window.yaContextCb = window.yaContextCb || []
Последние новости
window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: 264443, containerId: id, params: params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
14 февраля 2024, 13:44

Стеснялась своего роста, еле выжила в ДТП: повороты судьбы Анны Герман

14 февраля исполнилось 88 лет со дня рождения певицы Анны Герман
Следите за нашими новостями
в удобном формате
Певица Анна Герман на сцене
Фото: © РИА Новости/Рыбаков

Ангельский, божественный, волшебный – как только не называли красивый, глубокий голос Анны Герман. Ее любили и любят до сих пор, несмотря на то, что она ушла из жизни очень рано.

Легендарная певица родилась 14 февраля 1936 года. Судьба уготовила ей не только успех, славу и любовь миллионов поклонников, но и чудовищные испытания, справиться с которыми смог бы не каждый.

О жизни, творчестве и трагической судьбе самой лиричной певицы советской эстрады – в материале РЕН ТВ.

Детство Анны Герман

Анна Герман родилась 14 февраля 1936 года в Узбекистане, в городе Ургенч. Ее мать, Ирма Мартенс, происходила из семьи голландских меннонитов – радикальной религиозной группы, представители которой в конце XVIII века перебрались в Россию. Отец, Ойген Хёррман (Евгений Герман), был из семьи немецких переселенцев. Он работал бухгалтером в одной из нефтяных фирм.

"Высокий, привлекательный, с серо-голубыми глазами и темными кудрявыми волосами. Когда-то был дирижером хора. Отлично говорил на немецком, голландском и русском. Читал множество книг, знал наизусть бесчисленное количество стихов, пел, играл на гитаре и скрипке", – писала о нем Ирма.

Фото: © РИА Новости/Владимир Первенцев

В 1937 году по ложному доносу его обвинили в шпионаже и расстреляли. Ирма Мартенс с детьми – Анной и ее младшим братом Фридрихом – переехала в киргизский поселок Орловка, а затем в город Джамбул в Казахстане. В 1939 году Фридрих умер от скарлатины. Это было очень тяжелое время. Мать Анны писала о нем в своем дневнике:

"Единственная еда, которую я получала – кусок ржаного хлеба. Не было работы, не было еды, жили мы в землянке, ютясь вшестером с чужими людьми. Потом мы переселились в Орловку в Киргизии. Там за работу в колхозе я получала отруби, мама пекла из них лепешки. У нас не было дров, чтобы обогреть дом, было очень холодно. Что я могла сделать в таких условиях? Я решилась на кражу! Первый раз в жизни. Я украла колхозную солому. Это было очень рискованно – идти ночью в поля, но мне не оставалось ничего другого. Я шла, несмотря на жуткий страх. Та ночь была прекрасна: месяц светил на ясном лазурном небе, пучки соломы блестели, словно золото и серебро. Каждую минуту я прислушивалась… Не дай бог попасть в руки милиции или колхозного сторожа! Меня бы расстреляли! Я набрала большую охапку соломы, связала и понесла на плечах".

В 1942 году Ирма снова вышла замуж, вскоре ее муж вступил в 1-ю польскую пехотную дивизию имени Тадеуша Костюшко и в октябре 1943 года погиб. В своей книге "Вернись в Сорренто?" Анна потом напишет:

"Выпавшая нам судьба не была слишком милостива. В ней отразилось все то, из чего складывалась жизнь сотен тысяч людей в годы последней войны, вкупе с голодом, изгнанием, подчас гибелью целых семей".

Фото: © Фотохроника ТАСС/С. Герасимова

Семьи воинов польской дивизии имели право на репатриацию в Польшу. Ирма Мартенс даже не говорила по-польски, но решилась на переезд. В 1946 году, взяв десятилетнюю дочь и пожилую мать, она уехала во Вроцлав.

Школьные годы Анны Герман

На новом месте Ирма начала преподавать иностранные языки, а Анна пошла в лицей. Училась она хорошо, помимо немецкого и польского, со временем выучила еще английский и итальянский языки, а по-русски всю жизнь говорила без малейшего акцента.

В школьные годы Анна сильно комплексовала: она быстро обогнала сверстников в росте, была нескладной и угловатой, к тому же страдала косоглазием и долго не могла определиться с будущей профессией.

"Кем быть? Вопрос для настоящей каланчи, какой я стала уже в школе, непраздный. О сцене и не мечталось, я не желала, как многие девочки, стать кинозвездой, прекрасно понимая, что той, которая на голову выше не только одноклассниц, но и одноклассников, сцены или съемочной площадки кино не видать. С этим следовало мириться, тем более мой правый глаз долго косил. Сколько я в школе вытерпела насмешек! Беззлобных, но таких жестоких. Косящая, высоченная, по-детски нескладная, одни углы… Какая уж тут привлекательность", – писала Анна в своей книге "Анна Герман. Жизнь, рассказанная ею самой".

Фото: © commons.wikimedia.org

Однако со временем комплексы были благополучно преодолены, на насмешки одноклассников Анна перестала реагировать, косоглазие прошло, и к окончанию лицея незаметно для себя Анна стала статной высокой красавицей.

Как Анна Герман из геолога стала певицей

С профессией тоже вроде бы определилась: девушка всегда много и охотно рисовала, хотя специально этому не училась, поэтому решила поступать во Вроцлавскую высшую школу изящных искусств на отделение живописи.

"Конечно, это было нахальством, рисуя не просто дилетантски, но и вовсе без образования, не обладая даже зачатками техники, я решила, что смогу стать художником",признавалась потом артистка.

По совету мамы Анна все же остановилась на более надежной, "земной", профессии, которая позволяла зарабатывать на жизнь, и вслед за подружкой поступила на факультет геологии местного университета. Не последнюю роль, по собственному признанию Анны, сыграла перспектива пения песен у костра в далеких геологических экспедициях.

"Я сдала экзамен на геологию, меня приняли, через шесть лет я закончила учебу, стала пани магистр геологии, но одновременно – на последнем курсе – узнала, что такое мандраж, что такое нервы перед выходом на встречу с аудиторией. И, о чудо, полюбила это!" – вспоминала она.

Фото: © commons.wikimedia.org

В университете Анна впервые выступила на сцене – спела на студенческом вечере: "страшно смущаясь, пропищала что-то, с трудом справляясь с волнением". После концерта к ней подошел Ежи Литвинец, руководитель студенческого театра "Каламбур", и предложил участвовать в спектаклях.

Вместе с коллективом она ездила по стране, репетировала по ночам. Но вскоре ради учебы театр оставила: он отнимал слишком много времени. Однако музыку Анна не бросила – та самая подружка и однокурсница Янина Вильк уговорила ее пройти прослушивание во Вроцлавской филармонии.

"Пела я всегда охотно, когда бы и кто бы того ни пожелал: и на школьных, а позднее и на студенческих торжествах, и дома для гостей… Но я никогда не думала, что пение станет моей профессией. Я пела исключительно для собственного удовольствия, мне даже в голову не приходило, что к этому можно относиться как-то иначе", – писала Анна в книге "Вернись в Сорренто?".

Выступление начинающей артистки понравилось, и ее песни включили в концертную программу Вроцлавской филармонии. Вот как об этом прослушивании вспоминала Ханка Белицка, польская актриса и певица:

"В кабинет зашла красивая высокая девушка. Она робела, но мы попросили ее не волноваться, подойти поближе. Наша комиссия отбирала артистов для Вроцлавской филармонии, Анна была последней в списке кандидатов в тот день. Она встала посередине кабинета и, явно поборов волнение, запела. Спела одну песню, потом вторую – да как! Тонко, изысканно, с чувством! Мы, честно говорю, заслушались, и она продолжила петь – пока, наверное, не исчерпала заготовленный репертуар. Наконец, встал глава комиссии, Казимир Рудзкий, подошел к Анне, учтиво поцеловав руку, попросил у нее прощения от всех нас: "Так редко выпадает случай послушать прекрасный концерт – да еще и бесплатно..." Анну приняли в штат, с того времени она и стала профессиональной артисткой".

Фото: © РИА Новости/Борис Ушмайкин

Но развитию карьеры мешало отсутствие у Анны музыкального образования. В этом случае она должна была сдать квалификационный экзамен Министерства культуры и получить допуск к работе на эстраде. В 1961 году Анна его провалила, а через год справилась блестяще. Члены квалификационной комиссии вынесли вердикт:

"Геология немного потеряла, а вот песня, может быть, нечто приобрела".

Начало карьеры Анны Герман

Карьера молодой певицы складывалась блестяще – в ее программах звучали и лиричные композиции о любви, и старинные романсы, и шуточные песни в народном стиле. Среди других исполнителей Анну особенно выделял ее хрустальный голос – высокое чистое сопрано, а также строгая манера исполнения, скупая мимика и сдержанность жестов.

Первым успехом Анны Герман стала премия на международном фестивале песни в Сопоте в 1963 году, которую она получила за исполнение песни "Так мне с этим плохо". Через год она покорила слушателей композицией "Танцующие Эвридики": "неземная мелодия и неземной голос" – говорили поклонники. Эта песня была отмечена премией Национального фестиваля польской песни в Ополе. А в 1965-м Анна получила премию этого фестиваля за песню "Цветущая роза".

Ее первые гастроли в Советском Союзе состоялись в 1964-м, а через год фирма "Мелодия" выпустила пластинку с ее песнями на двух языках – польском и итальянском. Это была самая первая запись певицы, однако вскоре ею заинтересовалась и другая звукозаписывающая фирма – итальянская CDI. В конце 1966-го Герман уехала в Италию. Там она выступила на музыкальных фестивалях в Сан-Ремо и Сорренто, снялась в нескольких телепрограммах, давала многочисленные интервью. В книге "Анна Герман. Жизнь, рассказанная ею самой" певица писала:

"Долгое время в Милане я не пела, а лишь позировала, фотографировалась и давала бесчисленные интервью. Даже шутила, что если бы не участие в конкурсе в Сан-Ремо, вообще бы забыла, что такое ноты. … Мне все равно, велики ли залы, проводит ли съемки телевидение, много ли репортеров, я хотела петь и пела, причем перед особой публикой – неаполитанцами, например, теми, кто вместо первого крика берет несколько нот, а первое слово "мама" произносит напевая. Итальянцы принимали меня прекрасно".

Фото: © Фотохроника ТАСС/Александра Конькова

"А потом наступила темнота": страшная авария, перевернувшая жизнь Анны Герман

Все прервалось внезапно и трагически – августовской ночью 1967 года Ренато, водитель автомобиля Fiat, в котором певица ехала в Милан, уснул за рулем.

Певица вспоминала: "Последнее, что я почувствовала, – машину подбросило. Мелькнула мысль, что мы в темноте на что-то наскочили, что Ренато кого-то задавил. А потом меня охватил панический ужас оттого, что мы можем заживо сгореть в машине. А потом наступила темнота…"

Автомобиль врезался в бетонное ограждение, Анну выбросило через лобовое стекло в заросли, где ее не сразу нашли. Приехавшая к утру скорая сначала забрала только Ренато – он находился в машине и отделался переломом ноги и запястья.

Положение Анны было гораздо хуже: у нее было зафиксировано 49 переломов, в том числе позвоночника, сильнейшее сотрясение мозга и многочисленные ушибы внутренних органов. Она не приходила в сознание 12 дней. Потом год провела лежа, половину этого срока – закованной в гипс от шеи до пальцев ног. Позже она назовет гипс "фирменным итальянским нарядом".

Личная жизнь Анны Герман

С этим тяжелым моментом в жизни Анне помог справиться Збигнев Тухольский. Они жили гражданским браком много лет, он ездил с ней на концерты, утешал в тяжелые минуты и даже просил ее руки, но Анна взяла время на размышления. Из больницы Анна уехала в его варшавскую квартиру, маленькую и неудобную для человека с ее травмами – передвигаться по ней было очень сложно.

Фото: © Родственники Анны Герман (на снимке слева направо): муж Збигнев Тухольский, мать Ирма Мартынс и сын Збигнев-Иварр Тухольский. ИТАР-ТАСС/Григория Сысоева

"Ночью, когда соседи уже спали, а улицы были пустыми, Збышек заносил Аню в лифт, внизу помогал ей сесть в машину, и они ехали на берег Вислы. Там Аня медленно, с помощью Збышка, делала первые шаги. Так продолжалось до рассвета. И так изо дня в день – неделями", – вспоминал режиссер Ян Класковский.

Как вспоминал Збигнев Тухольский, Анну буквально "собрали по кусочкам": поврежденные кости скрепили металлическими штырями. Ей пришлось заново учиться ходить, владеть руками и ногами. Каждое движение мышц, отвыкших от нагрузки, давалось ей с огромным трудом. И все это время рядом с Анной был Збигнев.

Они познакомились во Вроцлаве в 1960 году, куда выпускник кафедры металловедения Политехнического института приехал в командировку. Закончив дела, Тухольский уже собирался домой в Варшаву, но до поезда оставалось несколько часов. Он решил провести их на местном пляже, и попросил красивую блондинку присмотреть за своим чемоданом. Девушка не отказала приятному (и что немаловажно для Анны – высокому) мужчине. Постепенно завязался разговор, а затем и отношения.

Они поженились в 1972-м, церемония на польском горнолыжном курорте Закопане была очень скромной. Через три года Анна забеременела, и, несмотря на категорические возражения врачей, в ноябре 1975 года родила сына, которого назвали так же, как отца – Збигневом.

Актер Яцек Хильхен вспоминал:

"У них со Збышком была прекрасная семья, живущая искусством. В их доме не было пресловутого "творческого беспорядка", хотя могли бы позволить себе расслабиться. Но Анна не любила беспорядок и хаос".

Фото: © Фотохроника ТАСС/Атаев К.

Тухольский-младший рос очень похожим на отца, от него же он унаследовал тягу к технике и механизмам. Окончив исторический факультет, сын Анны Герман успешно защитил диссертацию, и в 2009 году начал преподавать в институте. Через некоторое время он возглавил Польское общество любителей узкоколейных железных дорог.

Сейчас, как выяснили журналисты, Збигнев Тухольский-младший работает оценщиком в Министерстве культуры Польши. Он устраивает конференции и выставки, посвященные его главной страсти – железнодорожному транспорту, пишет на эту тему статьи и книги.

Также мужчина известен тем, что является одним из самых высоких людей в Польше. Как пишут биографы, рост Анны Герман составлял 184 сантиметра. А рост ее сына Збигнева Тухольского-младшего, по информации польских СМИ, – 218 сантиметров.

Самые известные песни в исполнении Анны Герман

После аварии и тяжелой реабилитации Анна Герман вернулась на эстраду в 1970 году. Первый ее концерт прошел в Варшавском дворце науки и культуры. Когда Анна вышла на сцену, зрители аплодировали ей более 20 минут. В том же году она записала песню "Человеческая судьба". Это был первый опыт композиторской работы Анны Герман – за нее ей вручили "Золотой диск".

Год спустя Александра Пахмутова и Николай Добронравов написали песню "Надежда". Сначала ее исполнила Эдита Пьеха, а затем она зазвучала чистым, хрустальным голосом Анны Герман.

В сентябре 1972 года певица проехала по всему Советскому Союзу с гастрольным туром "Анна Герман представляет". А спустя три года вновь вернулась выступать перед любимой публикой. Тогда она впервые исполнила песню Владимира Шаинского "А он мне нравится". Фирма "Мелодия" выпустила еще одну пластинку Анны Герман – уже с песнями на русском языке: "Письмо Шопену", "Из-за острова на стрежень", "И меня пожалей", "Гори, гори, моя звезда".

Фото: © РИА Новости/Рудольф Алфимов

Шаинский вообще много писал для Анны. В том числе одну из самых трогательных ее песен – "Когда цвели сады".

"У Ани было удивительное качество: она не старалась покорить публику, не пыталась понравиться, она просто выходила и пела.

"Один раз в год сады цветут" долго никто не брал. "Ну что за текст? Пошлятина" – только и слышал я от певцов. В исполнении Ани "Сады..." не сразу утвердили и на финал "Песни-77", никто не знал, как зритель воспримет новую вещь. И вот Аня спела ее – так публика в студии просто зашлась, прося "бисов"! А это же телесъемки, какие бисы, все до минут рассчитано! Но для Анны сделали исключение – и опять под овации", – вспоминал композитор.

В том же 1977 году Анна Герман исполнила песню "Эхо любви", которая стала одной из любимых ее композиций. Ее написали Евгений Птичкин и Роберт Рождественский. Вот как о работе над ней рассказывала вдова композитора, Раиса Птичкина:

"Когда муж работал над музыкой к фильму "Судьба", они с режиссером Матвеевым решили, что главную песню в фильме должна петь только Анна, нужен был только ее ангельский голос. Клавир "Эха любви" отправили с письмом Матвеева в Польшу. Анна согласилась. И вот мы в студии. Слышу, Аня говорит дирижеру оркестра Владимиру Васильеву: "Давайте попробуем без репетиции, сразу". А это было рискованно! Но вот тишина, вступление, Анна запела: "Покроется небо пылинками звезд..." Что тогда случилось – никто так и не понял. Мы все: работники студии, музыканты оркестра, люди, привыкшие к работе с самыми разными исполнителями, – вдруг заплакали. Матвеев кричит из аппаратной "Продолжайте!", но музыканты сбились. Так пела Аня! Когда она вышла из студии, то спросила, будут ли еще дубли. Матвеев бросился к ней: "Не надо, какие дубли! Это же гениально!" Все были ошеломлены, и именно в этом варианте "Эхо любви" зазвучала в фильме, на радио, и издавалась на дисках".

Болезнь и смерть Анны Герман

После возвращения на эстраду и рождения долгожданного сына в жизни Анны Герман, казалось, наступит идиллия. Но судьба не щадила эту сильную, но такую ранимую женщину.

Фото: © ИТАР-ТАСС/Григория Сысоева

В 1980 году во время выступления в "Лужниках" у Анны Герман прямо на сцене произошло обострение тромбофлебита. Допев песню, из-за дикой боли в ногах она не могла сдвинуться с места. После концерта певицу отвезли в больницу. В том же году ей диагностировали саркому – рак костей. Певица перенесла несколько операций, но не переставала выступать. Чтобы скрыть слезы от боли, иногда она выходила на сцену в темных очках. 

Анна Герман скончалась в ночь на 26 августа 1982 года в военном госпитале в Варшаве – ровно через 15 лет после катастрофы в Италии. Ей было 46 лет. Артистку похоронили на Кальвинистском (евангелическо-реформатском) кладбище Варшавы.

Ее муж Збигнев оказался однолюбом – после смерти Анны он больше не женился, воспитывал сына и ухаживал за пожилыми родителями.

Волшебный, проникновенный голос певицы до сих пор никого не оставляет равнодушным. Она опасалась забвения, но очевидно, что оно ей не грозит – ее исполнение по-прежнему завораживает и заставляет обращаться к ее творчеству снова и снова. Незадолго до смерти Анна Герман написала:

Если через десять лет кто-нибудь вспомнит хотя бы одну из моих песен, значит, я пела не зря. А уж если через два десятка лет у кого-то дрогнет сердце при звуках "Эха любви" или возникнет желание подпеть "Надежде", а может, кто-нибудь споет "Колыбельную" или еще какую-то из песен, если не забудут "Танцующих Эвридик", я буду аплодировать со своей маленькой звездочки там, на небесах. Анна Герман

Цитаты Анны Герман:

  • "Мы, женщины, крайне редко решаемся на что-нибудь исключительно ради самого дела. Чаще всего за внешним фасадом наших поступков кроется мужчина. Из любви к нему мы совершаем чудеса ловкости, дипломатии, отваги и самоотверженности".
  • "В жизни, увы, все совершается без репетиций".
  • "Я никогда не смогла бы повиснуть на чьей-либо шее. Мешает рост".
  • Я выхожу с огромным уважением к людям. Я люблю их... Вот отсюда все и происходит!"
  • "Говорят, что когда человек любит, он безгранично счастлив… Но если даже он любит без взаимности, он все равно счастлив. Грусть там, терзания души, ревность там, слезы – это все мимо. Он просто благороден становится, добр ко всем, так вовнутрь чище как-то".
Подпишитесь и получайте новости первыми
СМИ2
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var init_adfox_151870620891737873_1190227 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', extid: (function(){var a='',b='custom_id_user';if(!localStorage.getItem(b)){var c='ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZabcdefghijklmnopqrstuvwxyz0123456789';for(var i=0;i<47;i++){a+=c.charAt(Math.floor(Math.random()*c.length));}a=encodeURIComponent(a);localStorage.setItem(b,a);}else{a=localStorage.getItem(b);}return a;})(), extid_tag: 'rentv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes('adfox_151870620891737873_1190227')) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": 'adfox_151870620891737873_1190227', "bids": [ { "bidder": "adriver", "params": { "placementId": "30:rentv_970x250_mid" } }, { "bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836081" } }, { "bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" } }, { "bidder": "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09" } } ], "sizes": [ [970,250], [728,250], [728,90], [990,90], [990,250] ] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: 264443, containerId: 'adfox_151870620891737873_1190227', params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_151870620891737873_1190227(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_151870620891737873_1190227(); }); }
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window.msCounterExampleCom.hit(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })