13387

Сорванный "джихад" Вари Карауловой

Стыдно перед нашими парнями, которые в сирийском небе побеждают "бармалеев", а мы тут не можем наших детей защитить от их пропаганды.
Стыдно перед нашими парнями, которые в сирийском небе побеждают "бармалеев", а мы тут не можем наших детей защитить от их пропаганды.

Бывшую московскую студентку Варвару Караулову признали виновной в попытке присоединиться к террористической организации. Дали четыре с половиной года вместо запрашиваемых прокурором пяти. Поскольку история эта тянется уже больше года, к тому же вынесение приговора прошло на фоне мощнейшего информпотока, среди которого и убийство российского посла в Турции, и освобождение Алеппо, и многое другое, – финал дела Карауловой как-то мало освещался в СМИ и прошел для широкой аудитории практически незамеченным. Хотя дело-то по-настоящему резонансное. Тут есть о чем задуматься, о чем поспорить и какие сделать выводы.

Конечно, в соцсетях это дело вызвало определенный отклик. Спорили во многом о том, насколько справедлив приговор. Одни считают его слишком суровым, мол, девочка, по сути, ни в чем не виновата, ничего толком не сделала, да и не хотела ничего дурного, и вообще всеми ее действиями двигала любовь, что совершенно естественно в этом возрасте. Другие полагают, что приговор вполне заслуженный, что лучше сейчас посадить двух-трех таких варь, чтобы завтра их последовательницам было неповадно и нам не пришлось массово отлавливать наших дочерей на сирийско-турецкой границе.

На сирийско-турецкой границе уже явно никого отлавливать не придется: "бармалеев" отгоняют от нее все дальше и дальше, но ведь свинья грязь найдет – и решительно вознамерившийся встать под черные знамена "джихада" в любом случае изыщет способ добраться до своих единомышленников. А если даже его остановят один раз – что помешает ему предпринять вторую, третью и далее попытки? Ответ очевиден: помешает ему только ограничение свободы. Это, кстати, будет благо не только для тех жителей Сирии и Ирака, которых он не убьет, ослепленный своим фанатизмом, но и для него самого – тоже здоровее будет.

Вот это как раз про Варю. Она ведь очень хотела попасть на "джихад". Ну очень-очень. И рано или поздно попала бы, если бы ей не ограничили свободу. Поумнеет ли она теперь в тюрьме – это уже другой вопрос. Это вообще отдельный вопрос – эффективность нашей пенитенциарной системы: помогает ли она оступившемуся человеку встать на путь истинный или напротив, еще дальше уводит его с этого пути. Вообще вечный вопрос. В Норвегии вон, преступники живут в условиях лучше, чем во многих мировых отелях, – и что? Неотвратимость такого "наказания" преступников не пугает ни капельки. А некоторых, думаю, даже привлекает.

Норвегия – страна маленькая и тихая, и оттого, наверное, когда в ней появляется какой-нибудь Брейвик, его преступление моментально получает международный резонанс и вновь поднимает волну споров на тему того, а не стоит ли, наконец, ужесточить наказание для преступников. А вот российскими тюрьмами, напротив, пугают весь мир – мол, у нас вся страна сплошной ГУЛАГ, что у нас половина страны сидит, а другая половина надзирает. В то время как в стране – главном обвинителе России и "поборнике демократии" в мире – Соединенных Штатах народу сидит больше, чем у нас, количество обвинительных приговоров у них точно не меньше, да еще и смертная казнь активно применяется.

Конечно, к наше системе и к нашему правосудию вопросов немало. Да, у нас действительно процент обвинительных приговоров сильно превышает процент оправдательных. Да, 4,5 года за "попытку присоединиться", на первый взгляд, какому-нибудь европейцу может показаться дикостью. Но так ли это дико в сравнении с тем, что гипотетически творила бы Варя в рядах ИГИЛ или с тем, что уж совершенно реально творят ее несостоявшиеся "товарищи по оружию"?

Попытка, как известно, не пытка. Она не состоялась, так что получается, что преступления Варя не совершила. Но ведь хотела! Надеюсь, никто не будет утверждать, что вор, который просто не успел украсть, – не вор, а убийца, который не успел убить, – не убийца, а значит – их не стоит наказывать, ибо не за что?

Тут все зависит от того, по какой причине преступник не совершил преступление. Если он в последний момент осознал недопустимость своих действий, раскаялся и сдался властям, ну или хотя бы просто промолчал и забыл этот эпизод жизни как страшный сон и никогда бы не вернулся к мысли о том, что то, что он хотел тогда сделать, не преступление вовсе и вполне допустимо, – это одно. А когда он шел на преступление, но был остановлен стражами порядка, – это другое совсем. То есть если бы он не был остановлен – преступление он бы обязательно совершил. Ему просто не дали. А он типа падает на землю, лапки кверху – и типа, лежачего не бьют? Отпустите меня, я больше не буду!

Извините, закон есть закон. И потом, кому откуда знать, что плачущий и раскаивающийся несостоявшийся вор или убийца раскаивается искренне, а не держит фигу в кармане, и действительно больше не будет?

Попытка совершить преступление равна совершению преступления, в независимости от достигнутых результатов. Даже умысел на преступление – это уже преступление. А у Вари был не просто умысел. У нее была вполне себе очевидная попытка, не оставляющая сомнений в ее намерениях. Причем, заметьте, после первой неудачной попытки она не раскаялась, не оставила преступных замыслов. И, повторюсь, если бы ей не была ограничена свобода, вторая, третья, да хоть десятая попытка рано или поздно увенчалась бы успехом. В этом смысле обвинительный приговор оправдан целиком и полностью. У нее была возможность раскаяться и пересмотреть свое поведение. Но она этой возможностью не воспользовалась. Почему? Кто виноват? Семья недоглядела, окружающие, педагоги? Или девочка стала жертвой агрессивной пропаганды? Другой вопрос. Закон суров, но это закон.

Теперь далее – по поводу состава преступления. Можно ли считать преступлением попытку присоединиться к чему- либо? Если бы она попыталась присоединиться к бродячему цирку или к церкви пастафарианцев – это ее личное дело и проблемы семьи и ее окружения. Но она ведь хотела присоединиться к, ни много ни мало, террористической группировке. А цель террористической группировки вовсе не в организации представлений и пропаганде иррациональных идей. Вернее, тут некий оксюморон получается. Идеи ИГИЛ совершенно иррациональны. А в постановке представлений они давно превзошли многих именитых режиссеров. Вот только представления эти – кровавые. Цель террористической группировки – в убийствах людей.

Как-то показательно, что вынесение приговора Карауловой совпало по времени с известием из Сирии о том, что боевики ИГИЛ сожгли заживо двух турецких солдат. Анкара, впрочем, этого не подтвердила, к тому же некоторые расследования игиловских спектаклей дают основания подозревать, что многие их показательные казни являются постановками. Постановки или нет, но это работает – в таланте игиловским режиссерам не отказать. Среди излюбленных террористами способов казни – раздавливание танками, травля собаками, распиливание пилами, растворение в азотной кислоте и сваривание в кипятке. Я много раз интересовался у специалистов по исламу, где, в каком писании об этом сказано. Оказалось, что нигде. Все это обычный пиар, причем, учитывая его характер и результат, который в реальности отталкивает многих от этой религии, – сильно антиисламский, недаром мусульманская общественность давно требует запрета на упоминание названия террористической группировки всуе.

Так вот: не суть важно, являются ли некоторые сцены изощренных казней ИГИЛ постановками или это действительно происходит в реальности. То, что ИГИЛ – это зло, с которым нужно бороться до полного его искоренения, – думаю, сегодня не сомневается ни один здравомыслящий человек на планете, в какой бы стране он ни жил. Кроме таких, как Варя Караулова, которая, судя по всему, сомневается, раз хотела стать частью этого зла. Присоединиться к нему. То есть разделить ответственность за его преступления.

А это значит и участие в преступлениях. Помните, например, игиловского палача Джихади-Толика? Кто-то, конечно, скажет, что сильно сомневается в перспективах Джихади-Вари. Головы она резать точно не будет, да и не женское это дело, тем более в ультрасексистском мракобесном обществе. Но вот на то, чтобы обвязаться взрывчаткой и взорвать себя в берлинском или московском метро, – такие вари вполне годны. Кстати, если вы почитаете истории террористок, то большинство из них молодые девушки, ставшие вдовами боевиков. Таким образом они мстили. Вернее, они думали, что мстили. Конечно, ни одна из них не была одиночкой, их специально готовили к этому, промывали мозги, обучали взрывному делу. И практически у всех у них все начиналось совершенно невинно – с любви. Никто не хотел убивать или даже просто вступать в сомнительную организацию, имеющую репутацию террористической и запрещенную законом. Просто молодая девушка знакомится в интернете с парнем, влюбляется, он ее увлекает исламом (в большинстве случаев этого не требуется, ибо жертвы – представительницы мусульманских народов, а толики и вари – это скорее исключения), потом он берет ее с собой в пустыню (или в леса, как у нас на Северном Кавказе). Или не берет, а уезжает на "джихад", обещая вернуться. Потом он на "джихаде" погибает, а вдове предлагается отомстить "неверным". Далее, как я говорил, ее специально готовят к совершению теракта – и ослепленная пропагандой и начисто лишенная индивидуальности, превращенная в идеальную машину для убийства, она идет и взрывается. Все. Занавес.

Вот и у Вари все начиналось так же. Любовь-морковь, изучение арабского, чтение Корана. Кто-нибудь сомневается, что далее все было бы так, как я описал выше? Ну, может, и не стала бы Варя смертницей. Может, и не вышло бы у нее вообще никакой счастливой семейной жизни, а, едва она вступила бы на захваченную террористами сирийскую землю, ее продали бы в рабство. И это был бы лучший вариант, ибо при нем она, возможно, и сама бы осталась жива, и уж точно никого не убила бы. Так что российская тюрьма – вариант из всех вырисовывающихся, думаю, для нее самый предпочтительный. И самый предпочтительный для ее родителей, друзей и всех тех людей, которые однажды могли бы с ней оказаться в одном вагоне метро, спустя какое-то время после возвращения из Сирии.

Кстати, о Джихади-Толике. Помните ведь его, правда? Колоритный персонаж. Кто-нибудь в курсе, что с ним стало? Писали, что вроде бы, его ликвидировали, но правда ли это? Про многих известных боевиков так писали, а они потом – бац, и воскресали. Может, он все еще жив? До сих пор сражается под черными знаменами "джихада"? Или все же сгинул в сирийской пустыне под бомбами российских ВКС? А может, попытался удрать оттуда и его бывшие товарищи бросили за это в чан с кипятком или кислотой? А может, он давно среди нас. Часто ли вы во время поездки в метро оглядываете пассажиров? Приглядитесь: может, среди них Джихади-Толик?

Хотя, может, человек, называющий себя Джихади-Толик, сейчас сидит на берегу океана где-нибудь в Эмиратах, попивает манговый сок и ведет информационную войну с ноутбука. Может, он просто актер или даже один из постановщиков этого кровавого спектакля? Вполне возможно.

Варя-то явно не из таких. Она не режиссер, и даже не актер. У нее все по-серьезному, у нее любовь. Судьбы тысяч таких Варь известны и давно изучены психологами.

Так что тем, кто сегодня говорит о том, что Варя Караулова пострадала за любовь, я бы посоветовал задуматься. За любовь страдают многие. Но почему из-за ее любви должны страдать другие, а тем более – умирать? Это как раз особый случай, когда любовные страдания перерастают в общественно опасные деяния. И в отличие от отдельных свихнувшихся персонажей, типа Димы Виноградова, которые сходят с ума на почве любви и начинают убивать направо и налево ни в чем не повинных людей, тут "любовь" поставлена на конвейер, тут целая организация готовит армию смертельно опасных "любовников".

Конечно, от того, что российское правосудие обезвредило одну отдельно взятую Варю Караулову, число ее возможных последователей вряд ли сильно уменьшится. Нет, безусловно, кого-то перспектива сидеть почти пять лет за несостоявшееся преступление, может, и отпугнет, но, думаю, мало кого. Все-таки это недостаточно отпугивающий фактор для молодых людей, в крови которых бушуют гормоны, тем более если речь идет о настоящей, по крайней мере, как думают все эти вари, любви. Конечно, для того, чтобы полностью остановить этот смертельный конвейер, нужно уничтожить его штаб, мозговой центр – нанести удар в самое сердце террористов, уничтожить руководство организации, которая похищает души наших детей, хотя и это не даст гарантии, что организация никогда не возродится в другом виде, в другом месте и под другим названием.

ИГИЛ сегодня – это невероятно модная франшиза. Причем на нее не нужно никаких прав, а получить возможность на пользование ею можно совершенно бесплатно и практически не выходя из дома. "Джихад по месту жительства" давно стал нормой в европейских городах, причем зачастую сам ИГИЛ узнает о появлении в его рядах нового боевика уже постфактум, самостоятельно решая, какие преступления им выгодно приписывать своим сторонниками, а какие – нет.

А ведь помимо ИГИЛ есть еще "Аль-Каида" и куча других интернациональных террористических группировок, которые различаются лишь названиями, уровнем финансовой подпитки, креативностью режиссеров, и соответственно – степенью раскрученности. То есть если бы не было ИГИЛ, было бы что-то еще, что точно так же вербовало бы людей на "джихад". В том числе таких вот молоденьких глупеньких варь, которым так легко любовью вскружить голову и затащить в свои сети, выхода из которых практически не существует. И Варя с тем же успехом могла бы уехать на "джихад" не в Сирию, а в Ливию, Афганистан или куда угодно, а вместо ИГИЛ вполне могла бы быть "Аль-Каида" или "Талибан". Какая разница-то?

Конечно, тот факт, что международный терроризм давно превратился в гидру, отрубание одной головы которой провоцирует появление двух новых, совершенно не означает, что нужно опустить руки и перестать рубить головы. Тем более что практика показывает, что если головы рубить по-настоящему, а не делая вид, как ранее американская "коалиция", и рубить их быстро, мощно и профессионально – результат все же есть, и гидра начинает скукоживаться и отступать. Во всяком случае, у Вари и прочих все меньше и меньше шансов пробиться к своим вербовщикам, и это, безусловно, очень хорошо: наши вооруженные силы свое дело делают на отлично.

Но помимо вооруженных сил там, на "дальних подступах", должны работать силы и здесь, ведь в эпоху интернета давно стало не обязательно завербоваться в какую-то армию, куда-то ехать. Впрочем, наши органы внутренних дел, ФСБ и прочие тоже нельзя упрекнуть в том, что они зря едят свой хлеб, ибо в противном случае не одна варя уже давно сбежала бы в Сирию и вернулась бы с поясом шахида. Но ведь их дело – пресекать преступления, то есть ловить тех, кто на преступления уже решился. В то время как сверхзадача – сделать так, чтобы на преступления никто не решался. И не из-за страха получить 4,5 года за попытку присоединиться, а потому, что преступление – это плохо! Но тут уже наша армия, МВД, ФСБ, прокуратуры, суды бессильны. Это вообще не их работа и не их проблемы. Это проблемы всего нашего общества.

Откуда у нас берутся эти вари и джихади-толики?

Тут, наверное, уместно отметить, что от этого не застрахован никто. Своих джихади-джонов хватает и в Европе, и в Америке, причем, подчеркну, из коренных белых жителей, даже до этого никогда не проявляющих никакого интереса к исламу. Однако это не значит, что мы тут должны кивать на Запад, мол, что такого – у них вон тоже таких полно. Если на Западе что-то не слава богу, это проблемы Запада, но это ни разу не оправдание для неспособности нас справиться с подобными проблемами.

Рассказывали мне тут историю про одного персонажа в соцсетях. Молодой, неглупый, начитанный. Но вот однажды он начал проявлять подозрительный интерес к событиям на Ближнем Востоке, ранее ему несвойственный. Потом он начал открыто симпатизировать ИГИЛ, при этом он никаким мусульманином не был, наоборот – был атеистом, что в исламе – жуткий "харам", хуже язычества. Интерес к ИГИЛу он объяснял тем, что, мол, это единственная группировка, которая реально противостоит американскому империализму, типа большевики XXI века и т. д. Знакомые его тогда крутили пальцем у виска, посмеивались, но не придавали значения – да мало ли чудиков встречается на просторах Сети. Но потом этот человек сошел с ума и начал заявлять о том, что, мол, мы вас, "русню", скоро будем резать как баранов и прочий "аллахакбар". И вот тогда действительно стало страшно. Потом этот человек пропал. Может, тоже уехал на "джихад"?

Как люди сходят с ума? Вопрос к психиатрам. Наверное, каждый по-своему. Важно, что они живут среди нас, и мы этого порой не замечаем. Ну, описанный мною персонаж взглядов своих не скрывал и пропагандировал их достаточно громко. А вот та же Варя Караулова их никак не демонстрировала. Не призывала "резать русню", не ставила лайки к проигиловским записям в соцсетях. Молча изучала арабский, читала Коран. Внимания не привлекала. А потом вдруг раз – и на "джихад". О ней стало известно лишь потому, что ее поймали. А сколько таких, которые все сделали не только молча, но и профессионально, и добились своего? Мы просто не знаем.

Почему это допускает семья, школа, общественность? Почему они не замечают таких случаев? Ведь это их работа. Тут бессильны ФСБ, МВД и ВКС – они могут только бороться с последствиями преступления или, по возможности, их предотвращать. А как сделать так, чтобы и предотвращать ничего не надо было, чтобы не было желающих встать на эту скользкую дорожку? Конечно, суровый приговор может создать отпугивающий прецедент, но, повторю, этого недостаточно. Тут нужна системная работа с молодым поколением. И судя по появлению варь и толиков, работа эта ведется неудовлетворительно.

Конечно, можно до идеала отладить работу репрессивной машины, и отлавливать варь еще до того, как они пересекут российскую границу, а потом сажать в назидание другим. Но лучше ведь сделать так, чтобы этих варь просто не было. Это сложно. Это кропотливая работа, на которую потребуется не год и не два. Но ее нужно начинать уже сейчас и подключать к ней всех, все общество. А то обидно получится, что наши парни там – в сирийском небе побеждают "бармалеев", а мы тут не можем наших детей защитить от их пропаганды. Разве это не достаточный стимул?

Оглянитесь вокруг! Нет ли в вашем окружении таких вот варь? Только тут необходимо действовать без фанатизма, не начиная огульно подозревать всех, кто изучает арабский или читает Коран, как в Средние века любых зеленоглазых девушек априори считали ведьмами и сразу тащили на костер. Нужно научиться видеть людей, слышать их, понимать. Тогда мы сможем справиться с этой проблемой, а у террористов уже не останется шансов, и новых голов у гидры не вырастет. А пока они пользуются нашим безразличием друг к другу и замыканием внутри себя. И пользуются успешно. И это печально. Еще раз: стыдно перед нашими парнями в Сирии. Неужели они зря там погибают?

Политолог
LentaInform
Mediametrics
NNN
Вверх