window.yaContextCb = window.yaContextCb || []
Последние новости
window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: 264443, containerId: id, params: params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { bidder: "myTarget", params: { placementId: "237891" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } }, { bidder: "adfox_imho-video", params: { p1: "cqsds", p2: "hitz" } }, ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
02 мая 2023, 17:36

Одесская Хатынь: они хотели не запугать, а уничтожить нас

Трагедия Дома профсоюзов стала точкой невозврата для бывшей Украины и заложила основы для российской спецоперации в будущем.
Фото: © РИА Новости/Агентство "Одесса-медиа"/Денис Петров
Читать ren.tv в

9 лет назад нацисты заживо сожгли людей в одесском Доме профсоюзов, окончательно пройдя точку невозврата.

На самом деле событий, которые можно было бы назвать такими точками, было много. Это и расстрел людей на Майдане, который позволил победить госперевороту, окончательно дезориентировав правоохранителей и стремительно распадающуюся государственность. Это и корсуньский погром, когда стало ясно, что в Киеве победили настоящие маньяки-нацисты, которые не остановятся ни перед чем для утверждения своей власти по всей стране. Это и стрельба на Рымарской в Харькове, когда стало ясно, что гражданская война уже пришла на восток Украины. Это и начало карательной операции против провозгласивших самостоятельность народных республик Донбасса в апреле.

Но нет, наверное, тогда еще можно было бы попробовать сесть за стол переговоров, договориться о чем-то, остановить страшную трагедию, которая уже неумолимо надвигалась, но еще мало кто мог представить себе ее масштаб.

А вот после Одессы уже вряд ли.

Откровенно говоря, всю весну мы ждали вспышки насилия, необходимой Киеву для легитимизации "крестового похода" против восставшего Юго-Востока. Правда, лично я ждал ее в Донецке, Луганске, в том же Харькове. Но не в Одессе. На фоне суровых пролетарских городов Донбасса и Слобожанщины Одесса всегда выглядела как город-сад, столица юмора и хорошего настроения. Невозможно было представить ее в ином виде, без улыбки на лице. Но она исчезла в один момент: прекрасный безмятежный цветущий город, "жемчужина у моря", внезапно почернел от скорби. И эта неожиданность сделала удар еще более болезненным, опустошающим и выводящим из равновесия.

Да, казалось, что в Одессе такое просто невозможно. Это был один из самых пророссийски настроенных городов, который с первых дней Русской весны включился в борьбу. Помню многотысячные шествия противников новой киевской власти, как весь город поддерживал их. Казалось бы, откуда там взяться нацистам? А если бы и пришли издалека, весь город встал бы и дал бы такой отпор, что у них еще долгие годы не возникло бы желания туда соваться. Ничто не предвещало беды, и вдруг...

Я хорошо помню утро 3 мая. В районе 6 утра меня разбудил звонок от редактора одного из изданий, с которыми я тогда работал.

"Ты слышал, что там в Одессе? Срочно нужен текст об этом", – кричала трубка, а я никак не мог понять, что же такого могло произойти, чтобы в мой законный выходной меня разбудили в шесть утра. Должно было произойти нечто совершенно экстраординарное. Но что могло произойти в Одессе? В спокойной. безмятежной, я бы даже сказал, сонной Одессе, где только что отгремел Первомай и люди готовились всем миром и всем народом встречать День Победы?

Фото: © РИА Новости/Александр Полищук

Включил ноут и... не поверил глазам своим, долго не мог осознать, что все происходящее – это не кино. Только за день до этого общался с друзьями в Одессе, которые только провели первомайское шествие, делились фотографиями и видео, радовались, как их много, рассказывали о планах на будущее, которые были впечатляющими. И вдруг... Еще вчера казалось, что Одесса наша, что вот-вот там будет провозглашена своя республика, и Русская весна продолжит триумфальное шествие по всей бывшей Украине. Но вся эта эйфория исчезла в вспышке пламени.

Людей подвела все та же расслабленность, уверенность в том, что враг не решится на столь безумную провокацию. После Первомая многие разъехались отдыхать, в критический момент оказалось просто невозможно собрать людей для защиты города. Чем и воспользовались нацисты, которые заранее готовились к удару.

И этот удар оказался сокрушителен. Тем более что, в отличие от крымчан и донбассцев, уже осознавших невозможность диалога с бандеровцами, жители Одессы не представляли, с каким запредельным уровнем насилия им придется столкнуться, не были к этому готовы. Для них происходящее было шоком, дурным сном.

Как, впрочем, и для всех россиян, в том числе для меня.

Но для меня, как и для многих других, после осознания реальности это стало водоразделом. До этого происходящее на территории бывшей Украины я воспринимал сквозь призму революционной романтики, хотя и раньше были столкновения, были жертвы. Но именно в тот момент стало ясно, что реальность имеет к романтике мало отношения, стало ясно, что это война. И само слово "война" как-то одномоментно потеряло романтический ореол, который для меня, тогда видавшего ее только по телевизору, оно продолжало сохранять даже в мои тогдашние тридцать три.

К слову, очень многие мои знакомые, впоследствии ставшие добровольцами, приняли решение именно тогда. Я даже затрудняюсь сосчитать, сколько их было. Приняли окончательное решение те, кто уже несколько месяцев собирался, но по те или иным причинам колебался, откладывал: многих не отпускала семья, работа, бизнес. После этого они молча собрали рюкзаки и отправились в Донбасс, куда уже стекались одесситы, жаждущие отомстить нацистам. Некоторые до того момента были вне политики и мало интересовались происходящим на Украине. Но тоже внезапно осознали, что не могут больше спокойно наблюдать за событиями по телевизору.

Фото: © РИА Новости/Агентство "Одесса-медиа"/Денис Петров

Война тогда еще только начиналась. Я помню такой же безмятежный и сонный, мирный еще Донецк, совсем не похожий на тот суровый и сосредоточенный, что будет к осени. В Донецке тогда еще не были слышны далекие хлопки в Славянске, война воспринималась как нечто сюрреалистическое, происходящее едва ли не в другой реальности, далеко от них. До Минских соглашений оставалось четыре месяца. Но уже тогда мне и многим было ясно, что диалог больше невозможен, что выход один: знамя Победы над Киевом. В противном случае Одесса повторится в Донецке, Луганске, а дальше и в Москве, и по всей России...

Сегодня, спустя 9 лет войны в Донбассе, я понимаю, что именно тогда была пройдена точка невозврата. Наблюдая атаки беспилотников на российские города (уже те, что были российскими и до 2014-го), атаки диверсионных групп, теракты в наших столицах, я понимаю, что все это готовилось уже тогда. Целью западных кураторов этого кровавого спектакля было не просто запугать русских бывшей Украины и всей России. Целью было и остается — уничтожить нас. И было ясно, что на жертвах Дома профсоюзов они не остановятся. Напротив, это только начало.

Просматривая сегодня украинские каналы в Телеграме и страницы в соцсетях, в которых рассказывается о том, как "одесситы остановили русский мир", вывешиваются картинки с горящей Одессой и кощунственными в данном контексте надписями: "Я помню, я горжусь", понимаю, что ничего не изменилось с тех пор, когда нелюди радовались, пересылая друг другу мемы про "майские шашлычки" и "жареных колорадов". Стало только хуже. Нацистская опухоль разрослась, поразив еще больше мозгов. И теперь эти нелюди уже вооружены западным оружием и стреляют в нас уже на нашей территории.

Все это в очередной раз доказывает, что решение о проведении СВО было вынужденным, но единственно правильным. Жаль только, что ее не начали тогда — в мае 2014-го. Увы, иллюзии о том, что возможно избежать драки, что с Западом можно договориться, оказались слишком живучи. Но именно Запад создал того зверя, который сжег людей в Одессе, девять лет уничтожает Донбасс, а сегодня уже воюет против всей России. И сегодня, в очередную годовщину трагедии, никто на Западе о ней не вспомнит.

Но мы помним. Помнят те, кто потерял своих друзей и близких в том пожаре, кто был вынужден покинуть родину, кто девять лет с оружием в руках мстил нацистам. И они добьются своего, освободив Одессу и другие города бывшей Украины от коричневой чумы, осуществив мечту тех, кто девять лет назад предупреждал нас об опасности и пожертвовал своими жизнями, чтобы все мы смогли увидеть ее масштаб, ужаснуться и подняться на борьбу с ней.

Подпишитесь и получайте новости первыми
СМИ2
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var init_adfox_151870620891737873_1100276 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', extid: (function(){var a='',b='custom_id_user';if(!localStorage.getItem(b)){var c='ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZabcdefghijklmnopqrstuvwxyz0123456789';for(var i=0;i<47;i++){a+=c.charAt(Math.floor(Math.random()*c.length));}a=encodeURIComponent(a);localStorage.setItem(b,a);}else{a=localStorage.getItem(b);}return a;})(), extid_tag: 'rentv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes('adfox_151870620891737873_1100276')) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": 'adfox_151870620891737873_1100276', "bids": [ { "bidder": "adriver", "params": { "placementId": "30:rentv_970x250_mid" } }, { "bidder": "myTarget", "params": { "placementId": "336252" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836081" } }, { "bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226" } }, { "bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" } }, { "bidder": "adfox_imho-video", "params": { "p1": "cxedf", "p2": "hity" } } ], "sizes": [ [970,250], [728,250], [728,90], [990,90], [990,250] ] } ]); } window.yaContextCb.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: 264443, containerId: 'adfox_151870620891737873_1100276', params: params, lazyLoad: { fetchMargin: '200', mobileScaling: '2' } }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_151870620891737873_1100276(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_151870620891737873_1100276(); }); }
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window.msCounterExampleCom.hit(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })