяет медицинский юрист Алена Барсова.

Однако остается гражданская ответственность. К ней можно привлечь уже саму клинику, если будет доказана вина медперсонала. Только тогда Сурае может добиться возмещения морального вреда. Но какой бы ни была сумма, сестру она уже не вернет.

Подпишитесь и получайте новости первыми
СМИ2
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var init_adfox_151870620891737873_1220542 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', extid: (function(){var a='',b='custom_id_user';if(!localStorage.getItem(b)){var c='ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZabcdefghijklmnopqrstuvwxyz0123456789';for(var i=0;i<47;i++){a+=c.charAt(Math.floor(Math.random()*c.length));}a=encodeURIComponent(a);localStorage.setItem(b,a);}else{a=localStorage.getItem(b);}return a;})(), extid_tag: 'rentv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes('adfox_151870620891737873_1220542')) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": 'adfox_151870620891737873_1220542', "bids": [ { "bidder": "adriver", "params": { "placementId": "30:rentv_970x250_mid" } }, { "bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836081" } }, { "bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" } }, { "bidder": "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09" } } ], "sizes": [ [970,250], [728,250], [728,90], [990,90], [990,250] ] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: 264443, containerId: 'adfox_151870620891737873_1220542', params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_151870620891737873_1220542(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_151870620891737873_1220542(); }); }
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window.msCounterExampleCom.hit(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })