window.yaContextCb = window.yaContextCb || []
Последние новости
window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: 264443, containerId: id, params: params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
08 сентября 2023, 19:00

Разрушение и созидание: куда идет российское станкостроение

Добров объяснил парадокс развития промышленности в России
Следите за нашими новостями
в удобном формате
Андрей Добров – о парадоксе развития промышленности в России.
Рабочий у станка в цехе
Фото: © РИА Новости/Виталий Тимкив

Недавно прочел интересную заметку. Книги подорожают, типографии так и не смогли найти сырье, всё покупают за границей, в Азии, а тамошние производители заламывают цены. Других-то нет. Наши издатели решили хотя бы клей закупать в России – на мебельных предприятиях. Но там не хотят расширяться. Мы свои диваны и кухни делаем, зачем нам богатство? Смотришь на эту историю, и кажется, что с российским производством все вот так. Так или нет?

Даже хорошую вещь можно разрушить, просто надо много времени. Сейчас стране нужен металл и станки, которые делают снаряды и ракеты. Станкостроение в СССР было по-настоящему великим. Именно здесь в пятидесятые впервые был создан станок с ЧПУ. Здесь, а не в США. И уж тем более не в Германии, которая только приходила в себя после войны.

В восьмидесятые СССР занимал первое место по всем металлорежущим станкам в мире. В их экспорте мы уступали только США. А по станкам с числовым программным управлением уступали только Японии. К началу 90-х СССР выпускал треть всех металлообрабатывающих станков. Токарные станки во второй половине XX века упали до 10%, зато резко повысились специализированные и агрегатные станки.

Это, конечно, далеко не вся продукция, однако мы видим, что станкостроение было нашей серьезной вещью. А вот после 90-х в течение всего десяти лет оно было практически полностью разрушено.

"Начиная с 19911992 года и до 2023 года мы все прекрасно знаем, что объем выпуска продукции просел по всем направлениям минимум в 1012 раз. Это коснулось и станкостроения, станкоинструментальной отрасли тоже. Не бывает чудес, когда разбалансирована работа экономики. Я не беру последние 510 лет, но в целом. Безусловно, потери были порядка 50 предприятий станкоинструментальной отрасли за это время практически ликвидированы полностью", – рассказывает президент ассоциации "Станкоинструмент" Георгий Самодуров.

Москва была в СССР главным центром станкостроения. Сейчас вместо заводов просто офисы. Закрылись все научные учреждения этой ключевой отрасли. Из 48 научных институтов остались всего четыре, Академия наук перестала заниматься этими вопросами. И да, иностранные компании, которые в 90-е заходили на наш рынок, разрушили все – все, что им мешало. Книги печатать не из чего? Проблема, однако государству на нее пока так, наплевать. Вот станкостроение… И пока не началась военная операция, все программы по подъему станкостроения правительством принимались. Три программы. Но только денег на них не выделялось. Потому что можно было просто покупать все за рубежом. В результате посмотрим, сколько станков мы импортировали.

"Если посмотреть на импортную зависимость по металлообрабатывающему оборудованию, взять 20142015 год, то импортная зависимость находилась на уровне 9092%. В результате принятия целого комплекса мер, которые принимались в том числе по предложениям станкоинструментального сообщества, это позволило сформировать условия по закупке импортного оборудования при наличии российских аналогов. И эти нормативно-правовые документы позволили российским предприятиям более комфортно себя чувствовать на внутреннем рынке. Мы видим, что сегодня импортная зависимость сократилась до 6575%", – пояснил Георгий Самодуров.

А теперь интересный вопрос. Может, у наших станков плохое качество? 50% продукции у нас идет на экспорт в 64 страны. 64 страны – это говорит о качестве наших станков. Мы уже научились это делать. Однако при этом мы никак не можем отвоевать свой собственный рынок. Почему? Цена! Импортные товарищи берут только часть цены – 15–20%, а все остальное отдают в рассрочку на несколько лет. Причем они берут кредиты по выпуску станков у своих государств в 4–5%. Наши – 14–15%. У нас продукция по-любому дороже, чем импортная.

Плюс еще станки делаются от 6 до 18 месяцев, и клиенту проще купить сразу готовый за рубежом.

Фото: © РИА Новости/Виталий Тимкив

Теперь к важной истории. Правительство решило поднять станкостроение на нужную высоту – это федеральный проект – чтобы прервать тридцать лет и три года спячки. Это же подтвердили нам в Минпромторге.

На площадке Минпромторга России был актуализирован паспорт федерального проекта "Развитие производства средств производства". К работе было привлечено свыше 400 экспертов отрасли, объединенных в 12 рабочих групп. В настоящее время мы находимся на завершающем этапе по определению источников финансирования мероприятий федпроекта.

А вот это уже правительственная Концепция технологического развития до 2030 года. То есть мы видим, что тут уже не про разговоры, а про дела.

"Мы стоим сейчас накануне принятия нового федерального проекта в рамках программы развития средств производства программа по развитию средств станкоинструментальной отрасли. Впервые закладываются в реализацию этого федерального проекта уникальные объемы финансовых ресурсов. Без ложной скромности, если до конца будет выделено с точки зрения финансирования, то мы стоим перед важнейшим решением созданием нового облика станкостроения", – считает Самодуров.

Соответственно, будет развиваться и научная мысль. И Российская академия наук снова начнет работать по фундаментальным вопросам станкостроения. Мало того, как мы поняли из общения с Георгием Самодуровым, кредиты под новые станки будут снижены.

"Это будут кредитные ресурсы выделяться предприятиям, но на условиях, которые близки к условиям иностранных потребителей: 35% годовых. Это приемлемые условия, которые будут давать возможность предприятиям работать достаточно эффективно в реальных условиях", – отметил он.

Итак, все хорошо. Но проблема в том, что у России очень неопределенное будущее. Мы видим план, но не понимаем – он исполнится? Ну, у нас такое уже бывало. И тут приходит странная мысль. Если военная операция продлится хотя бы еще год, то, скорее всего, федеральная программа по станкостроению будет принята и дело пойдет. А при наступлении мирного периода, я уже не говорю про отмену санкций, ведь можно все вернуть к прошлому, – к покупке иностранных станков. И к разрушению своей промышленности. Так дешевле, просто дешевле. Извините, но тот прежний мир был для России разрушительным. И только когда полетели снаряды, страна начала восстанавливаться.

Подпишитесь и получайте новости первыми
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//jsn.24smi.net/smi.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//jsn.24smi.net/smi.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var init_adfox_151870620891737873_1139794 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', extid: (function(){var a='',b='custom_id_user';if(!localStorage.getItem(b)){var c='ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZabcdefghijklmnopqrstuvwxyz0123456789';for(var i=0;i<47;i++){a+=c.charAt(Math.floor(Math.random()*c.length));}a=encodeURIComponent(a);localStorage.setItem(b,a);}else{a=localStorage.getItem(b);}return a;})(), extid_tag: 'rentv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes('adfox_151870620891737873_1139794')) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": 'adfox_151870620891737873_1139794', "bids": [ { "bidder": "adriver", "params": { "placementId": "30:rentv_970x250_mid" } }, { "bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836081" } }, { "bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" } }, { "bidder": "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09" } } ], "sizes": [ [970,250], [728,250], [728,90], [990,90], [990,250] ] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: 264443, containerId: 'adfox_151870620891737873_1139794', params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_151870620891737873_1139794(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_151870620891737873_1139794(); }); }
(window.smiq = window.smiq || []).push({});
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window.msCounterExampleCom.hit(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })