Борьба с режимом с перерывом на монетизацию

В наше капиталистическое время медийные люди делятся на две категории. В первой и самой популярной категории люди, которые хотят и могут что-либо рекламировать. Ради денег, поддержания собственного канала, контента, влога, блога. А во второй – люди, которые просто неспособны это делать, если, конечно, речь не идёт о рекламе собственного творчества или продукта.

И только вторым можно верить.

Мы привыкли, что актёры будут рекламировать хоть атомную бомбу без всякого зазрения совести, потому что у них работа такая – продавать лицо. Денег много не бывает, как и съёмочных часов. А тут такие богатства предлагают. Вчера была роль героя-разведчика, а сегодня рекламирую китайский телефон, чё такого-то.

Хотя даже в постсоветское время были исключения. Олег Янковский в рекламе не снимался принципиально. «Бог миловал», – так он скромно об этом говорил. Было неудобно человеку перед своими зрителями, а ведь такие бабки предлагали, чтобы он возле новенькой машины постоял. Да и машина была хорошая, не грех отрекламировать, но не стал. Сейчас, как говорится, таких актёров уже не делают.

Огромная толпа борцов с режимом на «Ютубе» со слезами на глазах размышляет о том, как плохо жилось в Совке и как мы до сих пор не можем избавиться от рабского менталитета, кровавого царя, скреп и танков, а через секунду эти же люди превращаются в добрых, искромётных, весёлых торгашей, которые готовы втюхать вам любую ерунду, причём с их персональной скидкой, со ссылкой в описании и прочими прелестями. И правда, не избавились от рабского менталитета.

Вот так тонкие, чувствительные правдорубы, которых не пускают в пропагандистский ящик, превращаются в банальных продавцов. Кстати, почти все они хоть раз взяли интервью у главного торгаша Руси Чичваркина, который то телефоны продаёт, то вино, то еду, но самое главное и интересное – это то, как он монетизирует своё политическое изгнание.

Блогер Лядов снимает фильм на любимую тему всех современных блогеров – про самые страшные лагеря СССР, а между делом расхваливает онлайн-приложения – сразу два за выпуск. Не смущает контраст? А тем временем на небольшом канале «Меморандум» появился профессиональный фильм про питерскую тюрьму «Кресты», и там не то чтобы рекламных интеграций нет – даже ютуб-реклама не лезет, потому что создатель канала посчитал некорректным ставить выпуск на монетизацию. Это я к тому, что не все работают одинаково.

Дмитрий Быков устало спрашивает своих интеллигентных, начитанных гостей о том, куда бы они уехали жить из России, а затем рекламирует авиабилеты. А иногда прямо посередине разговора поворачивает своё невероятно печальное лицо и начинает рассказывать подписчикам «ЖЗЛ» про новые очень хорошие образовательные курсы. А что делать? Программа сама себя не накормит.

Но Дмитрия Львовича становится жаль, потому что он не притворяется. Видно, как ему больно и неохота этим заниматься, он тоскливо говорит свой рекламный текст и делает дальше свою работу, улыбку из себя не выдавливая.

Все же остальные резко превращаются в радостных утят.

Вот только что вдумчивый и крайне меланхоличный Николай Солодников из «Ещёнепознера» говорил про Норштейна и Шнитке, Гилельса и Рихтера, Рембрандта и Тонино Гуэрру, Путина и Сталина, а уже через мгновение с сияющим лицом говорит о новом жилом квартале, нижнем белье, онлайн-кинотеатрах, минералке.  

Юра - Магистр «Ютуба» - Дудь людей, которые засылают ему бабки за рекламу бытовой техники, шампуня, онлайн-приложений, автомобиля (список бесконечный), называет «мои кореша», типа, рекламирует он их просто так – по дружбе. А потом «Форбс» считает его «дружеские» расценки, и становится понятен смысл поговорки про сто друзей.

Ксении Собчак за её рекламные интеграции давно пора дать «Золотую малину». В какую ужасную актрису превращается Ирина Шихман, когда от своих важных прогрессивных тем отвлекается на рекламу. С какой радостью и задором всё что угодно рекламирует отец российской журналистики Леонид Парфёнов.

Так ненатурально и фальшиво всё это выглядит. Неужели никого это не парит?

Но разве реклама должна нравиться? Она и по телевизору у всего населения ничего, кроме рвотных рефлексов, не вызывала, но работает же – на подкорке заседает.

У нас даже президент был, который американскую пиццу рекламировал, он ещё, кстати, страну развалил.

Можно сколько угодно говорить про законы рынка, про условия, в которые поставлены независимые журналисты и блогеры, про независимый контент, который существует на деньги рекламодателей, однако человек, который претендует на формирование смыслов, просто не имеет права произносить чужой текст и меняться в лице, когда впереди маячит гонорар.

Кто-то может себе представить, чтобы Эдуард Лимонов 30-го рекламировал газировку, а 31-го выходил на свою акцию в защиту свободных собраний в России?

Пётр Мамонов мог бы сняться в рекламе часов? Или автомобиля той марки, которую он всю жизнь любил?

Жаль, что этот список тяжело продолжить. Живём при капитализме, поэтому почти всем приходится кривляться и притворяться, чтобы падала монета. Но вы же этого сами хотели!

Парадокс капитализма в том, что его можно поменять на социализм (или некое возвращение к архаике), а вот на другой капитализм, тот, что снится нашим героям в эротических снах, – почти невозможно.

Как они продают телефоны и трусы, так они продают проклятия режиму и смену власти – одна рыночная линейка. Наверное, поэтому власть и не сильно переживает из-за них. Опыт революций и переворотов показывает, что из коммивояжеров и базарных зазывал сотрясатели основ получаются так себе.