window.yaContextCb = window.yaContextCb || []
Последние новости
window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: 264443, containerId: id, params: params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
09 июня 2023, 13:10

Замученный в неволе Навальный, или Про майского жука и балалайку

Адвокат Виолетта Волкова – о том, почему инсинуации вокруг ужасных условий содержания в колонии Алексея Навального – ложь и искусственно созданный шум.
Фото: © РИА Новости/Антон Денисов
Читать ren.tv в

Не так давно мне на глаза попалось письмо иностранных деятелей культуры Путину в защиту Навального*. И я испытала сильнейшее дежавю: 2013 год, Pussy Riot и "спасите Надю Толоконникову*".

Вот примерный текст письма – 2023 (2013) о замученном в неволе Алексее Навальном* (Наде Толоконниковой*), написанного в то время, когда его фаворитка, жена и дети (безутешный муж Петя Верзилов*) осваивают просторы Америки и Европы, отсвечивая на различных светских раутах и тусовках:

"…Он (она) болен, почти умер (в очень тяжелом состоянии). Его (ее) срочно необходимо спасать. К нему (к ней) не пускают родственников и адвокатов, запрещены звонки".

Вот прямо даже править не надо – слово в слово. Различные деятели иностранной культуры, а также представители различных профессиональных сообществ пишут письма президенту с требованием освободить Алексея Навального* (Надю Толокно*).

Во-первых, простой Вася с улицы никогда не удостоится такой чести. Только "спецсубъекты" типа Навального*, Кара-Мурзы*. Потому что это проект. И не просто проект, а политический антироссийский проект. Его курирует Государственный департамент США. Это я могу утверждать точно, как человек, который провел в оппозиции немало времени в 2012 году.

Надоела непрекращающаяся ложь. Заодно развеем мифы,
под которыми подписываются всякие звезды ради красивых политических заголовков. (А также вспомним и аналогичную ложь о Надежде Толоконниковой*).

Фото: © РИА Новости/Андрей Стенин

Расскажу вам, как оно на самом деле.

Как раз накануне вышла публикация с условиями содержания Навального* и других заключенных в ИК-6. И там сразу понятно, что не все живут одинаково. Условия у Алексея куда более мягкие.

Итак.

Миф № 1. Навальный* содержится в самой суровой колонии
России – ИК-6 в Мелехово.

Коллеги-адвокаты, кто в теме, уже посмеялись. Ребята, вы все перепутали. Кто писал эту чушь про самую суровую колонию? Есть действительно ИК-6 – самая суровая колония России, только это "Черный дельфин". И расположена она не во Владимирской области, а в г. Соль-Илецк Оренбургской области. Там содержатся педофилы, террористы, массовые убийцы и тому подобный контингент.

Миф № 2. Навальный* содержится в ПКТ (помещение камерного типа). Но пишут, что исключительно в ШИЗО (штрафной изолятор).

В ПКТ разрешены телефонные переговоры (как всем осужденным, кроме ШИЗО, прогулки длительностью 1,5 часа раз в сутки, можно работать, читать книги, письма, учиться. Ночью можно ложиться. Днем – сидеть. Есть стол и лавка. То есть про пытки "вынужден стоять с температурой" – опять ложь. Общение с родственниками ограничено, но про "за год ни одной встречи" – ложь. Такое могло произойти только в одном случае: если семья вместо того чтобы зайти к отцу и мужу, отвисает на "Оскаре", например. Кому что важно, как говорится.

Фото: © РИА Новости/Кирилл Каллиников

Общение с адвокатами не ограничивается. Можно хоть каждый день. На официальном сайте прокуратуры Владимирской области висит об этом памятка. Если адвокаты не могут попасть в колонию, они просто не хотят. Но, как мне известно, защитники допускаются к Навальному* регулярно. Опубликованные данные ФСИН это подтверждают. Адвокаты к Навальному* за год приходили 429 раз (в году 247 рабочих дней), то есть, за исключением дней судебных заседаний, – каждый день с утра и после обеда! Сравните с эту цифрой со статистикой по другим заключенным – один визит адвоката на семь человек.

Я сама лично столкнулась с подобной ложью по делу Pussy Riot. Помните непрекращающиеся сообщения в СМИ и от Верзилова*,
и от новых адвокатов Толоконниковой* о том, что к Надежде не могут попасть адвокаты, она при смерти, ей не оказывается медицинская помощь, ее надо спасти, а в отряде ее ждет смерть?

Известный обозреватель Елена Масюк, в тот момент член СПЧ, посетила колонию, где содержалась Надежда, а потом попросила меня приехать туда. Уже через день я была в Мордовии и без всяких препятствий прошла
к заключенной. И ее проблема была решена администрацией.

А еще колонии контролируются местными ОНК (специальная комиссия), которые могут зайти к любому заключенному и зафиксировать условия его содержания. Я работала и работаю с ОНК, и мне это очень нравится. Они реагируют мгновенно. А вот по Навальному* нет ни одного сообщения о нарушении от ОНК. Более 10 лет я сотрудничала с правозащитником Андреем Бабушкиным, а у последнего была связь со всеми ОНК по всей территории России. Так вот, эта система никогда
не находилась под полным контролем силовиков. Это действительно независимый контрольный орган. И он очень помогает оперативно реагировать на нарушение прав заключенных.

А теперь неудобные вопросы.

– Вы хоть что-нибудь слышали об обжаловании Навальным* или его защитой его помещения в ПКТ?

– Вы хоть что-нибудь слышали об обжаловании Навальным* или его защитой того, что к нему не допускаются адвокаты?

– Вы хоть что-нибудь слышали об обжаловании Навальным* или его защитой того, что ему не предоставляется лечение или отказано в передаче лекарств?

– Вы хоть что-нибудь слышали об обжаловании Навальным* или его защитой запрета телефонных звонков в ПКТ и недопуска родственников?

– Вы хоть что-нибудь слышали о сообщении ОНК о нарушении прав Навального*?

Нет. А значит, Навальному* это не надо. Нужен просто шум в прессе, например, про майского жука, кенгуру и балалайку.

* Включены Минюстом РФ в реестр физлиц-иноагентов.

Подпишитесь и получайте новости первыми
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//jsn.24smi.net/smi.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//jsn.24smi.net/smi.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var init_adfox_151870620891737873_1111634 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', extid: (function(){var a='',b='custom_id_user';if(!localStorage.getItem(b)){var c='ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZabcdefghijklmnopqrstuvwxyz0123456789';for(var i=0;i<47;i++){a+=c.charAt(Math.floor(Math.random()*c.length));}a=encodeURIComponent(a);localStorage.setItem(b,a);}else{a=localStorage.getItem(b);}return a;})(), extid_tag: 'rentv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes('adfox_151870620891737873_1111634')) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": 'adfox_151870620891737873_1111634', "bids": [ { "bidder": "adriver", "params": { "placementId": "30:rentv_970x250_mid" } }, { "bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836081" } }, { "bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" } }, { "bidder": "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09" } } ], "sizes": [ [970,250], [728,250], [728,90], [990,90], [990,250] ] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: 264443, containerId: 'adfox_151870620891737873_1111634', params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_151870620891737873_1111634(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_151870620891737873_1111634(); }); }
(window.smiq = window.smiq || []).push({});
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window.msCounterExampleCom.hit(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })