window.yaContextCb = window.yaContextCb || []

Последние
новости РЕН ТВ

var checkIsTestPage1 = false; window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: checkIsTestPage1 ? 241452 : 264443, containerId: id, params: checkIsTestPage1 ? { p1: 'ddomt', p2: 'fjgb' } : params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
01 сентября 2022, 07:00

17 секунд ужаса: как поселок на Сахалине был стерт с лица Земли

В результате ужасающего землетрясения погибли более 2 тысяч человек

Последствия землетрясения в Нефтегорске, 1995 год
Фото: © РИА Новости/Игорь Михалев

Когда-то Нефтегорск считали самым благоустроенным на Сахалине, но 27 лет назад оживленный поселок нефтяников в один миг превратился в братскую могилу. После разрушительного землетрясения здесь не осталось ничего, кроме руин и кладбища. 28 мая 1995 года на Сахалине произошло самое сильное землетрясение в нашей стране. Сила подземных толчков в эпицентре превышала 7 баллов. Толчки ощущались во многих городах, но самые страшные разрушения были в Нефтегорске.

Кошмар на последний звонок

Стихия застала нефтегорцев врасплох. Землетрясение началось в ночь с субботы на воскресенье. Большинство горожан отдыхали дома. В местном клубе отмечали последний звонок. Из 26 выпускников выжили только восемь.

За 17 секунд землетрясения полностью разрушились 17 пятиэтажных зданий поселка. Они стали могилами для 2040 человек, которые мирно спали в своих кроватях. Редакция "Невероятно интересных историй" отыскала одного из немногих выживших в землетрясении. В эксклюзивном интервью Андрей Глебов признался: это был самый страшный день в его жизни. Он и его годовалая дочь чудом спаслись. Они упали с пятого этажа вместе с бетонной плитой и уцелели. 

"Я подлетел фактически чуть не до потолка. И дочка у меня оказалась, я был согнутый, согнулся над ней, она оказалась у меня на руках, тоже подлетела со мной. Потом смотрели: наш дом завалился на запад, и пятый этаж оказался ниже первого, ниже первого, вот как на землю съехал", рассказал выживший мужчина.

Родители Андрея жили на первом этаже в том же доме. Он вытаскивал тела отца и матери из-под завалов. Но помочь им уже ничем не мог. В 1990-х Глебов служил в милиции и в первые часы после катастрофы сам не понял, как стал руководить спасательной операцией. Говорит, что просто у него не было выхода. Надо было что-то делать. Землетрясение разрушило телефонную линию, и помощи было ждать неоткуда. 

"Вот начали доставать, кого можно было достать, использовали домкраты. Вездеходом даже начали плиты оттаскивать", – добавил Андрей.

Кошмар на последний звонок. Фото: © РИА Новости/Игорь Михалев
Фото: © РИА Новости/Игорь Михалев

"Был один громкий стон"

Выжившие нефтегорцы в пижамах и нижнем белье спасали своих близких и соседей, разгребали завалы чем под руку попадется. По ночам на Сахалине даже в конце мая нежарко, часто температура опускается ниже нуля. Но ни холода, ни усталости никто не замечал.

"Самое интересное, что полночи, получается, я бегал босиком. Там и стекла битые, и камни, и железо. Ноги вообще не повредил. Вот это мне до сих пор непонятно", пояснил собеседник.

Работали быстро. В разрушенных домах взрывался газ, поселок полыхал. Люди горели заживо под обломками своих квартир. Пожарных не было. Медиков тоже. От местной больницы остались одни руины. 30 врачей и медсестер погибли под завалами.

"Представьте: вот один большой стон и прорезаются где-то крики "помогите, спасите". Сама ситуация – жуткая. У меня было ощущение, что это просто был один громкий стон, когда поселок упал", вспоминает Андрей.

"Был один громкий стон". Фото: © РИА Новости/Игорь Михалев
Фото: © РИА Новости/Игорь Михалев

За ликвидацию последствий катастрофы Андрея наградили Орденом мужества. К утру он пешком отправился в райцентр, чтобы сообщить о случившемся. Поначалу власти не поверили, что Нефтегорск сильно пострадал. Ведь в соседних поселках последствия землетрясения были незначительными. 

"Потом поверили, они поверили нам. А потом оказалось, что в это время вертолет шел с вахты на облет. Они подняли вертолеты, когда летчики увидели, они сразу им доложили, информация состыковалась. Первая техника начала приходить в Нефтегорск уже где-то после обеда, 29 числа", добавил Глебов.

Спасательная операция

В спасательной операции задействовали тысячу поисковиков и военных. Бригады работали круглые сутки без специального оборудования и инструментов. Чтобы осветить обесточенный поселок ночами жгли костры. В результате выжили только 406 человек. Более двух тысяч нефтегорцев достали из-под завалов уже мертвыми. Жителей поселка хоронили целыми подъездами. А позже выяснили: причиной такой масштабной катастрофы стали дома. Оказалось, что дома в поселке совершенно не были приспособлены для сейсмозоны.

Спасательная операция. Фото: © РИА Новости/Игорь Михалев
Фото: © РИА Новости/Игорь Михалев

Нефтегорск считали безопасной зоной до страшных событий 1995 года здесь никогда не было землетрясений. Местные пятиэтажки строили в 60-х годах без учета сейсмической опасности. В день катастрофы крупноблочные здания сложились как карточные домики. 

Нефтегорск решили не восстанавливать, а оставшихся в живых жителей переселили в другие города Сахалина и материковой части России.

Самые загадочные и интересные места нашей планеты, поразительные обычаи народов, невероятные истории и многое другое – в программе НИИ на РЕН ТВ.

Ссылка скопирована
Подпишитесь и получайте новости первыми
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//jsn.24smi.net/smi.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//jsn.24smi.net/smi.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var checkIsTestPage = false; var isTest = checkIsTestPage; var init_adfox_under_article_desktop_1018243 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = isTest ? { p1: 'ddomg', p2: 'ffnu' } : { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] var elementId = isTest ? 'adfox_172319719459163455_1018243' : 'adfox_151870620891737873_1018243' if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(elementId)) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": elementId, "bids": [ {"bidder": "adriver", "params": {"placementId": "30:rentv_970x250_mid"}}, {"bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226"}}, {"bidder": "sape", "params": {"placementId": "836081"}}, {"bidder": "hybrid", "params": {"placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09"}}, {"bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" }} ], "sizes": [[970,250],[728,250],[728,90],[990,90],[990,250]] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: checkIsTestPage ? 241452 : 264443, containerId: elementId, params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_under_article_desktop_1018243(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_under_article_desktop_1018243(); }); }
(window.smiq = window.smiq || []).push({});
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window?.msCounterExampleCom?.hit?.(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })