window.yaContextCb = window.yaContextCb || []
Последние новости
window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: 264443, containerId: id, params: params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
22 сентября 2023, 17:17

Треш-стримеры: зачем им чужая смерть в прямом эфире

Психолог Кудряшов рассказал, почему треш-стримеры творят зверства на камеру
Следите за нашими новостями
в удобном формате
Телефон в руке
Фото: © Global Look Press/m30/ZUMAPRESS.com

В России могут ввести уголовное наказание для так называемых треш-стримеров – блогеров, которые ради просмотров и заработка в прямом эфире готовы на любые зверства. Под новый закон могут попасть и пранкеры, устраивающие жестокие розыгрыши со случайными прохожими.

В материале РЕН ТВ расскажем, кто такие треш-стримеры, как будут наказывать за дикие выходки в прямом эфире и можно ли уберечь подростков от жестокого контента.

Кто такие треш-стримеры

Треш-стримом называют прямой эфир, во время которого блогер совершает опасные и унизительные действия над собой или другими людьми. За это зрители переводят ему деньги, так называемые донаты. Причем подписчики могут активно участвовать в происходящем – придумывать для блогера задания или выбирать, что именно он будет творить дальше.

С английского trash stream переводится как "мусорная" или "помойная трансляция". Во время треш-стримов людей бьют, накачивают крепким алкоголем, унижают, заливают перцовым баллончиком и находят другие способы причинить физическую или эмоциональную боль – вплоть до тяжкого вреда здоровью и даже гибели.

Фото: © Global Look Press/Alexander Legky, Alexander Legky/Global Look Press

От средневековых казней до треш-стримов

Понятие "треш-стрим" зародилось в 2010 году на территории стран СНГ. Одним из первопроходцев в этой темной стороне блогинга считается Кирилл Зырьянов, известный как VJLink. Начинающий стример снимал трансляции по игре Dota 2 и не имел особого успеха у зрителей, пока ему случайно не выбили зубы во время одного из эфиров. Легкие деньги вскружили парню голову, и он начал специально творить дикие выходки на камеру.

Однажды Зырьянов пригласил домой парикмахершу, включил камеру и попросил зрителей придумать, как ему поиздеваться над ней. После этого треш-блогера избил муж пострадавшей женщины, но, как писали СМИ, VJLink был только рад, ведь такие видео набирали много просмотров. Еще одной жертвой Зырьянова, по информации из прессы, стал беспомощный инвалид. Треш-стример сводил его с ума громкой музыкой, не давал спать и спаивал алкоголем за донаты зрителей.

Интересно, что подобные треш-стримингу явления знакомы человечеству уже сотни лет. К ним психологи относят публичные казни в Средневековье, цирк уродов или показ порнографии.

"Зрителям интересен просмотр запретных тем. Он идентифицирует себя с героями просматриваемого материала, дублируя в своем сознании те эмоции и переживания, которые испытывают персонажи — "мучители" и "жертвы". И если герои треш-видео в результате могут пострадать, то зрители остаются в безопасности", рассказал "Известиям" доцент кафедры "Психология управления" факультета "Социальная психология" МГППУ Станислав Никулин.  

Фото: © Известия/Дмитрий Коротаев

Психолог подчеркнул, что просмотр такого треш-контента опасен для неокрепшей детской психики и пагубно влияет на подростков, которым свойственно перенимать паттерны поведения, популярные в обществе.

Смерть в прямом эфире

В последнее время треш-стриминг приобрел пугающие масштабы. Кажется, блогеры готовы пойти на любые зверства ради мнимой популярности и донатов от зрителей.

Самая громкая история с участием треш-стримера случилась в декабре 2020 года. Тогда блогер Станислав Решетняк (Reeflay) вел прямой эфир со своей подругой Валентиной. Молодые люди поссорились, Станислав избил девушку и выставил ее полуголую ночью на мороз. Проведя несколько часов на холоде, Валентина скончалась от кровоизлияния в мозг. При этом камера Решетняка продолжала работать, пока на пороге его дома не появились врачи и полицейские. Горе-стримера отправили в колонию строгого режима на шесть лет.

В марте 2022 года прямой эфир треш-стримера под псевдонимом RTeshka тоже закончился трагедией. Блогер "прославился" тем, что знакомился с алкоголиками и бездомными людьми, приводил их к себе и заставлял употреблять спиртное на камеру. Во время одного из стримов RTeshka накачал своего знакомого алкоголем – в итоге мужчина умер. Следователи завели уголовное дело по статье "Причинение смерти по неосторожности".

Фото: © Global Look Press/IMAGO/www.imago-images.de

Другой вопиющий случай вскрылся зимой 2021 года. Брянские треш-стримеры решили устроить постановочные похороны и закопали в могилу инвалида Валентина Ганичева. Как позже выяснилось, изверги издевались над несчастным в течение нескольких лет. Они силой удерживали Ганичева в своем доме, отобрали у инвалида документы и спаивали алкоголем. В итоге суд отправил брянских треш-стримеров на два года в колонию общего режима.

Как будут наказывать треш-стримеров и уличных пранкеров

Положить конец зверским выходкам треш-стримеров предложили в Госдуме. Новый закон предполагает обязать провайдеров и стримерские площадки блокировать противоправный контент и удалять аккаунты.

"За сам факт треш-стрима уже полагается ответственность в виде штрафа до 700 тысяч рублей с конфискацией оборудования – то есть мы забираем у них инструмент для зарабатывания денег, в том числе суд может наложить на них запрет на занятия определенным видом деятельности", – пояснил председатель комитета Госдумы РФ по молодежной политике Артем Метелев.

По замыслу депутатов, изменения должны затронуть не только Административный, но и Уголовный кодекс: треш-стримы будут трактоваться как отягощающее обстоятельство. Если во время трансляции кто-то погиб или получил тяжелые травмы, то горе-блогер получит более серьезное наказание.

Фото: © Global Look Press/via www.imago-images.de/www.imago-images.de

К слову, новый закон коснется не только прямых эфиров в интернете, но и обычных треш-видео. Ведь нередко в них присутствуют драки, издевательства и унижения. В эту категорию могут попасть и так называемые "пранки" – жестокие розыгрыши на улице. Как правило, пранкеры выбирают людные места: торговые центры, вокзалы или парки. Затем ставят скрытую камеру, выбирают случайного прохожего и устраивают шоу.

И если сейчас за свои выходки треш-блогеры могут получить лишь штраф или условный срок, то в случае принятия закона – окажутся за решеткой. Рассмотреть инициативу планируют до конца 2023 года.

Почему треш-блогеры совершают зверства на камеру

Психолог Дмитрий Кудряшов рассказал РЕН ТВ, что чаще всего треш-стримеры совершают немыслимые поступки на камеру ради привлечения внимания. Так, некоторые люди могут просто ярко одеваться и эпатажно себя вести, а кто-то старается добиться внимания через негатив.

Психолог рассказал, почему треш-стримеры творят зверства на камеру

"Такие люди могли подвергаться жестокому обращению в детстве, травле в школе. В какой-то момент эти стримеры могли столкнуться с безнаказанностью и получить позитивный отклик от аудитории. Внимание здесь играет большую роль. В идеале они хотели бы получать позитивное внимание, но у них не вышло, значит, сойдет любое. Как говорят, черный пиар – тоже пиар. Чем больше внимания, позитивного или негативного, тем больше эмоций получает стример", – отметил эксперт.

Зачем люди следят за треш-блогерами

По словам Кудряшова, треш-стримы обычно интересны людям, в жизни которых накопилось много напряжения, тревоги и неопределенности. Некоторые смотрят такой шок-контент, чтобы почувствовать: "хорошо, что это случилось не со мной", а другие – из желания обрести иллюзию контроля.

"Многие пытаются поглядеть на это краешком глаза, испытывают отвращение, но все равно продолжают смотреть. Для того, чтобы человек заинтересовался треш-стримами, нужна внутренняя почва. Она накапливается из-за стресса, тревоги и отсутствия внутреннего контроля. Человеку не хватает контроля в реальной жизни, он может находить его в форме виртуальной агрессии. Чтобы почувствовать, что он тоже может сильно влиять на ситуацию. Поэтому это (стриминг), а не просто формат видеозаписи, здесь есть элемент контроля", – отметил психолог.

Фото: © Global Look Press/Svetlana Vozmilova/Global Look Press

Как уберечь ребенка от жестокого контента

Кудряшов считает, что невозможно полностью изолировать детей от интернета. А там они могут увидеть совершенно разный контент. По словам психолога, чем меньше в семье понимания и поддержки, тем с большей вероятностью ребенок заинтересуется треш-стримами.

"Чем меньше у ребенка возможностей поговорить про свои трудности, чем меньше у него ощущения поддержки и понимания, тем ему сложнее. Причем важно ощущение того, что он может прийти к родителям со своими трудностями, выразить свое недовольство. В семье это может быть темой для обсуждения, а не табу. Если запретов нет, это снижает риски. Потому что по сути, чтобы ребенок заинтересовался такими видео, у него должна накопиться масса тревоги, одиночества и подавленных негативных эмоций внутри", – сказал специалист.

Если родитель заметил, что его ребенок интересуется треш-видео, важно задать себе вопрос – а что вообще происходит с эмоциями в семье. И насколько много раздражения и недовольства накапливается у самих родителей, добавил психолог.

Как рассказал Кудряшов, лучший способ профилактики – сделать так, чтобы у ребенка был хороший круг общения, свободное время и спортивные секции, где он может сбрасывать накопившееся напряжение.

Подпишитесь и получайте новости первыми
СМИ2
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var init_adfox_151870620891737873_1144864 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', extid: (function(){var a='',b='custom_id_user';if(!localStorage.getItem(b)){var c='ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZabcdefghijklmnopqrstuvwxyz0123456789';for(var i=0;i<47;i++){a+=c.charAt(Math.floor(Math.random()*c.length));}a=encodeURIComponent(a);localStorage.setItem(b,a);}else{a=localStorage.getItem(b);}return a;})(), extid_tag: 'rentv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes('adfox_151870620891737873_1144864')) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": 'adfox_151870620891737873_1144864', "bids": [ { "bidder": "adriver", "params": { "placementId": "30:rentv_970x250_mid" } }, { "bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836081" } }, { "bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" } }, { "bidder": "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09" } } ], "sizes": [ [970,250], [728,250], [728,90], [990,90], [990,250] ] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: 264443, containerId: 'adfox_151870620891737873_1144864', params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_151870620891737873_1144864(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_151870620891737873_1144864(); }); }
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window.msCounterExampleCom.hit(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })