21697

Пляски на воде, или просроченные американские пироги

Сегодня все хотят веселиться. И веселье это, как правило, плотского – я бы даже сказал низменного образца. Чтобы вкусно, сытно и с феромонами.

Социальные сети взорвал ролик с компанией молодых людей, веселящихся в бассейне. Гламурные мажоры, так их обозвали, устроили алковечеринку в школьном бассейне во Владимире. Соответствующий ролик попал в сеть и уже стал предметом разбирательства в местной мэрии. Впрочем, логично заметить, что самое интересное в ролик, конечно же, не вошло. Осталось на телефонах участников. Остаётся довольствоваться лишь весьма пуританскими для нынешних нравов сценами, где девицы в купальниках делают попами тверк, а пьяные молодые люди заливают виски в бассейн и на женские груди. Но и эти сцены – весьма показательны.

Алковечеринку во Владимире – а ведь это один из центров православия на Руси – конечно, нельзя рассматривать как отдельно взятый, обособленный случай. Верно написали в комментариях к ролику: "Подобное происходит во многих школьных бассейнах". Добавлю – и не только там. Социальные сети забиты роликами со школьными и студенческими вечеринками в духе "Американского пирога" или каких-нибудь GangBangParties. Молодёжь подсела на коллективный праздник с вариациями на финальную сцену из "Парфюмера". Не поучаствовал в весёленькой оргии – своим не стал.

И это действительно не только гедонический фактор, развлечение ради удовольствия, но, прежде всего, обязательный обряд инициации, который необходимо пройти. Традиция давняя, но у нас она стала известна благодаря американской культуре. Новые позднесоветские и постсоветские поколения смотрели фильмы и ролики, где девочки должны были пройти через максимальное число парней, чтобы стать членом какого-нибудь альфа-бета-гамма-каппа-клуба. Особое же распространение данные вечеринки получили в Восточной Европе, с таким неподдельным трепетом впитывавшей всё западное и сосредоточившейся по принципу наименьшего сопротивления на дряни.

В том, как выглядят подобные вечеринки – в том числе и алковечеринка в бассейне – безусловно, есть китчевая киношность. Это такая себе тусовка актёров, которых забраковали в голливудскую массовку, и вот теперь они решили снять аматорскую порнушку, чтобы сорвать кассу. Я тут и не утрирую вовсе – послушайте, что говорят сами участники. Им, правда, кажется, будто они эффектные прожигатели, хозяева жизни. Кто не стал Мамаевым и Кокориным и не заказал шампанское для всего Монте-Карло, тот тусит в школьных бассейнах.

Да, элемент подражания тут доминантен. Мы получили в России поколения, выращенные на кальке с Запада, слизавшие не лучшее, а худшее, примитивное, потому что осваивается оно всегда проще, нежели добродетель; та требует труда и уразумения. И это не Запада, а наша вина и проблема.

Вспоминаю свою жизнь в Москве лет двенадцать назад: заходя в метро, мне казалось, что я попал в библиотеку. При этом одевались все очень скромно, неброско. Сейчас всё  наоборот. И, я уверен, с улучшениями вида внешнего мы утрачиваем суть внутреннюю. Столь усердно и долго мы подражали другим, что утратили собственную самость.

Все эти молодые ребята – да и не очень молодые тоже – выглядят, как пародия на MTV конца девяностых. Так папуасы украшали себя фенечками, подаренными белыми людьми. Но сила русского человека – внутри. Она – в отличие от англосаксонской протестантско-либеральной культуры – не зависит от внешнего лоска, а все эти мажоры и мажорчики, как бы ни старались выкорчевать генотип, извратить фенотип, всё равно остаются русскими.

Но постепенно внешняя личина меняет и внутренние мотивации. Атомизация, уход от личной ответственности, максимальная декларация свободы и тотальное потребление, сформированное запросом сугубо сегодняшнего дня, приводят к убийственной вседозволенности, в которой нет и не может быть Бога. Бога даже не в религиозном, а в философском, бытийном аспекте. "Всё можно" доходит до экстремума, но вместе с тем начинает исчерпывая себя, надоедать. И не остаётся ничего, кроме пустоты.

Собственно, на ней и построена вся культура постмодернизма, а мы по-прежнему существуем в ней, где насмешка есть главная и чуть ли не единственная форма познания мира. Против иронии, против смеха нет приёма – это господа хорошие усвоили накрепко, и потому столь много сегодня гигикают и хохочут. Никогда на телевидении ещё не было столько так называемых юмористических программ, где смеются над всем – и смехом изгоняют сначала страх, а после и смысл жизни. Если посмеяться над всем, то всё станет возможным, дозволенным – любая ответственность за поступки уходит.

"Живи быстро, но не умирай молодым, будь хитрее, пусть другие умрут молодыми, а ты поживи за их счёт" – такова ролевая модель нового общества, где люди только и делают, что развлекаются, не потому что устали, а потому что больше ничего не умеют. Их не научили работать, не научили думать о ком-то, кроме себя.

Ладно, эти хмыри в бассейне, но что делать с гонщиками из "золотой молодёжи", устроившими Need for speed в Москве, сделав это показательно, бравурно плюнув на всех так, чтобы эти все видели. Другие – плебеи, другие – в матрице трудовой жизни, а вот они – на расслабоне.

Столь много президент в последнее время говорит о справедливости, как исконном стремлении русского человека, но начинается она с наказания вот таких весельчаков, ставящих себя выше других, отрицающих, простите за пафос, Бога как созидающую силу и призывающих силу разрушительную; стоит ли напоминать, что один из любимых образов дьявола – шут, клоун? И тот же ад – не теологический опять же, а свой земной – это цирковая арена с болезненным смехом над собой же.

Но вот забавно: все они столь много, бесконечно много отдыхают, но не расслабляются, не получают подлинного удовольствия. Они как конченые наркоманы, всё увеличивающие дозу. Хотя раньше – поговорите с близкими – люди умели отдыхать. Я никогда не забуду, как совсем ребёнком попал на гуляния после жатвы в брянском селе. Пели сердца людей, светились открытые лица. По-настоящему.

Потому что этому предшествовала работа, часто очень тяжёлый труд. К слову, и в христианской традиции перед светлым днём, перед праздником необходимо выдержать пост. Сейчас же есть только вершина – только праздник. Праздник, который всегда с ними. Праздник, который в конечном итоге убивает праздностью.

Сейчас не умеют отдыхать, потому что не умеют работать. И не хотят работать. Труд не исправляет людей, их душевные и духовные осанки. И, глядя на мажорчиков в бассейне и на мажоров в гонках, я думаю, что правильным было бы дать им суровую публичную трудотерапию: так, чтобы попахали в степи на бахчевых или на цементном заводе где-нибудь в холода, ну или бассейны серной кислотой обработали. И вот это их усердие – на YouTube, в социальные сети, в прямой телеэфир, чтобы увидели все и сделали выводы.

Тогда, может быть, у нас появится чуть больше тех, кто захочет ходить, а не плясать по воде.

Писатель, публицист
LentaInform
Mediametrics
NNN
Вверх