Мне платит Кремль

Мы окончательно перестали отличать подлинное от фальши, настоящее от суррогата.

Встаем с утра и чистим зубы зубной пастой, которую нам впарили. Пьем кофе, который нам отрекламировали, а заедаем его бутербродом с колбасой, о которой нам рассказал наш любимый актер.

В лифте мы смотрим на себя в зеркало, а на зеркале большими буквами написано имя производителя с номером телефона, чтобы мы приобрели такое же себе в квартиру.

У каждого свое количество баннеров, которые он видит по дороге в метро. А то, что происходит в метро, можно было бы назвать сумасшествием, если бы мы ко всему этому не привыкли. На входе вам дают газету с обильным количеством "джинсы", на эскалаторе голос настойчиво предлагает одно, пока ждете вагон, плакаты настаивают на другом, ну а в вагоне лучше вообще не поднимать глаза.

Недавно я приехал из деревни, где пробыл месяц, и вернувшись в Москву, с новой силой прочувствовал этот путь Виа Долороза.

На своей работе мы, как правило, возвращаем долг – впариваем что-то в обратку. Потом возвращаемся домой и всей головой окунаемся в искусственные теплицы социальных сетей, где продолжаем друг с другом чем-то делиться, что-то друг другу предлагать. Прежде чем увидеть клип, мы смотрим ролик про шампунь, а в самом клипе как бы невзначай мелькает марка одного и того же шампанского. Хорошо хоть не того же шампуня.

Мы живем в царстве чепухи и живем в нем так долго, что уже не понимаем этого.

Искусственные эмоции в таблетках, химикаты в еде, меняющие сознание, психологические войны, электронные сигареты – все это стало нормой, главное, чтобы это приносило деньги.

Капитализм – это не только когда воруют, не только, когда врут, это, в первую очередь, когда тебе постоянно что-нибудь впаривают.

Капитализм шепчет нам: я делаю это не для себя, а ради денег. Мы киваем головой: а, ну тогда ладно.

Не удивительно, что при любом искреннем выпаде нам говорят, что мы не чисты на руку, что в своем мнении мы заинтересованы финансово.

Ну а как иначе? А зачем тогда?

Вы заметили, что на любой патриотический текст определенная категория людей реагирует примерно одинаково: "он на зарплате у Кремля"?

Конечно же, ими движет исключительно голос совести, чистые убеждения и стремление к самому лучшему.

Нельзя быть патриотом и бессребреником одновременно.

Патриотом и лгуном – да, в остальных случаях вызывает подозрение.

Переживаешь за российских граждан? – продался.

Крым наш? – да у него кремлевская корочка.

Донбасс!? – Путин лично пересылает на карту.

Любопытно, как, по их мнению, это происходит:

– Здравствуйте, я пишу патриотические книги, статьи, заметки, переживаю за родину. Где деньги получить?

– Знаете, сегодня у бухгалтера выходной, придите завтра.

Не важно, какого цвета кошка, важно, чтобы она несла яйца.

Заветная денежная форточка находится лишь в больном сознании оппонента. Он и сам не верит в ее существование, но постоянно воображает ее, пытаясь всячески уйти от той беспощадной мысли, что Родину можно любить бесплатно.

Наверняка мне заплатили за это слово – Родина.

Какое отвратительное, старомодное слово, за него платят даже больше, чем за Крым и Новороссию.

Пойду звякну в Кремль, статья дописана.